Одни несчастья

Пьянкова Карина Сергеевна

Судя по ощущению полета, до апартаментов меня несли на руках. И все-таки не уронили. Я сквозь сон даже забеспокоилась, что теперь-то нас точно засекут папарацци в настолько компрометирующей ситуации. Следовало заставить Ватанабэ поставить меня на ноги, а в идеале нам бы вообще стоило входить в отель с разных входов и с интервалом минут в десять… Но в итоге я только довольно вздохнула и уткнулась лицом в теплое плечо. Все-таки если мужчина желает носить тебя на руках, грех отбиваться ногами. Особенно если лень.

А проблемы… Я разберусь с ними потом.

Может, они вовсе

и не возникнут.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Проснулась я в той же позе, что и вчера, вот только в одежде. Такео опять проявил чудеса галантности… На мою голову. Терпеть не могу спать в уличной одежде. Ну, хоть обувь снял, и то радость. Рядом истошно надрывался мобильный телефон. Из-за него я и проснулась, собственно говоря. Музыкант пробормотал что-то недовольное и накрыл голову подушкой, спасаясь от мерзкого звука. Трубку я сняла автоматически, слишком привыкла, что мне в такое время обычно звонит исключительно начальница и исключительно по работе, а ей нужно отвечать мгновенно и не задумываясь, иначе будешь мечтать о быстрой и безболезненной смерти.

На этот раз, кстати, тоже звонила Джен.

— Джули, я так понимаю, что у тебя отпуск за свой счет? — не слишком довольно вопросила моя босс, и у меня по спине побежали мурашки. Убьет. Или уволит. И не поймешь, что в моей ситуации предпочтительней.

— В некотором роде, — виновато пробормотала я в трубку, чувствуя себя грешницей на Страшном суде. — Но я отработаю… Просто…

Суровое покашливание, доносящееся из динамика, заставило смолкнуть на полуслове и почувствовать себя нашкодившей кошкой, которую тычут носом в ее собственные безобразия. Желание выбросить телефон в окно было настолько сильным, что сама не понимаю, как удалось не поддаться соблазну.

— Я все знаю, — почти торжественно сказала мой босс. — Этот инспектор звонил мне. Твоя смерть мне невыгодней твоего временного отсутствия. Так что отдыхай, пока есть такая возможность. И не смей дать себя убить, ради бога.

— Д-да, — ошарашенно согласилась я, ожидавшая услышать от Дженнет что угодно, кроме этого.

— И дай трубку своему принцу, — неожиданно потребовала миз Коллинз, чем окончательно выбила меня из колеи. Как она узнала, с кем я? Инспектор рассказал? Да быть того не может… К тому же… Черт, да ведь у меня в телефоне даже не моя симка, а та, которую дал О’Нил, чтобы связываться со мной! И этот номер должен был знать только он…

— Он спит, — автоматически ответила правду я, привыкнув за два года никогда не врать начальнице. Такео лежал неподвижно и дышал ровно и размеренно. Спит. Совершенно точно спит.

— А ты проверь, — ехидно предложила Дженнет, судя по тону, полностью уверенная в своей правоте.

Я наклонилась к лицу Ватанабэ и столкнулась со взглядом сонных карих глаз. И правда проснулся, а ведь обычно реагирует только на истеричные вопли собственного будильника и никак иначе. Да и то не с первого раза…

— С тобой миз Коллинз хочет поговорить, — растерянно сообщила я Такео и, сама не понимая зачем, вложила в руку своего личного несчастья мобильный телефон.

Разговор Джен и моего молодого человека

проходил странно. Ватанабэ произносил исключительно «да», для надежности еще и головой кивая. Промежутки между этими «да» были продолжительными. Главный редактор явно что-то вбивала в непутевую голову заграничной звезды. Все это время я мучительно пыталась понять, с чего бы это инспектору было давать возможность Дженнет пообщаться со своим секретарем. А вдруг меня так смогут найти?..

Трубку Такео положил только спустя четверть часа и как-то странно посмотрел на меня.

— Что? — нервно осведомилась я, забирая телефон у музыканта. Казалось, что я сделала огроменную ошибку, позволив пообщаться своему парню и своему боссу.

— Да так, ничего, — с обычной своей застенчивой улыбкой ответил Такео, поднимаясь с постели. Футболка на нем задралась, причем как-то уж очень удачно она у него задралась… и я начала подозревать самое нехорошее. Потому что было похоже, будто Ватанабэ меня… очаровывает. Ну да, кстати говоря, улыбка была очень даже ничего. Как и продемонстрированный пресс, накачанный ровно настолько, насколько нужно. Обычно я даже не вспоминала, что Такео красивый, куда важней было, что он добрый, милый, надежный и любящий… Но иногда он напоминал, что внешняя привлекательность — тоже его сильная черта.

— Ватанабэ Такео! Не пройдет! — решительно заявила я, подскочив к нему. Однако посторонние мысли в голове бродить уже начали… — О чем с тобой говорила моя начальница? Отвечай немедленно! Иначе я из тебя правду вытрясу.

Он тяжко вздохнул и одернул футболку, укоризненно глядя на меня. Мол, злая тетя обижает маленького несчастного мальчика. Я подавила вздох. Картина была ну очень привлекательная.

— Да так, ни о чем, — пожал плечами он, не поднимая на меня глаз.

— Такео!

— Ни о чем особенном, Джулия, клянусь тебя, — чуточку недовольно отозвался он, обняв меня. — Это не стоит твоего волнения. Пойдем лучше завтракать, есть хочется ужасно.

Я уткнулась ему в плечо, понимая, что на этот раз не добьюсь своего. Слишком уж хорошо чувствовалось то ослиное упрямство, которое время от времени просыпалось в обычно покладистом и готовом идти на уступки Такео. Ничего не скажет, хоть кол на голове теши. Ну и ладно.

— Хорошо, пошли завтракать, — не слишком охотно согласилась я, демонстративно выпутываясь из его рук. Играть обиду у меня получалось примерно так же, как у него — соблазнение, вроде и похоже, но оба мы понимаем, что это наглый обман. Я не могла на него обижаться. Просто не могла, и все тут. А он… думаю, что ему меня не соблазнить.

— Мне выйти, чтобы ты переоделась? — спросил Такео, глядя, как я вытаскиваю из шкафа одолженное у Айко зеленое платье.

— Да не надо, — с улыбкой отозвалась я, наслаждаясь пару секунд удивленным смущением на его немного помятой после сна физиономии. — Я в ванной переоденусь. А ты тут. Быстрее будет.

Разочарование пополам со стеснением порадовало меня. Но все-таки как так можно? Ему же не пятнадцать лет… Причем уже давно. А все равно ведет себя, как мальчишка-подросток. Вечный мальчишка, который так никогда и не вырастет.