Однажды в грозу…

Джордж Кэтрин

— Это не из-за Алека, Лайам.

— Ты хочешь сказать, что у меня и без того не было шансов, — с горечью заключил он. — Ну что ж, спасибо. Прощай, Касси.

Ее темные глаза были полны сострадания. Она подала ему руку.

— До свидания, Лайам. Спасибо, что наведался.

Он схватил ее руку, больно сжал, отпустил и зашагал по дорожке к машине.

— Вот он каков, твой инспектор, — заметил Алек, когда она вернулась на кухню. — Несколько вышел из равновесия, когда увидел, что я здесь, тебе не кажется?

— Мне кажется, его расстроил вид завтрака на столе.

—

Почему?

Она покраснела и стала убирать посуду.

— Лайам ни разу со мной не завтракал.

— Я надеюсь, ты ему Дала понять, что и впредь не будет, — твердо сказал Алек.

— Мне кажется, что дело не в завтраке.

— Вот именно. — Алек внезапно привлек Касси к себе, чуть ли не до боли сжав в своих объятиях, и приблизил лицо к ее лицу. — Смотри, Касси. Я не потерплю. Чтоб у тебя еще кто-то был.

Она отодвинулась. Ее почему-то вдруг зазнобило.

— Вчерашняя ночь ни к чему не обязывает, Алек.

С его лица исчезло всякое выражение, а глаза стали ледяными, как полярное море.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Только то, что сказала. Мне не хотелось бы, чтоб ты думал, будто попался из-за того, что переспал со мной, вот и все. — Дрожащими руками Касси клала тарелки в раковину, стоя спиной к Алеку, который с угрожающим спокойствием смотрел на нее.

— Но мы не «переспали», Касси, — едко произнес Алек. — Мы любили друг друга. Снова и снова. И не говори, что для тебя это не было таким же невероятным потрясением, как и для меня. Я просто не поверю. — Он подошел и повернул ее к себе. — Ты что, хочешь сказать, что вчерашняя ночь просто тебя развлекла? Лучше бы я подложил тебе грелку, а сам бы выспался на диване, как ты хотела.

Касси хмурилась.

— Я совсем не это сказала.

— А что же ты сказала? — Он стал, как тигр в клетке, метаться по кухне. Ты недавно указала мне на твой порядок, и я подчинился, потому что смирился с тем, что ты не позволишь мне снова войти в твою жизнь и просто продолжить то, что уже было. Но больше нельзя так играть, Касси. Я имею право быть у тебя единственным. Иначе лучше вообще с тобой не быть.

— Опять ультиматумы, Алек? — резко спросила Касси. — Я не больше, чем ты, люблю ультиматумы.

Он повернулся и испытующе посмотрел ей в лицо.

— Так твой ответ — нет?

— Алек, я даже не поняла, в чем вопрос!

Он нетерпеливо сдвинул брови.

— Наверное, я уже не способен ясно говорить.

Так вот, первое: я хочу, чтобы ты была со мной, в Бофорт-сквер…

— И бросила Комб-коттедж?

Алек грозно прищурился.

— А что?

— Но я так люблю этот дом! — Она широко взмахнула рукой. — Все это мое. Бросить это — все равно что бросить друга.

— В таком случае остается сожалеть, что он у тебя не такой надежный, как хотелось бы, — огрызнулся он.

Касси умоляюще посмотрела на него.

— Алек, давай все будет как до сих пор!

— Это, собственно, как? — спросил он с подчеркнутой вежливостью. — Объясни, что ты этим хочешь сказать? Я что, должен приходить по субботам, чтобы отужинать и провести сеанс в постели, а по воскресеньям ты —

ко мне и все сначала? В будни, конечно, нельзя, потому что ты слишком устаешь после работы. Но было бы справедливо предупредить тебя, что и я работаю, и это тоже способно нарушить наши планы. Не могу же я, если кого-то на карете «Скорой помощи» привезут в больницу в выходной день, отказаться пришить ему на место оторванные пальцы из-за того, что только в это время Касси Флетчер готова осчастливить меня своим обществом!

В полной растерянности она не сводила с него глаз.

— Алек, я вижу, что ты злишься, но не могу понять почему.

Он стиснул зубы. У уголков его рта легли две глубоких борозды.

— Не можешь понять, вот как. Подумай, а я пойду. Может, у тебя наступит просветление, тогда дай мне знать.

Теряя голову оттого, что между ними вдруг все рушится, Касси смотрела невидящими глазами, как Алек надевает пиджак и решительно направляется вон из дома, даже не попрощавшись, а злоба так сковала все его тело, что она невольно вспомнила тот, другой раз, когда он повернулся кругом и вышел из ее жизни.

Она подбежала к окну, не веря, что он не вернется, но он уехал, даже не оглянувшись. Заметив, что у нее текут слезы, Касси разозлилась и постаралась взять себя в руки. У нее было слишком много дел, чтобы позволить себе раскисать из-за какого-то мужчины. Она позвонила своему поставщику оргтехники, чтобы заказать новый компьютер, потом вытащила белье из стиральной машины и развесила в саду. После этого сделала генеральную уборку во всем доме, отмыла полы и крашеные стены, протерла окна, прошлась пылесосом по всем коврам и ни о чем не думала, пока не убедилась, что нигде не осталось следов бывшего вторжения. Тогда она заперла дом, села в машину и поехала в Пеннингтон, в магазины.

Как только Касси вернулась домой с чайником, радио, тостером и новым запасом продуктов, Бен позвонил с работы, чтобы узнать, как она поживает и может ли он чем-либо помочь.

— Ты наш электронный гений, — сказала Касси. — Так что приходи вставлять предохранители в мои покупки. За это я покормлю тебя.

Конечно же, Касси могла и сама с этим справиться, но, как бы ни было неприятно признаться в этом, ей было одиноко. Более всего ей недоставало общества Алека, но, раз его не было, хоть пообщается с Беном!

Бен приехал одновременно с Биллом Терви, столяром. Касси была этому рада, так как Бен остался поговорить с этим общительным человеком, пока тот работал, а сама она смогла тем временем приготовить соус бешамель для смеси из рыбного филе, омаров и крутых яиц. Сверху она положила картофельное пюре, посыпала тертым сыром и сунула в духовку. Потом она пошла посоветоваться с Беном и столяром, не повесить ли новую дверь.

Вор, по-видимому, пытался взломать замок, прежде чем проделать дыру в стекле, чтобы просунуть руку и отпереть изнутри. Билл Терви указал им на щепки и осмотрел оставшееся стекло. Он неодобрительно выразился о стеклянных панелях на наружных дверях. Не хотела бы мисс Флетчер установить дверь без стекла, новую или хорошую подержанную?