Одиссея Тёмного принца
Шрифт:
– И делаю куда меньше глупостей, чем ты. Что до Андриса, его отец сформировал его амбиции куда раньше меня. Кристер Янсонс сотрудничал с вариантом «ноль» до своей гибели по моему поручению, и именно поэтому Андриса один раз удалось успешно к ним внедрить. Но то, чем Андрис занимается сейчас, тебя интересовать не должно.
Таисса молчала. Когда Александр отказывался говорить ей что-то, упрашивать его было бесполезно.
– Не высовывайся без нужды, – сухо и чётко приказал Александр. – Когда найдёшь Дира, предоставь ему решать. Тёмный или Светлый,
– Он не воевал.
– Порасспроси его как-нибудь о том, в каких переделках он оказывался с тех пор, как ему было тринадцать. Всё, девочка, я потратил на тебя достаточно времени. Свяжись с Эдгаром, если будет что-то срочное. И не делай глупостей.
Короткий писк, и связь разорвалась. Таисса подняла голову и увидела Дира, стоящего в дверях.
– Началось, – проронила она.
Дир кивнул:
– Началось.
Несколько секунд они смотрели друг на друга, и Таисса знала, что Дира окутывает такой же страх, как её саму, несмотря на всю его браваду прошлой ночью. Желание спрятаться, зарыться под землю, защититься ладонями от дождя, который вот-вот готов пролиться, отнимая у них всё.
– Где находится образец препарата «ноль», который оставил тебе Вернон Лютер? – негромко спросил Дир.
Глаза Таиссы расширились.
– Что…
– Ты не можешь просто так «найти концентрированный раствор», принцесса. Александр не заметил оговорки, но я тебя знаю. Где он?
– Две ячейки в одном и том же женевском банковском хранилище, – произнесла Таисса. – Держу пари, это Вернон посоветовал моему отцу спрятать меч там же.
Дир помедлил.
– Мне потребуется некоторое время, чтобы рассчитать маршрут, – произнёс он. – Нам нужно избегать любых осадков. Синоптики сейчас, без сомнения, самые востребованные люди в мире.
– Оставшимся Светлым и Тёмным придётся облачаться в скафандры высшей защиты. Или зарываться в бункеры.
– Если мы спрячемся, фанатики всех мастей получат всю планету на блюдечке. Впрочем, они и так её получили. Достаточно распыления препарата «ноль» по атмосферным фронтам, и тогда… – Дир оборвал себя. – Мне не хватает информации, но то, что я представляю, весьма смахивает на апокалипсис. Слишком быстро, чёрт…
Таисса остро посмотрела на него:
– Хочешь сказать, что если бы это произошло недели через три, когда ты окончательно решил бы, что мир без Светлых и Тёмных станет лучше и справедливее, то ты приветствовал бы сезон дождей с воодушевлением?
Дир вздохнул:
– Принцесса, мир без Светлых и Тёмных всё же лучше, чем мир, которым правит Совет. Твой отец и его люди сделали всё, чтобы соотношение сил изменилось, но их слишком мало.
– По-моему, кто-то слишком пессимистичен.
– Я работаю со статистикой и прогнозами куда дольше и глубже, чем ты думаешь, – утомлённо сказал Дир. – И, в отличие от тебя, я рос среди обычных людей. Я очень хорошо вижу, как легко Совет набирает сторонников. И как хорошие честные люди не возражают против внушений, потому что выбирают надёжное
– С промытыми мозгами.
– Они это так не называют.
Таисса тяжело вздохнула и встала с постели.
– Пойду в душ. Мы улетаем сегодня?
Дир покачал головой:
– Не раньше, чем завтра. Это наш единственный образец концентрата, так что всё должно пройти идеально. Никому другому я эту перевозку доверять не хочу. У препарата «ноль» может быть неизученная токсичность,
– То есть ты всё-таки против методов варианта «ноль»?
– Я хочу получить противоядие, – твёрдо сказал Дир. – Узнать свойства этой штуки, убедиться, что никто не погибнет, понять, чем ещё это может нам грозить. Сейчас это важнее всего. Об остальном подумаем потом.
Таисса перевела взгляд на стол, где под сырным соусом ждал жёлтый картофель, перемешанный с кукурузой, оливками и листьями салата.
– Кажется, завтрак остыл, – заметила она.
– Чудовищная проблема по сравнению со Светлыми и Тёмными, лишившимися способностей по всему миру, – согласился Дир, усаживаясь напротив. – У тебя новые сообщения.
Таисса бросила взгляд на линк. Два сообщения. Два!
У Таиссы заколотилось сердце.
Ответ на первое сообщение она ожидала. От Рамоны. Таисса почти видела наяву её улыбку.
«Все целы, малышка. Я передам Эйвену, что ты его любишь».
А второе…
«Да, Пирс. Существует».
Таисса не знала, понятия не имела, как Вернон умудрился ответить на её письмо. Мог ли он вообще взять с собой линк туда, куда направлялся? Была ли там связь?
Но куда важнее был ответ.
Средство, возвращающее способности, существовало.
Существовало.
Занятий в этот день, конечно же, снова не было. Таисса издалека полюбовалась на хижину, служившую деревенской школой. Ей хотелось зайти внутрь. Увидеть Дира за работой, прикрыть глаза и послушать его голос…
Увы, не сейчас.
Когда Дир вернётся в Совет, он сделает так, чтобы у этих детей появилось куда больше возможностей. И здесь, и в соседних деревнях, и по всему континенту.
Таисса моргнула. Стоп. Что значит, «когда Дир вернётся в Совет»? Совета больше не было, и непонятно, будет ли вообще. Нет, старые цепочки командования сохранятся на какое-то время, но очень скоро люди поймут, что гегемонии Светлых настал конец. А если замешкаются, уцелевшие Тёмные быстро им об этом напомнят.
Ох, если начнётся война…
А чего хотела она сама, Таисса Пирс? Мир без Совета, мир без внушений… разве не об этом она мечтала?
Нет. Потому что улыбка в глазах Дира была ей дороже. Потому что она плакала, когда её родителей лишили способностей. Потому что Вернон заплатил кровью за свой полёт. Потому что они были рождены такими. Таисса, Ник, Александр, Лара…
Личное или общее? Ради чего ты пойдёшь на всё? Ради высшей цели или ради друзей? Что тебе дороже – свободное человечество или улыбка в глазах того, кого ты любишь?