Официантка

Натан Мелисса

Какими-то окольными путями она выбралась на кольцо и теперь кружила по нему, не видя даже мельком ни одного знака, который подсказал бы ей выход из этого замкнутого круга. Она посмотрела в зеркало заднего вида — за ней сплошным плотным потоком ехали машины, и возможности остановиться не было. У нее не было шанса даже внимательно рассмотреть указатели в поисках знакомого названия, способного направить ее к дому. Кэти почувствовала, как под мышками выступил пот, а сердце забилось быстрее. Приближаясь к объезду, она пересекла среднюю линию. Возможно, указатели,

нарисованные на самой дороге, помогут ей — но что, если она перестроилась не в тот ряд? Она посмотрела на других водителей, апатично глядящих перед собой. А нельзя ли просто пристроиться к впереди идущей машине и ехать за ней?

Наконец, расстояние между машинами увеличилось, у Кэти появилось время немного расслабиться. Она снова посмотрела назад — вереница машин. Альтернативы не было, ей снова придется выехать на кольцо. Надеясь, что на этот раз ключ к разгадке найдется, она подалась вперед и, оставаясь в среднем ряду, поехала как можно медленнее, читая указатели.

Ничего. Ни одного знака с информацией, которая ей необходима.

Теперь она всерьез нахмурилась и запаниковала. Кэти еще раз проехала по кольцу. Опять ничего. Из трех выездов с кольца один был безостановочным. Она видела, как туда едут водители, на то шоссе, с которого нет возврата обратно. Что касается двух других, то на одном нельзя было развернуться, а второй скорее всего вел назад в Лондон.

Она проехала по кольцу еще раз, что-то бормоча под нос.

После четвертого почетного круга, она позвонила домой по мобильному.

— Я на кольце! — закричала она.

— Отлично! — бодро закричал ей в ответ отец.

— Я не могу с него выбраться!

— Сейчас я дам маме трубку.

Пока Диана шла к телефону, Кэти успела еще дважды проехать по кольцу, потихоньку впадая в отчаяние.

— Какие там развязки? — спокойно спросила Диана.

— Я как раз к ним подъезжаю снова, — сказала Кэти, снижая скорость. Она прочитала все названия матери.

— Хм-м, — глубокомысленно протянула Диана, — это интересно.

— Почему? — голос Кэти дрожал. — Я не на том кольце?

— Ах, все, как я думала. Тебе нужен третий выход. Как дезориентирует дорога, которая никогда не кончается.

— Ты уверена? — спросила Кэти. — Я не приеду в Бирмингем?

— Дорогая, — сказала мать, — разве я когда-нибудь посылала тебя в Бирмингем?

— Нет, — ответила Кэти, — сейчас поверну.

— Хорошая девочка.

— Я съезжаю с кольца.

Почти сразу же, как только Кэти съехала с кольца, она увидела на указателях знакомые названия.

— Все правильно, — закричала она, — ты была права! Я на правильном пути!

В конце концов у телефона собралось все семейство, и все дружно указывали, куда ей ехать. Процесс не был гладким. Все пытались говорить одновременно, Диана кричала на беременную сестру Кэти, за это брат Кэти громко обзывал Диану сволочью, не обращая внимания на то, что родители были на линии. Внезапно отец громко и четко сказал «херня», и на линии повисла ошарашенная тишина. Тишина была такая неожиданная и оглушающая, что Кэти от шока чуть не пропустила

поворот.

— Дорогая, — услышала она голос матери, взрывающий тишину, — ты еще тут?

— Да, — тихо ответила она.

— Беа, и ты здесь? — спросила Диана старшую сестру Кэти.

— Да, — отозвалась Беа, — но я, возможно, потеряла ребенка.

— Это не смешно, — сказала Диана. — Клиффи, ты тут?

— О да, — раздался голос младшего брата Кэти, — я бы такое ни за что не пропустил.

— Сидни, — позвала Диана, — ты тут? Или хочешь спуститься и успокоиться?

— Нет, черт побери, не испытываю ни малейшего желания вешать трубку, — раздался голос Кэтиного отца.

Когда она, в конце концов, услышала успокаивающий скрип гравия под колесами, увидела освещенные окна родительского дома сквозь фигурно подстриженные кусты, Кэти облегченно вздохнула.

Диана подошла к дверям в сопровождении двух своих золотистых ретриверов. Кэти вышла из машины. У нее затекли мышцы на ногах, но уже через минуту она чувствовала себя намного лучше. Ее путешествие не нанесло серьезного урона семье Симмондс, по крайней мере, ничего такого, что требовало бы общей терапии.

Когда Кэти разогревала еду на удобной кухне, где стояли дубовый стол и шкаф, мать и сестра присоединились к ней. В это время отец, брат и зять слушали по телевизору последние новости о регби.

— Утром они идут в паб, чтобы посмотреть регби, так что мы прекрасно сможем спокойно посидеть, — сказала Диана.

— Надеюсь, они вернутся к воскресному обеду, — заметила Беа.

— О, мам, я не останусь надолго после обеда, — объявила Кэти.

— Почему?

— У меня свидание.

Беа и Диана приготовились слушать.

— Его зовут Дэн.

— И?

— Не И, а Дэн.

Кэти доела яблоко и взяла ревеневый пирожок с заварным кремом.

— Он учился в Оксфорде, заработал достаточно денег, чтобы начать свой бизнес, и у него ямочка на щеке, когда он улыбается.

— Что он изучал в Оксфорде? — спросила Диана.

— Какого цвета у него глаза? — спросила Беа.

— В котором часу ты идешь? — спросила Диана.

— Он высокий? — спросила Беа. Кэти вздохнула:

— Свидание в восемь, так что считайте, сколько времени мне нужно, чтобы туда добраться. Возможно, мне придется уехать через полчаса после ланча. Синие глаза, приблизительно шесть футов ростом, не знаю, что он изучал.

Разговор был прерван появившимися мужчинами. Диана побежала удовлетворять их потребности — заваривать чай, мыть стаканы и вытаскивать из кладовки домашнее печенье.

Критически осматривая свою обожаемую семью, Кэти не могла удержаться от раздумий о том, почему ее сестра — законодательница мод, королева эстетики — вышла замуж за Мориса. У Мориса, можно сказать, не было лица. У него был подбородок. Вернее, даже несколько, и с возрастом подбородки эти росли. Они уже почти достигли его груди и, казалось, начинались от ушей. Кэти думала, не настанет ли такой день, когда ее сестра проснется утром и обнаружит, что у ее мужа вместо головы один сплошной подбородок.