Одна на Троих
Шрифт:
– Нет, – выдавливаю из себя я, понимая, что ещё несколько секунд и мне будет плевать и на свою репутацию и на благоразумие.
– Упрямый цветочек! – прикусывает он кончик моего уха. – Хорошо. Я подожду. Но если я увижу, что ты отвечаешь другим, пеняй на себя. Заберу тебя сразу же! – предупреждает меня Соболев и, воплотив в реальность обещание с завтраком отвозит домой, где мы нос к носу сталкиваемся довольной Ришей, выбирающейся из машины Алексея.
Сам Чернов не выходит, лишь приветственно поднимает
Никита сразу же следует за ним, не преминув перед отъездом неодобрительно зыркнуть на Ришу. Никаких проявлений чувств на публике. Договор.
– Ма–а–аш! Они такие классные! Все трое! Ну и кто? – полушепотом переспрашивает она меня, когда мы закрываемся в моей комнате.
– Риша! – возмущаюсь я опять её бесцеремонным напороми вздрагиваю от неожиданности, когда она уже серьезно сообщает:
– А я определилась!
Глава 34
Маша
– Риш, один день. . . Как? – озадаченно смотрю я в сверкающие предвкушением намечающегося романа глаза подруги.
– Маш, иногда достаточно одного взгляда. Честно!
– Да. . . Это же ещё зависит от цели.
– Ты меня знаешь, – посмеивается подруга. – У меня каждый раз на всю жизнь.
– Риша, я серьёзно. Ну нельзя же игнорировать объективные причины!
– Какие?
– Что на всю жизнь при подобном первоначальном раскладе уже не получится! – в который раз попадаюсь я на её удочку, начиная доказывать и так всем понятные вещи.
– И?Кому от этого плохо? Мне с семью крышесносными романами или тебе с половиной одного, зарубленного до того, как он успел начаться? – почему–то начинает злиться она.
– Что–то не так, Риш?
Это сравнение себя и меня. . . За весь период нашей дружбы такое было всего пару раз и вот. . . Сейчас. . .
– Нет, все прекрасно, Маша, – теперь ее голос наполняется тонкими нотками ехидства. – Это же не на меня пускают слюни три обалденных мужика, а я думаю только о том, не повредит ли это моей карьере, и как это будет выглядеть со стороны.
– Да, потому что для меня это важно. Какой толк от романа, если крыша потом даст течь и, чтобы привести её в порядок, потребуется вдвое, втрое, а то и больше времени, чем длился сам роман? И не говори, что для тебя это новость, – обижаюсь я на неё в ответ.
– Прости, Маш, не новость. Просто. . . Знаешь, я реально устала. . . Лезешь из кожи вон, развлекаешь, ублажаешь, стараешься быть интересной и пшик. А ты здесь неделю, и я вижу, что каждый из них за тебя готов свернуть шею.
– Риша, я бы могла тебе посочувствовать, но, дорогая. . . Ты выбрала Чернова! Сразу Чернова! ! ! Да, это твой восьмой крышесносный роман, а дальше?
– При умелом обращении, это кольцо и счастливое
– Что? Счастливое? Да одно только то, что каждая встречная будет желать тебе навернуться в канаву, чтобы с ним рядом побыстрее освободилось место для неё, уже не делает его счастливым. А если добавить его любовь к женщинам и их вниманию. . .
– Но замужем–то буду я! И любить он будет меня, – выставляет она свой безымянный палец, словно демонстрируя обручальное кольцо. – Мне достаточно.
– Ты знаешь, Риша. Вот в том, что он будет любить и тебя, и ещё нескольких женщин, я даже не сомневаюсь, причем искренне, без обмана. Он способен. Но то, что тебе будет все равно на этих нескольких, я не поверю никогда.
– Машка, ну чего ты завелась?. . – внезапно возвращается Риша к своей привычной манере общения.
– С того, подруга, что когда флёр их первого очарования мной пройдет, о котором ты говоришь с такой завистью, я не хочу остаться той самой Аловой, которая, по мнению окружающих, крутила со всеми тремя.
– А ты нет?
– Ришка!
Хватаю я подушку с кровати и запускаю в неё.
– Ну. . . выглядит всё именно так. . . – ловит она мой импровизированный снаряд и откладывает подальше от меня. – Соболев с горящими от ревности глазами, то ещё зрелище! Не знала бы тебя, подумала, что у вас сегодня всё уже было. Было? – с недоверием заглядывает она мне в лицо.
–Не начинай.
– Алова, ну–ка рассказывай!
И я рассказываю, потому что это помогает мне ещё раз расставить всё по своим местам.
– Маш, он честен, и это, кстати, очень хорошая черта! А чего ты ждала, что он сразу позовёт тебя замуж? Не смеши.
– Воронов позвал.
– Что? – переспрашивает она, широко распахивая глаза.
– Ну не в прямом смысле, конечно, – отступаюсь я.
– Когда? Ты мне об этом ничего не сказала.
– Там, с поцелуем на балу. Сказал, что если кто–то всё–таки нас застукал и сделал фотки, он просто на мне женится, чтобы защитить мою честь.
– Алова. . . Что порекомендуешь сделать мне со своей завистью?
– Риша! Да это глупости, просто пришлось к слову.
– Да? Но ты–то мне об этом говоришь в сравнении с Соболевым. Ах, да. . . Забыла тебе рассказать. Все время после того, как Ворон забрал своего воронёнка, Лёша посвятил расспросам о тебе и рассказу о том, что его бабуля уже простроила для вас чудесное будущее.
– Ты шутишь?– подкашивает меня её дурацкий розыгрыш.
– Нет, – совершенно серьезно отвечает Риша. – И заметь, на все мои попытки позаигрывать и соблазнить, он просто не реагировал. А отсюда, дорогая, я делаю вывод, что Алексей Сергеевич не так примитивен, как может показаться на первый взгляд.