Одиннадцать дней
Шрифт:
Алекс кивнула.
— Именно.
— И кто это был? Кто-то из своих?
— Да, одна из наших манекенщиц. Она умудрилась записать на диктофон мои беседы с Марком по поводу показа и выдала наши идеи конкурентам. Удивляюсь человеческой неблагодарности. Эту девушку мы взяли в агентство в качестве исключения. Честно говоря, кроме внешней красоты, в ней нет больше ничего привлекательного.
— Люди редко бывают благодарными. Лучше попытайся выяснить, из-за чего она предала вас? Деньги?
— Я, разумеется, не знаю,
— А, тогда понятно. — Натан улыбнулся. — Марк никогда не был постоянным в любви. Видимо, эта особа быстро ему надоела, и это слишком сильно задело ее женское самолюбие.
— Да, и она к тому же сама встречалась с ним только ради того, чтобы Марк помог ей сделать карьеру. Впрочем, давай не будем больше о работе.
— Хорошо, — согласился Натан. — Мне вообще иногда начинает казаться, что ты не думаешь ни о чем, кроме своего агентства. Это, конечно, хорошо, но иногда нужно думать и о себе.
— Я ужасно выгляжу? — Алекс по-своему интерпретировала фразу Натана.
— Ты всегда замечательно выглядишь, — сказал он. — Ты очень красивая.
Алекс почувствовала, что краснеет. Она вспомнила, как когда-то не могла смотреть в глаза Натану и тоже краснела и нервничала.
Кстати, что-то не стало в последнее время его пристальных взглядов. Алекс заметила, что Натан как-то изменился, но не могла понять, что ее насторожило. Теперь она поняла. Комплименты комплиментами, но что-то здесь не так.
И что же это может значить? Когда Алекс смотрела на него, Натан отводил взгляд. Это что-то новенькое! Неужели Натану неприятно смотреть на нее? Быть может, он продолжает общаться с ней только потому, что боится обидеть ее?
Алекс погрустнела. Да, наверное, так и есть: она больше его не интересует. Настроение испортилось окончательно.
Да и разговор сегодня как-то не клеился. Раньше, когда Алекс узнавала нового для нее человека поближе, ей было легко общаться с ним. А в случае с Натаном теперь она вместо прежнего спокойствия и ощущения того, что рядом с ней ее вторая половинка, ощущала отчужденность.
На что я рассчитываю? — с тоской подумала Алекс. Он не любит меня. Я в очередной раз ошиблась. Вот и на ужин пригласил только потому, что обещал еще две недели назад. Я больше неинтересна ему.
Алекс стало так грустно, что на глаза навернулись слезы. Она украдкой смахнула их.
Как она могла ошибиться? Снова и снова Алекс наступала на одни и те же грабли, но так ничему и не научилась.
Натан отвез Алекс домой сразу же после ужина. Он даже не согласился ненадолго зайти к ней и посмотреть ее заново отремонтированную квартиру. Натан попрощался с ней у двери и ушел, все так же избегая ее взгляда.
Алекс вошла в квартиру и поплелась в спальню. Там она, даже не переодеваясь в домашнюю одежду, упала на кровать и лежала так до тех пор,
После всех волнений еще и это! — подумала Алекс раздраженно.
Что ж, пусть будет так. Не нужен ей Натан. Подумаешь, кто он такой, чтобы занимать все ее мысли?
А ведь занимает! Да и неправда, что он не нужен ей. Как она сможет жить без него?
Как она жила раньше? Алекс, очнись, приди в себя: ведь жила же!
Нет, не жила — существовала, твердил ей внутренний голос, и Алекс знала, что это правда.
С десятым днем знакомства, поздравила она себя. И что мне теперь делать?
Алекс была почему-то твердо уверена, что теперь она и Натан перестанут общаться. Они созданы друг для друга, а он этого не понимает. Или это она такая дура, что придумала себе красивую сказку и пытается выдать ее за реальность?
Что ж, теперь все ее мечты рухнули. В полночь карета превратилась в тыкву, а принц исчез.
Марк вошел в приемную Гаварда Рэнделла и осмотрелся. Все, как у них в агентстве. Почти один в один. А теперь уже появились и общие идеи.
— Вам назначено? — спросила секретарша.
Марк покачал головой.
— Нет.
— Вы хотите сделать заказ на проведение показа?
— Нет, я не клиент.
— Тогда, боюсь, мистер Рэнделл не сможет вас сейчас принять, — сокрушенно сказала секретарша. — У него очень много дел в связи с предстоящим фестивалем. Вы, конечно, слышали о нем?
Губы Марка скривила горькая усмешка.
— Слышал. Но все же мне придется побеспокоить вашего босса. Если он не примет меня сейчас, то я не отвечаю за свои дальнейшие действия.
Секретарша испуганно взглянула на Марка. Он и впрямь был похож на сумасшедшего: бледное лицо, в глазах лихорадочный блеск… Стоит ли тогда вообще сообщать мистеру Рэнделлу о приходе этого человека? Или сразу вызвать санитаров?
— Я не сумасшедший, — сказал Марк, догадавшись о ее мыслях, и улыбнулся. — Мне необходимо срочно поговорить с Гавардом Рэнделлом. Это в его интересах. Дело как раз касается показа. Если вы не сообщите ему о моем визите, то, боюсь, потом, когда фестиваль сорвется, он не скажет вам за это спасибо.
Аргумент возымел действие, и секретарша сообщила Рэнделлу о том, что с ним хотят срочно поговорить.
Марк вошел в кабинет Гаварда, но не ответил на его приветствие и проигнорировал протянутую ему руку.
— Я не хочу здороваться с человеком, который занимается плагиатом, — сказал Марк.
Улыбка на лице Рэнделла погасла. Он и без того был удивлен, что его посетил Марк. Не так уж часто они пересекались, а уж в гости друг к другу и подавно не ходили.
Марк долго раздумывал над тем, стоит ли ему поговорить с Рэнделлом или не стоит. И в конце концов решил, что если не выскажет Гаварду все, что о нем думает, то перестанет себя уважать.