Однажды ночью

Лоуренс Стефани

Пылкость Аманды отвлекла Мартина, и он на одну долгую минуту просто отдался своей страсти, но затем снова взял себя в руки и приступил к главной задаче: свести Аманду с ума, заставить ее потерять голову.

Он стал ласкать ее груди. Она выгнулась, движимая желанием отдаться ему, но внезапно поняла, что он именно этого и добивается, и с неимоверным усилием заставила себя вернуться к реальности. Когда у нее в голове прояснилось, она обнаружила, что ей приятно принимать его ласки и возбуждать его, не погружаясь в собственную страсть. Отныне она

тоже будет сохранять контроль над своими чувствами. Если же он потеряет осторожность, желание – обоюдное – снова подхватит их.

Отныне ему не удастся полностью лишить ее самообладания, она даст волю своим чувствам только в том случае, если он ослабит свою оборону.

А Мартин, судя по всему, не был склонен к этому.

Что на этот раз пошло им на пользу. Рядом послышались голоса. Они оторвались друг от друга и повернулись на звук. Кто-то шел в их сторону. Аманда со вздохом разомкнула объятия.

Мартин сумел разглядеть в темноте четыре фигуры – две мужских и две женских.

– Давай вернемся в бальный зал, – сказала Аманда. – Меня могут искать.

Мартин согласно кивнул и подал Аманде руку. Он довел ее до террасы и, поклонившись, ушел.

На следующий день они встретились на рауте у леди Хепплуайт, в особняке, где было множество уютных закутков для свиданий. Аманда столкнулась с Мартином, когда убегала от Персиваля Литтон-Смита.

– Отлично! – Она взяла его под локоть и потащила за собой. – Нельзя стоять на месте, на нас обратят внимание. Пойдем в оранжерею.

Мартин внимательно посмотрел на ее разрумянившееся лицо.

– У меня есть идея получше.

Зимний сад представлял собой узкое помещение, которое выходило во двор, отделявший особняк от большого сада. Добраться до него можно было через, дом по коридорам.

– Я здесь никогда не была, – сказала Аманда, оглядываясь по сторонам.

Мартин закрыл за собой дверь. Сад был погружен во мрак, однако он все же увидел, как Аманда протягивает к нему руки.

– Давай потанцуем – музыка хорошо слышна.

Мартин обнял ее, и они медленно закружились под приглушенные звуки музыки, доносившиеся из главной гостиной. Его руки скользили по ее телу. Ему нравилось чувствовать под ладонями ее упругие ягодицы, изящный изгиб бедер.

– Я хочу станцевать с тобой совсем другой танец, – тихо проговорил он.

Аманда обняла его за шею и улыбнулась:

– К сожалению, – она намеренно прижалась к нему всем телом, – нам придется обойтись вальсом.

Она подняла голову, подставляя ему свои губы, и он без колебаний впился в них поцелуем. Отлично владея собой, он терзал и мучил ее губы, пытаясь свести Аманду с ума.

Аманда чувствовала, как в ней разгорается страсть, как по телу волнами проходит трепет. Желание, мучившее ее две ночи, требовало удовлетворения и с каждой минутой становилось все настойчивее.

И все же ей удалось сохранить остатки здравого смысла.

Нет уж, пусть он сдастся первым.

Аманда позволила ему искушать

себя, соблазнять безмолвными обещаниями неземного блаженства, а сама все свои усилия направила на то, чтобы посильнее возбудить его, на разжигание той страсти, что она ощущала под маской сдержанности. Она сначала погладила его по щеке, потом ее рука переместилась ему на грудь и стала опускаться ниже, к бедрам…

Мартин схватил ее руку и сжал пальцы. Аманда отстранилась от него и шепотом взмолилась:

– Ну дай мне прикоснуться к тебе!

– Нет. – Он отвернулся, когда Аманда хотела поцеловать его. – Выйди за меня – и можешь касаться когда хочешь.

Аманда рассмеялась:

– Таким образом ты меня не завоюешь.

– Но и не потерплю поражения. – Мартин положил ее руки себе на плечи, сильно прижал к себе и поцеловал. Притворившись, что забылась, она прикрыла глаза.

Мартин оторвался от нее и провел языком по ее припухшим губам.

– Никакой другой мужчина никогда не дотронется до твоей кожи, никогда не будет ласкать твою обнаженную грудь. – Его дыхание щекотало ей щеку. – Не раздвинет тебе ноги, не войдет в тебя. Только я.

Мартин снова впился ей в губы, и Аманда затрепетала. Отдаться ему. Но только в том случае, если и он отдастся ей полностью, без остатка.

Очевидно, у Мартина возникло то же желание. Он подхватил ее и слегка приподнял…

– Не надо! Ах ты, шалунишка!

Аманда и Мартин на мгновение замерли, а потом устремили взгляды на стеклянную дверь, выходившую во двор. Какая-то молодая женщина, хохоча, вырывалась из объятий любвеобильного мужчины. Парочка рухнула на скамейку, стоявшую напротив двери. Женщина взвизгнула, когда мужчина схватил ее за грудь.

Аманда ахнула:

– Мисс Эллис! Это же ее первый сезон!

Мартин чертыхнулся и отодвинул от себя Аманду.

– Пошли. – Взяв ее за руку, он направился к двери. – Пока они нас не заметили.

Оставаться в саду было рискованно.

– Расстанемся здесь, – сказал он, когда они вошли в малую гостиную, и поднес ее руку к губам. – До следующего раза.

Аманда прекрасно поняла его намек.

– Завтра во второй половине дня в Остерли устраивается пикник. Многие уйдут в лес. Помнишь лощину у озера?

Мартин на секунду задумался и кивнул:

– До завтра.

Поклонившись, он отступил в полумрак, с сожалением предоставив Аманде возвращаться в мир яркого света.

Если ему в ближайшее время не удастся овладеть ею, уговорить принадлежать только ему, он совершит… какую-нибудь глупость.

Мартин сидел на поваленном стволе дерева и ждал. Он добрался до лощины у озера в поместье Остерли-Хаус незамеченным: от дороги до озера тянулся густой лес. Любимое место для пикника находилось на лужайке на другой стороне озера, рядом с тропинками, которые вели к лесу. Аманде придется обойти озеро, и если она ради того, чтобы их не беспокоили, готова пройти этот долгий путь, значит, у него есть надежда.