Однажды ночью
Шрифт:
– Леопольд Корсинский, – ответила Аманда.
Корсиканский консул. Интересно, когда она с ним познакомилась? Вряд ли во время своих путешествий по миру полусвета.
Мартин молчал, не предпринимая попыток отговорить ее. Если женщина намерена познакомиться с дикими сторонами жизни, суаре у Леопольда как нельзя лучше подходит для этой цели.
– Здесь я вас покину. – На улицах уже появились первые любители утренних прогулок верхом. – Грум доставит вас на Аппер-Брук-стрит и заберет лошадь.
Аманда улыбнулась ему:
– Тогда благодарю вас, милорд, за приятную компанию. С этими словами девушка поехала прочь, ничем – ни намеком,
Мартин, прищурившись, смотрел ей вслед. Она доехала до грума и, ни разу не оглянувшись, покинула парк.
Мартин направился к Стенхоуп-Гейт, пересек Парк-лейн и поскакал к Фалбридж-Хаусу. Он вошел в дом через кухню и поспешил в библиотеку – единственную обитаемую комнату первого этажа.
Как и в любой библиотеке, здесь все стены занимали шкафы с книгами, которые стояли в идеальном порядке. Разнообразие и роскошь изданий свидетельствовали о благосостоянии владельца, а также о его учености и глубоком уважении к накопленной человечеством мудрости. Короче, эта библиотека была уникальной во всех отношениях.
Бархатные шторы на высоких окнах все еще были опущены. Мартин стремительно пересек комнату и раздвинул шторы. Окна выходили на огороженный стеной сад с фонтаном, расположенным в центре круглого бассейна. Стена сада была плотно увита плющом.
Мартин повернулся спиной к окну и обвел взглядом комнату. Утренний свет осветил паркет, выложенный красивой мозаикой, и ковры, заглушавшие звук шагов. Рядом с обитым атласом креслом стояла кушетка, везде были разложены яркие диванные подушки, столики отличались искусной резьбой. Все в библиотеке радовало глаз гармонией цвета и качеством отделки. Эта комната была создана для того, чтобы дарить удовлетворение и отдохновение, чтобы восполнять пустоту существования.
Взгляд Мартина остановился на стопке приглашений, лежавшей на мраморной полке камина. Быстро просмотрев их, он сразу нашел то, что искал – приглашение от Леопольда Корсинского. Несколько секунд он задумчиво смотрел на него, потом, бросив остальные приглашения на полку, лег на кушетку и хмуро уставился в потолок.
Глава 3
Если дерзкая девчонка охотится за ним, то делает она это весьма необычным способом.
Мартин стоял в углу бального зала консульства и смотрел на Аманду Кинстер, которая только что переступила порог зала и оглядывалась по сторонам. В выражении ее лица не было ни намека на предвкушение встречи, она производила впечатление дамы, спокойно и хладнокровно обдумывающей варианты.
Леопольд поспешил ей навстречу. Она мило улыбнулась ему и протянула руку. Леопольд с жаром припал к ее руке, а потом поприветствовал элегантным и в то же время подчеркнуто подобострастным поклоном.
Мартин стиснул зубы. Леопольд о чем-то заговорил, энергично размахивая руками. Без сомнения, он вознамерился очаровать свою гостью. Мартин наблюдал и при этом недоумевал…
Он так долго был целью матримониальных планов, что у него выработалось шестое чувство, которое всегда предупреждало его об опасности. В случае же с Амандой Кинстер… у него не было полной уверенности. Она отличалась от других знакомых ему женщин – она была моложе, менее опытна и в то же время не настолько юна, чтобы ее можно было назвать глупой девчушкой, не настолько невинна, чтобы он забывал об осторожности и не придавал значения ее поступкам.
У него не было бы такого огромного состояния,
К ней подошли еще двое – известные повесы, слишком опасные для тех, кто решился ограничиться легким флиртом. Леопольд представил их Аманде, но не ушел и продолжал делать все возможное, чтобы удержать ее внимание. Через минуту мужчины поклонились и ретировались.
Мартин расслабился и только сейчас сообразил, до какой степени он был напряжен. Он устремил взгляд на предмет своего беспокойства. Аманда, в шелковом платье цвета спелого персика, подчеркивавшем стройность ее фигуры, мирно беседовала с Леопольдом. «Интересно, – спросил себя Мартин, – а какая она под платьем?» Он тут же одернул себя, прогнав из головы зарождающийся образ, и велел себе вернуться к действительности.
Итак, при каждой встрече она не скрывала того, что счастлива видеть его, что не возражает против его покровительства и даже рада ему. Однако он не заметил ни единого признака того, что она заинтересована именно в нем. Она привыкла к покровительству мужчин – у нее столько кузенов. Не исключено, что она с той же легкостью приняла бы покровительство другого мужчины. Мартин не смог не задумываясь назвать имя того, кто так же, как он, предложил бы ей свое покровительство исключительно в платоническом виде. Возможно, ее искренняя радость от его общества проистекает из ее естественной тяги к мужской компании, к той, к которой она привыкла с детства.
И ведь она не преследует его – все их встречи случайны. При сложившихся обстоятельствах трудно наверняка сказать, намеренно она это подстраивает или нет.
С этим вопросом, решил он, надо разобраться.
Мартин насторожился. Леопольд и так слишком надолго завладел ее вниманием, а те двое, что подходили к ней, кружат поблизости.
Аманда, увлеченная беседой с Леопольдом, не заметила его приближения. Не заметил его и Леопольд, чей взгляд не отрывался от лица Аманды. Только когда Мартин подошел вплотную, Аманда замолчала и подняла голову. В следующую минуту она уже радостно улыбалась:
– Милорд!
Мартин поцеловал ей руку, она сделала реверанс.
– Мисс Кинстер.
В ее глазах появился восторженный блеск, а Леопольд, переводивший взгляд с одного на другого, все больше хмурился и с каждой секундой все сильнее убеждался в том, что Декстер – не плод его воображения.
– Декстер! – Леопольд коротко кивнул. – Вы знакомы с мисс Кинстер?
Это был не вопрос, вернее, не явный вопрос. Мартин открыто встретил взгляд Леопольда.
– Мы… друзья.
Леопольд помрачнел еще сильнее: слово «друзья», сказанное таким тоном, могло означать что угодно. Однако консул слишком хорошо знал Мартина.
Если она и обращала внимание на тон и многозначительные взгляды мужчин, то не показывала этого и с невинным видом переводила взгляд с одного на другого. Наконец ее взгляд остановился на Мартине.
Тот улыбнулся ей:
– Давайте пройдемся и посмотрим, кто еще пришел в гости. Уверен, Леопольд не будет возражать. Вы уже давно с ним беседуете, а у него как у хозяина и так много дел.
Эта фраза должна была послужить предостережением для консула, но по внезапно заблестевшим глазам Аманды Мартин понял, что совершил промах, мысленно повторил свои слова и так же мысленно чертыхнулся: он ведь только что дал ей понять, что давно наблюдает за ней.