Одиночка
Шрифт:
— Если никто не подъедет, как только рассветет, мы пойдем пешком и за пару часов доберемся до космопорта. У корпорации достаточно кораблей, чтобы закинуть нас на орбиту.
Она собиралась что-то ответить, когда он с ужасом увидел, что из ночной темноты прямо за ее спиной вынырнул жук. Это была огромная тварь с черным панцирем и тысячами зубов в истекающей кислотной слюной пасти.
Прежде чем он успел крикнуть, жук пробил стекло за спиной Линды и, обхватив ее четырехпалой лапой, рванул к себе и прижал к двери.
— Нет! — Он судорожно бросился к ней, но его держал привязной ремень.
—
За ее спиной раздалось громкое шипение чужого. В окно просунулась вторая лапа и схватила ее с другой стороны. В машине удушливо запахло сероводородом.
Крей смог дотянуться только до ноги Линды, схватился за нее и потянул жену к себе.
И тогда жук неожиданно сильно дернул ее, так что она сложилась пополам и нога вырвалась из его рук. Привязной ремень Линды лопнул, и чужой вытащил ее через разбитое окно. На осколках стекла остались окровавленные клочки одежды и кожи.
— Нет! — снова закричал он, пытаясь высвободиться из привязного ремня, но его, по-видимому, заело или он просто не мог попасть в кнопку замка. Ремень никак не расстегивался, и он рванул его, пытаясь выбраться наружу и спасти жену.
Кошмар продолжался.
Ремень впился в тело.
Крики Линды затихли в ночном мраке, а он все еще боролся с ремнем.
Неожиданно сквозь темноту и отчаяние до него донесся голос:
— Он приходит в себя.
Ужас отступил на второй план, вытесненный воспоминаниями о базе Харон и другом кошмаре. Провал.
— Отлично, — сказал другой голос. — Нашел что нибудь?
— Ничего стоящего.
Джон Крей, у которого в ушах еще звучал предсмертный крик Линды, с трудом заставил себя вернуться к реальности.
Совершенно голый, он сидел в кресле, его руки и ноги были связаны широкими ремнями. Еще один ремень крепко прижимал его голову к спинке кресла. К его рукам, ногам и области сердца были прикреплены трубки, уходившие в стоящие рядом аппараты, к промежности была подведена широкая труба. Он отчетливо ощущал, что в череп воткнуты три иглы, провода от которых, вероятно, соединялись с чем-то за его спиной, чего он не мог видеть.
— Он все отрицает, — сказал Ларсон. — К тому же он каким-то образом блокирует зондирование мозга.
Крей открыл глаза, на мгновение забыв о Линде.
Перед ним стоял профессор Клейст в белом халате. Он казался огромным, словно судья в белых одеждах, стоящий у райских врат, и крик Линды окончательно затих в глубине его сознания.
Профессор улыбнулся, заметив, что Крей открыл глаза. Он опустился на колени и заглянул своему пленнику прямо в глаза:
— Зачем вам все это нужно?
Крей только мигнул в ответ. Он попытался вспомнить о времени, проведенном с Линдой, но не мог. Все, что он мог вспомнить, это заевший привязной ремень той жуткой ночью.
— Нам известно, что вы работаете не на ZСТ, а на корпорацию «Грант», так что можете больше не притворяться. Просто расскажите нам, что вам известно, и вы умрете безболезненно. Обещаю.
Крей думал о том, что той ночью он все-таки расстегнул ремень. Было слишком темно, чтобы пытаться найти Линду или хотя бы следы жука, но он все равно попытался,
Он сидел посреди дороги, плача и в исступлении выкрикивая ее имя, когда его подобрала машина десантников.
Профессор взглянул поверх плеча Крея на Ларсона и с досадой снова повернулся к Крею.
— Если вы будете продолжать испытывать мое терпение, вам придется перенести невероятную боль.
Крей сфокусировал взгляд на профессоре:
— Я… я не понимаю, что вам нужно.
Профессор отодвинулся от него и криво улыбнулся.
— Тогда я скажу вам, что мы знаем и что именно мы хотим узнать от вас.
Он снова посмотрел поверх плеча Крея:
— Должен признать, — сказал он, — что ваш план был смелым. Честно говоря, мне он даже понравился, особенно голограмма моего старого друга из штаб-квартиры корпорации. Удивительно, как это ему удалось сохранить спокойное выражение лица, когда он записывал эту голограмму. Бьюсь об заклад, вы присутствовали при записи, ведь так?
Клейст улыбнулся, а Крей старался не вспоминать о том дне в корпорации ZСТ. Но по выражению лица профессора он понял, что это ему не удалось.
— Вы надеялись, — продолжал профессор, еще раз взглянув поверх плеча Крея, — так запугать меня угрозой шпионажа, чтобы я, не задумываясь, вручил вам все данные по проекту «Химера».
Профессор разразился резким скрипучим смехом и придвинувшись вплотную к Крею, взглянул ему прямо в глаза. Крей почувствовал, что у профессора изо рта пахнет гнилью, как будто у него разлагаются внутренности. Только на это и оставалось надеяться.
— Вы допустили роковую ошибку с самого начала. — сказал профессор прямо в лицо Крею, оскалив в ухмылке желтые зубы. — У всех агентов ZСТ девятого уровня допуска есть идентификационная метка на правой почке. А у вас — якобы с двенадцатым уровнем — ее нет. Это выяснилось сразу же, как только мы проверили вас во время дезинфекции. — Клейст отступил и разразился безудержным смехом. Наконец он перевел дыхание и снова посмотрел на Крея. — Вот так. Мы давно знали, что вы работаете на корпорацию «Грант», уже несколько лет. Мы принимали информацию, которую вы сообщали нам, чтобы заслужить доверие. Это было великодушно с нашей стороны, не правда ли? — Он снова рассмеялся, но на сей раз быстро оборвал смех. — Нам нужно было выяснить, что именно вы ищете и кто дает вам информацию. С вашей помощью мы выловили порядочный улов, включая капитана Палмер.
Крей до отказа натянул ремни, пытаясь выпрямиться;
— Нет, нет. Она тут ни при чем.
Профессор засмеялся.
— Может быть, я и правда сумасшедший, как многие считают, но не дурак.
Он кивнул Ларсону, который показался из-за спины Крея. В руках тот держал небольшой контейнер, с одной стороны которого находились какие-то приборы.
— Мы даже разработали план, чтобы вывезти вас сюда, где вам не сможет помочь никто из ваших агентов внутри корпорации. Мы даже представили это так, как будто это ваша собственная идея. Вас специально доставили сюда, чтобы вы сообщили нам все, что знаете. И, верьте мне, вы расскажете все.