Огнём и сталью

Ким Сергей Александрович

Его весьма и весьма спорное утверждение было встречено гробовым молчанием. Харальд вздохнул.

— Хорошо, парни, объясняю популярно. Мы не богатенькие аристократы с мэнорами и огромными банковскими счетами и кучей влиятельных родственников и знакомых, поэтому считаю, что в будущем нужно рассчитывать только на себя. Предлагаю с сегодняшнего дня держаться вместе и во всём друг другу помогать.

— Так мы же и так друг другу помогаем — мы же все гриффиндорцы… — недоумённо произнёс Лонгботтом.

Харальд вздохнул тяжелее.

— Мой опасный

на зельеварениях друг, я говорю кое о чём другом. Считаю, что у всех из нас есть какие-нибудь определённые таланты — кто-то умеет варить зелья, кто-то знает кучу заклинаний, разбирается в травах, хорошо летает, виртуозно врёт или вышивает крестиком… Один из вас после школы станет знаменитым игроком в квиддич, другой поступит на службе в Аврорат, третий станет видным учёным, а четвёртый станет видным криминальным деятелем… Это я так, абстрактно сейчас рассуждаю, если что… Но суть в том, что и после школы неплохо бы поддерживать взаимовыгодные отношения. Короче, предлагаю замутить закрытое и секретное общество.

— А что? Дельное предложение, в принципе, — первым подал голос самый адекватный из всей толпы — Дин. — У благородных такое вроде бы в порядке вещей… Поэтому они так крепко власть держат.

— Да, есть такое дело, — подтвердил Рон. — У нас род-то по идее древний и благородный… только бедный очень.

Поттер тактично промолчал о практически находящихся в его владении особняках и примерно двадцати миллионах галеонов на нескольких счетах. Большая часть, правда была вложена в различные акции, но свободных миллионов пять имелось…

— Только такой вопрос, Ральд, — продолжил Уизли. — А какая-нибудь суперцель будет? Ну, типа, как Сам-Знаешь-Кто власть хотел взять и всех магглорождённых извести…

Поттер озадаченно потёр лоб. Признаться, Рон его порой достаточно сильно удивлял — то своей слабой сообразительностью, то наоборот — способностью выдавать весьма и весьма логичные предложения.

— Ликвидировать дискриминацию магов по признаку рождения… — видя непонимание своих товарищей, Харальд переформулировал. — Чтобы магглорождённых не притесняли. И чистокровных приструнить.

— Разумно, — согласился Томас, выросший вне магического мира.

— Посадить в тюрьму или ещё лучше — перебить всех настоящих Упивающихся Смертью.

— Это правильно, — мрачно нахмурился Невилл, видимо, вспомнив о родителях, доведённых пытками до сумасшествия.

— Ну и захватить власть для воплощения всего этого, считаю, будет нелишним, — будничным тоном закончил Харальд. — Думаю, что я буду прекрасно смотреться в кресле Министра магии.

— Ого!

— Вот тебе и «ого», Рон. У меня и так неплохая поддержка населения, а если, повзрослев, я ещё каких-нибудь громких и хороших дел совершу, то кресло Министра мне в будущем обеспечено. Ты, какой пост хочешь, Рональд? Может быть, главы отдела магического спорта?

Минут десять прошло в оживлённом и весёлом обсуждении желаемых постов и должностей.

— Ну-с, если со вступительной частью покончено… —

солидно произнёс Харальд. — В таком случае первое заседание нашего секретного общества объявляю открытым!

Поттера поддержал нестройный радостный гул.

— Итак, для начала озвучу кое-какие моменты, которые я тут себе вкратце набросал…

Мальчик достал из кармана скрученный и свиток и развернул его.

Рон с ужасом уставился на полуметровой длины пергамент.

— Ральд… Ты чего там — книгу, что ли, написал?

— Не обращайте внимания, — отмахнулся Поттер. — Тут три четверти листа — помарки и мои личные заметки.

Верхний край свитка согнулся под собственным весом, демонстрируя гриффиндорцам маловразумительную вязь каракулей Харальда. Строчки шли криво, половина слов была зачёркнута, а кое-где встречались рисунки разной степени печали. Нужно думать, что это были пояснительные рисунки… Хотя с любовью накаляканное нечто, смутно напоминающее человеческую фигуру, с подписью «Волди — жЫвотное», явно несло информацию только своему создателю.

— Итак, во-первых название. Нужно что-то красивое, масштабное, но не идиотское и, что главное — не определяющее нас, как потенциальных захватчиков власти. Поэтому варианты «Пожиратели бурундуков», «Общество осознания Кришны» и «Революционная партия Великобритании», к сожалению, отметаются. Я предлагаю именоваться «Корпусом Альбион». Простенько и со вкусом. Возражения?

Возражений не последовало.

— Отлично. Теперь вкратце о Кодексе Корпуса. Первое правило Корпуса — никому не рассказывать о Корпусе. Второе правило Корпуса — никому не рассказывать о Корпусе…

* * *

Уже совсем рукой подать было до рождественских каникул, а Харальд всё никак не мог выбраться из бесконечных отработок у Филча, в которых он буквально погряз.

Увы, но даже близнецы Уизли не приносили доселе Хогвартсу таких разрушений. Их проказы были шумными, но в целом не слишком опасными… А вот Харальд взрывал, поджигал и регулярно кого-то бил (за дело, разумеется), явно представляя себя не в школе, а на фронте. Да, он чётко следовал технике безопасности и от его диверсий практически не было пострадавших… Обычно, кроме него самого.

Если бы Поттер был бы иным, то его бы наверняка исключили. Но во-первых, он был Мальчиком-Который-Выжил, а во-вторых он учился практически блестяще. Да, эссе и прочая теория у него обычно оценивались как «выше ожидаемого», но зато почти каждая любая практика была только на «превосходно».

Поэтому Харальд отделывался снятыми баллами (за что регулярно подвергался атакам Грейнджер, иногда даже успешным) и отработками. Филч поначалу рвал и метал, по десять раз на дню обещая сгноить Поттера в подземельях, закованного в кандалы и брошенного в сырую и холодную камеру. Но после недели отработок неожиданно успокоился, видя, что Харальд спокойно убирал за собой все следы диверсий, да и просто не чурался работать подолгу и без сачкований.