Одни несчастья

Пьянкова Карина Сергеевна

— Адамс, мы на «ты» не переходили, тем более я вас вроде бы не оскорблял, так что извольте вести себя прилично, — резко осадил пленницу Дэниэлс, довольно щурясь. В целом его совершенно точно устраивала подобная ситуация. — К тому же с вашей «крови» меня так пронесло…

— Да мне плевать, когда и на что мы переходили! Немедленно выпусти меня! Это преступление, между прочим, ты, тупоголовый сопляк! И ты ошибаешься, если думаешь, будто я не подам заявление! А слабительное тебе только на пользу пошло! А то ходишь с таким лицом, будто у тебя хронический запор!

Улыбка

Артура стала еще более широкой и полностью удовлетворенной. Угрозы его не впечатлили.

— Адамс, а вы уверены, что вообще когда-нибудь покинете этот дом своим ходом? — невинно поинтересовался он, хищно оглядывая замершую на миг секретаршу, опешившую от столь резкой перемены. — А то, знаете ли, всякое случается в жизни… Иногда находят расчлененный труп… Который опознают только по слепку ауры и зубным картам…

Вот тут Лиллен стало совсем «хорошо». Круглыми от страха глазами она пару минут пялилась на похитителя так, будто и не видела его, а потом молча бросилась на противника, целя в висок статуэткой. Чтобы уж наверняка. Дэниэлс оказался быстрее. Он встретил нападающую, ловко перехватил руку с «оружием» и отобрал предмет антиквариата, которым его только что пытались убить.

— Расслабьтесь, Адамс, — со вздохом посоветовал мужчина, отпуская от себя секретаршу. Та бессильно сползла по нему на пол, злобно глядя снизу вверх. Случайный свидетель инцидента наверняка решил бы, что убийцей из этих двоих наверняка является Лиллен Адамс. — Уж и пошутить нельзя…

Блондинка всхлипнула и… смолкла. А потом и вовсе начала истерически смеяться. Мешать ей тактично не стали.

Справилась с собой секретарша уже минуты через две, выдав напоследок:

— Ну и шуточки у вас, Дэниэлс…

— Но в ближайшие пару-тройку дней я вас все равно не выпущу, — равнодушно добавил Артур, садясь в кресло.

Лиллен поднялась на ноги. Услышав, что на тот свет ее вроде бы спроваживать пока не собираются, она собралась с духом и даже несколько приободрилась.

— Я не намерена тут торчать! — возмущенно воскликнула она, топнув ногой. Люстра слегка закачалась. — У меня, между прочим, работа есть! И она ждать не будет.

— Подождет! — неожиданно властно отрезал мужчина. — Поверьте, Адамс, есть кое-что куда важней работы.

— И что же? — саркастично поинтересовалась ассистент миз Коллинз, в красках представляя себе собственное увольнение за прогул.

— Например, сама жизнь, — просто ответил Дэниэлс-младший. И Лиллен снова стало страшно до чертиков.

— Вы же сказали, что не убьете меня, — с трудом выдавила из себя она, судорожно оглядываясь в поисках чего-то, что может сойти за оружие.

— Я — да. За остальных не поручусь. Пользуйтесь пока возможностью отдохнуть в безопасном и уютном месте, Адамс. С Коллинз я переговорю потом сам, так что без места не останетесь. В крайнем случае посажу вас в свою приемную.

— Да лучше я сразу повешусь! — не оценила перспектив работы у Артура Дэниэлса Лил. Длинноногая блондинка-секретарша и начальник мужского пола. Лиллен брезгливо передернула плечами.

Еще чего не хватало.

— Вы так любите своего босса?

— Я так не люблю вас! — злобно ощерилась на своего похитителя Лиллен, уже жалея, что вчера подсыпала в кофе только слабительное, а не сразу цианистый калий. Проблем было бы куда как меньше.

— Я это переживу, — пожал плечами мужчина. — Ужин вам подадут в комнату через полчаса. Отдыхайте, мисс Адамс.

Порой главная задача менеджера заключается не только в том, чтобы удобно организовать работу артистов, но и просто в оказании моральной поддержки. Айдзаве редко приходилось заниматься успокоением своих шумных подопечных, их любила жизнь, их любила публика, и мук душевных на долю шестерых музыкантов выпадало мало. Ватанабэ так и вовсе казался любимчиком фортуны, которая берегла его от любой печали. Пока на горизонте не появилась Джулия Беннет… И вот сейчас Айко нужно было восстанавливать душевный покой лидера группы, поскольку красивая и упрямая иностранка напрочь лишила обычно спокойного и радостного молодого человека душевного равновесия.

Сложная ситуация.

— Айко-нэ-сан, скажи, за что она так со мной? — тихо и обреченно спросил Такео своего менеджера.

Айдзава и Ватанабэ сидели вдвоем на кухне и пили заваренный менеджером зеленый чай, не самый лучший, дома она бы не стала кого-нибудь поить таким, но для Айнвара вполне приличный. Он одуряюще пах мятой и яблоком и покалывал приятным холодом язык.

— Не с тобой, — удрученно вздохнула Айко, грея руку о чашку и задумчиво глядя, как покачиваются в золотистой жидкости две случайно проскочившие сквозь ситечко чаинки. — С вами. Она любит тебя, даже не сомневайся. Может быть, настолько сильно, что ее саму это пугает.

Голос Джулии колокольчиком звенел в гостиной, где ее взяли в оборот Кано и Хироши, которым в голову пришла безумная идея убедить девушку друга, что она может танцевать и без магии. С этими двумя проще было согласиться, чем объяснить, что их затея обречена на провал. Такео не решился присоединиться к их веселью, потому что сейчас в нем не было ни капли радости. Он чувствовал себя разбитым и несчастным и не желал, чтобы его видели таким остальные. Особенно Джулия. Она отказалась уехать с ним. И глядя в ее глаза, зеленые, как весенняя трава, он видел и вторую часть ее ответа, ту, которую она пока не озвучила никому. Она хочет бросить его. Окончательно. Джулия Беннет решила за них двоих, что достаточно уже этой любви на расстоянии.

— Если бы не любила, мне было бы не так больно, — тихо и как-то обреченно сказал Ватанабэ, пряча лицо в ладонях.

Айко показалось на мгновение, что сейчас его плечи начнут вздрагивать от беззвучных рыданий, но нет, разумеется, нет. Он все-таки взрослый мужчина, а не обиженный на весь свет ребенок.

— Я хочу прожить с ней всю жизнь, — тяжело вздохнул музыкант, выпрямившись. — Я бы смог прожить с ней всю жизнь, и каждый наш день был бы счастливым… А Джули боится какой-то ерунды…