Одиссея
Шрифт:
Я ж согласился б скорее и бедствия встретить, чтоб только
Сладостный день возвращенья увидеть, чем, бедствий избегнув,
В дом возвратиться, чтоб пасть пред своим очагом, как великий
235 Пал Агамемнон предательством хитрой жены и Эгиста.
Но и богам невозможно от общего смертного часа
Милого им человека избавить, когда он уж предан
В руки навек усыпляющей смерти судьбиною будет».
Так отвечал рассудительный сын Одиссеев богине:
240
Сердце оно; уж его возвращения мы не увидим:
Чёрную участь и смерть для него приготовили боги.
Я же теперь, о ином вопрошая, хочу обратиться
К Нестору – правдой и мудростью всех он людей превосходит.
245 Был, говорят, он царём, повелителем трёх поколений,
Образом светлым своим он бессмертному богу подобен —
Сын Нелеев, скажи, ничего от меня не скрывая,
Как умерщвлён был Атрид Агамемнон пространнодержавный?
Где Менелай находился? Какое губящее средство
250 Хитрый Эгист изобрёл, чтоб удобнее сладить с сильнейшим?
Иль, не достигнув Аргоса, ещё меж чужими людьми он
Был и врага своего тем отважил на злое убийство?»
«Друг, – Телемаху ответствовал Нестор, герой геренейский, —
Всё расскажу откровенно, чтоб мог ты всю истину ведать;
255 Подлинно так всё случилось, как думаешь сам ты; но если б
В братнем жилище Эгиста живого застал, возвращаясь
В дом свой из брани троянской, Атрид Менелай златовласый,
Трупа его бы тогда не покрыла земля гробовая,
Хищные птицы и псы бы его растерзали, без чести
260 В поле далеко за градом Аргосом лежащего, жёны
Наши его б не оплакали – страшное дело свершил он.
Тою порою, как билися мы на полях илионских,
Он в безопасном углу многоконного града Аргоса
Сердце жены Агамемнона лестью опутывал хитрой.
265 Прежде самой Клитемнестре божественной было противно
Дело постыдное – мыслей порочных она не имела;
Был же при ней песнопевец, которому царь Агамемнон,
В Трою готовяся плыть, наблюдать повелел за супругой;
Но, как скоро судьбина её предала преступленью,
270 Тот песнопевец был сослан Эгистом на остров бесплодный,
Где и оставлен; и хищные птицы его растерзали.
Он же её, одного с ним желавшую, в дом пригласил свой;
Множество бёдр на святых алтарях он сожёг пред богами,
Множеством вкладов, и златом и тканями, храмы украсил,
275 Дерзкое дело такое с нежданным окончив успехом.
Мы же, покинувши землю троянскую, поплыли вместе,
Я и Атрид Менелай, сопряжённые дружбою тесной.
Были уж мы
Вдруг Менелаева кормщика Феб Аполлон невидимо
280 Тихой своею стрелой умертвил: управляя бегущим
Судном, кормило держал многоопытной твёрдой рукою
Фронтис, Онеторов сын, наиболе из всех земнородных
Тайну проникший владеть кораблём в наступившую бурю.
Путь свой замедлил, хотя и спешил, Менелай, чтоб на бреге
285 Честь погребения другу воздать с торжеством надлежащим;
Но когда на своих кораблях крутобоких опять он
В тёмное море пошёл и высокого мыса Малеи
Быстро достиг – повсеместно гремящий Кронион, замыслив
Гибель, нагнал на него многошумное ветра дыханье,
290 Поднял могучие, тяжкие, гороогромные волны.
Вдруг корабли разлучив, половину их бросил он к Криту,
Где обитают кидоны у светлых потоков Ярдана.
Виден там гладкий утёс, восходящий над влагой солёной,
В тёмное море вдвигаясь на крайних пределах Гортины;
295 Там, где великие волны на западный берег у Феста
Нот нагоняет и малый утёс их дробит, отшибая,
Те корабли очутились; проворством спаслися от смерти
Люди; суда ж их погибли, разбившись об острые камни.
Пять остальных кораблей темноносых, похищенных бурей,
300 Ветер могучий и волны ко брегу Египта примчали.
Там Менелай, собирая сокровищ и золота много,
Странствовал между народов иного языка, и в то же
Время Эгист совершил беззаконное дело в Аргосе,
Смерти предавши Атрида, – народ покорился безмолвно.
305 Целые семь лет он властвовал в златообильной Микене;
Но на осьмой из Афин возвратился ему на погибель
Богоподобный Орест; и убийцу сразил он, которым
Был умерщвлён злоковарно его многославный родитель.
Пир учредив для аргивян великий, свершил погребенье
310 Он и преступнице матери вместе с Эгистом презренным.
В самый тот день и Атрид Менелай, вызыватель в сраженье,
Прибыл, богатства собрав, сколь могло в кораблях уместиться.
Ты же недолго, мой сын, в отдаленье от родины странствуй,
Дом и наследье отца благородного бросив на жертву
315 Дерзких грабителей, жрущих твоё беспощадно; расхитят
Всё, и без пользы останется путь, совершённый тобою.
Но Менелая Атрида (советую, требую) должен
Ты посетить; он недавно в отечество прибыл из чуждых
Стран, от людей, от которых никто, занесённый однажды
320 К ним по широкому морю стремительным ветром, не мог бы