Одинокий тролль
Шрифт:
— «Защитник», говорит командир истребителей! — отчеканила полковник. — Жду приказа.
— Полковник, капитан «Защитника» на связи, — донесся до нее голос Онслоу, с трудом различимый из-за помех, вызванных ядерными взрывами. — Коммодор отвоевалась. Корабль сильно поврежден, но и этот подонок далеко не уйдет.
Полыхнуло еще несколько взрывов, яростный обмен ядерными ударами продолжался, и Леоновой показалось, что она ощущает нестерпимый жар, о котором сообщали ей датчики бортового компьютера.
— Командир истребителей, «Огр» выпустил тендеры, которые прикрывает группа перехватчиков. Уничтожьте их!
— Приказ
— Не стоит, полковник. — Голос Онслоу, заглушаемый треском помех, казался теперь очень далеким. — Главное, уничтожьте тендеры! Встретимся в аду, полков…
Связь прервалась: «Защитник» ударил всей своей массой по корпусу врага, и корабли поглотил взрыв, подобный сверхновой.
Глава 4
courage (сущ.) 1. Состояние или качество духа, дающее способность противостоять опасности, страху или превратностям судьбы, не утрачивая самообладания и решимости; мужество; смелость. [От ср.-англ. corage, сердце, т. к. оно считалось вместилищем чувств]
— Что за чертовщина?!
Мастер-сержант Эндрю Слокум вскочил и почувствовал, как напряглись его лицевые мускулы. Полковник Арчер, дежурный Оперативного центра аэрокосмической обороны США, не одобрял сильных выражений, да и вообще какие бы то ни было проявления непрофессионализма. Но в тот момент он, к счастью, не спеша прихлебывал кофе в дальнем конце подземного бункера, и Слокум успел прочистить горло, прежде чем повысить голос.
— Полковник! Вы не могли бы взглянуть на эту штуку, сэр?
— Гм? — Полковник Арчер, вопросительно подняв бровь, подошел к Слокуму.
«Одно в полковнике хорошо, — подумал Слокум, — будучи порой слишком въедлив, он тем не менее доверяет своим подчиненным и не задает дурацких вопросов».
Арчер молча склонился над сержантом, чтобы взглянуть на монитор.
В первый момент он никак не отреагировал на увиденное, а затем оцепенел от изумления.
— Что за черт… — Он не договорил, а Слокума охватило сумасшедшее желание захихикать. Полковник наклонился еще ближе к экрану.
— Почему вы не доложили об этом раньше, сержант? — спросил Арчер.
— Потому что эти штуки только что появились в поле зрения, сэр. Вот отсюда. — Слокум постучал по экрану пальцем, и Арчер кивнул.
Толстая красная линия обозначала траекторию неизвестного летательного аппарата, только что вторгшегося в зону, за которую отвечал полковник, и то, что он видел на экране, пришлось ему совершенно не по вкусу.
— Почему же Служба мониторинга космического пространства нас не предупредила заранее? — гневно спросил он.
Основной задачей Оперативного центра аэрокосмической обороны было управление системой G-PALS, которая защищала территорию Соединенных Штатов от ракетных ударов. В результате последнего перераспределения ролей внутри военной администрации центру были переданы практически все наземные системы слежения США, осуществлявшие мониторинг воздушного пространства, а также общая обработка поступавшего потока информации. Однако непосредственное слежение за пространством на высотах, превышающих триста
— Служба мониторинга космического пространства предупредила нас, сэр, — ответил Слокум. — Но они обнаружили их, — он покосился на табло электронных часов, — две целых семьдесят пять сотых секунды назад. Это зарегистрировано на пленке, сэр, — почтительно добавил он.
— Это невозможно! —пробормотал полковник Арчер.
— Я тоже так думаю, сэр, но эти штуки здесь, и тут уж ничего не попишешь.
— Ладно. Вражескими ракетами они быть не могут. Слишком уж издалека они сюда заявились, — сказал Арчер, беря себя в руки. — Каковы их координаты, сержант?
— Двадцать один северной долготы, один-пять-пять западной широты, высота девяносто шесть миль. Они летят сейчас над Тихим океаном, и они снижаются. Скоро будут над Центральной Мексикой, если не изменят курс. Траектория нестабильная, сэр. Когда мы их обнаружили, они шли со скоростью более семнадцати тысяч узлов. Теперь она снизилась до семи тысяч.
— Что?
— Вот показания приборов, сэр… За последние четыре минуты они снизили скорость более чем на десять тысяч узлов. И смотрите сюда, сэр! Видите, как этот маленький ублюдок танцует?!
На этот раз полковник Арчер не выказал ни малейшего желания отругать старшего сержанта Слокума за несдержанность в выражениях. Он был не только техническим работником, но и опытным пилотом и никогда — никогда! — не видел устройства, будь то космический корабль многоразового использования или реактивный самолет, которое способно осуществлять на таких скоростях повороты в девяносто градусов. Он схватил телефонную трубку, чтобы связаться с дежурным начальником противовоздушной обороны, но глаза его продолжали следить за немыслимой картинкой на мониторе.
— Генерал Голдман? С вами говорит полковник Арчер. Сэр, мои приборы слежения показывают нечто очень странное.
Имени у командира эскадрильи не было. Ни сейчас, ни в прошлом, да он в нем и не нуждался. Для тех, кто его создал, он был всего лишь орудием, а не личностью, давать же орудиям имена — излишняя роскошь. Ширмаксу даже не позаботились придумать какое-нибудь название для подобных ему созданий. Эту задачу взяли на себя люди, которые назвали его троллем.
Приборных панелей на его истребителе не было. Он сам был частью скоростного корабля-убийцы. Он был слит с ним так же, как с многочисленными орудиями уничтожения, ради эффективного управления которыми его и создали. Чтобы отслеживать один-единственный человеческий истребитель, который, будто воплощение смерти, все время шел позади его эскадрильи, тролль не нуждался в показаниях приборов. Этот истребитель уничтожил десять машин его эскадрильи! В определенном смысле то был последний человеческий истребитель во всей Галактике. И вот уже три терранские недели он упорно но не желал гибнуть!