Огненные стрелы
Шрифт:
— Это необходимо при вашей работе?
— Конечно. В нашем деле нужно владеть азбукой Морзе.
— Как это идет у вас, успешно?
— Упражняюсь понемногу. И дома, и на заводе.
Лейтенант опять присел к столу и застучал телеграфным ключом.
Рыжеволосый внимательно следил за каждым движением его руки. Когда Косев остановился, тот с явным удивлением заметил:
— Да вы работаете, как профессионал.
— Что ж, азбука Морзе необходима и в моей работе, — засмеялся лейтенант.
— Вы
— Еще со школьных лет. Я тоже подвержен вашей болезни, — он показал на два радиоприемника.
— Эта болезнь становится эпидемией! — рассмеялся и хозяин. — Надо мной живет школьник из техникума. Вот два-три месяца, как он непрестанно стучит.
— А у вас слышно?
— Довольно ясно. Звук передается по трубам парового отопления.
— А может быть, это с верхнего этажа? — осторожно вставил Косев.
— Невозможно! У Абаджиевых никто не станет заниматься этим.
— Будьте так добры, — Косев показал на телеграфный ключ, — настукайте что-нибудь. Я учусь принимать на слух.
— Но я еще слабо владею…
— Ничего.
Карагезов сел на то место у стола, где только что сидел лейтенант, и медленно начал стучать ключом.
Косев передвинул один из радиоприемников поближе к паровым трубам и подсел к столу.
— Я понимаю, что вы передаете, — сказал он, — но с трудом. Вы еще только начинаете практиковаться, кисть руки у вас еще твердая.
— Я ведь вас предупредил, — ответил рыжеволосый, как бы оправдываясь.
Лейтенант повернулся к окну, посмотрел на радиатор.
— Не влияет ли теплота на радиоприемники? — спросил он.
— А что?
— Ваш стол довольно далеко от радиатора. Вероятно, из-за жары.
— Это так распоряжается моя мать. Каждую зиму мы с ней об этом спорим. Она отодвигает стол на середину комнаты, чтобы проход был свободнее.
— И у нас дома то же самое! — усмехнулся Косев.
Уходя, он посмотрел на две кровати.
— Вы, видимо, не один живете?
— С братом.
— Где он работает?
— В оркестре театра оперетты.
— Как вы сочетаете с ним ваши профессиональные интересы?
— Очень легко, на основе взаимных уступок.
— А вы не заразили его своей болезнью? — с улыбкой показал Косев на телеграфный ключ. — Как музыкант, он быстро может научиться.
— Нет, я не мог его увлечь, как и он не мог заразить меня своими музыкальными увлечениями.
— Прощайте. Я как-нибудь опять зайду. Поупражняемся по азбуке Морзе.
— Заходите, буду рад! — и рыжеволосый крепко пожал протянутую ему руку.
Расставшись с Виолеттой и Петрушей, Огнянов и Косев не спустились по лестнице, а позвонили в соседнюю квартиру на той же площадке.
Им открыл человек с крупным лицом и гривой седых волос. За толстыми стеклами очков
— Здравствуй, Казак! — приветствовал его Огнянов.
— Здорово! Я уже давно жду тебя. Входите.
Они вошли в уютно обставленную комнату.
— Простите, я вас не познакомил. Мой помощник, лейтенант Косев.
— Ну как? До чего добрались? — спросил хозяин, собирая разбросанные по столу мелко исписанные листки.
— К нам заходила Абаджиева, — продолжал он. — Разыскивала по телефону своего сына.
— Я ее отослал, чтобы остаться одному. Она меня ввела в комнату сына, точно над комнатой Петруши. Когда Абаджиева вышла, я взял свой телеграфный ключ и постучал несколько раз.
— Я понял передачу, — вставил Огнянов. — «Стол примыкает к радиатору… Стол примыкает к радиатору».
— Это я передал из квартиры Абаджиевых, — усмехнулся лейтенант.
— Так я и думал, — ответил подполковник.
— А как были слышны другие две передачи, из квартиры Карагезовых? — спросил Косев.
— Первая передача слышна была глухо, звук тупой, неясно проходил по трубе.
— А вторая?
— Ее мы тоже уловили, но и она была плохо слышна.
— На столе молодого Карагезова стоял телеграфный ключ. Первую передачу провел я, а вторую — он.
Огнянов задумался.
— В конце концов, — проронил он, — мы вертимся в замкнутом кругу двух квартир. Одинаково возможно, что воскресная передача велась с первого или с третьего этажа.
— Да, но она не могла одновременно вестись из обеих квартир, а только из одной из них. Из какой же? — хозяин вскочил и зашагал по комнате.
— Да, из одной из двух. Это необходимо установить, — подтвердил Огнянов, вынув блокнот, — И ты поможешь нам разгадать эту загадку.
— Как я? — удивился Казак.
— Да, да, ты поможешь. И, может быть, это будет совсем не трудно. Передача велась в прошлое воскресенье около 11 часов вечера. Нельзя ли выяснить, кто из жильцов этих двух квартир был в то время дома?
— Не легче ли будет установить, кто из них в это время не был дома?
— Правильно, Казак! — хлопнул ладонью по столу довольный сотрудник.
— Чего же именно ты хочешь от меня?
— Уточнить, кого из членов этих двух семей в воскресенье вечером не было дома.
Казак подумал.
— Расспрошу женщин! — сказал он, вышел из комнаты и через четверть часа вернулся веселый.
— Разлюбезное дело! Все выяснено благодаря женщинам.
— Ну говори.
— Исключи первый этаж!
— Ты уж очень категоричен.
— Я забыл тебе сказать, что мы с женой в воскресенье до полуночи сидели у Карагезовых. Поджидали детей. Моя старшая дочь, молодой Карагезов и еще две соседки были на экскурсии. Мы ожидали их возвращения.