Одиннадцать дней

Харстед Дональд

01:27

Мы вернулись в офис и медленно рвали на себе волосы. У нас была тьма информации. У нас не было ничего. Нам надо было сделать прорву работы. За радио Салли заменила Дебора Финней, она вызвалась покрутиться вокруг и помочь. Один раз этой ночью она уже делала кофе, поэтому Арт и я метнули монетку, кому заваривать второй кофейник. Я проиграл.

Мы посадили Салли в кухне перепечатывать содержимое книжки Филлис Эркман, ибо решили навестить Элизабет Миллс и ее мужа, а вначале нам были нужны кое-какие даты и события, относящиеся к ним. Элен говорила, что Смуглянка --

это Элизабет Миллс. Везде, где в маленьком дневнике упоминалось ее имя, оно сопровождалось именем "Шамана". Она никогда не упоминалась, чтобы его имя не стояло первым, и никогда ее имя не появлялось в дневнике в одиночку. То же самое относилось и Шаману. Однако в нескольких записях они не упоминались вовсе. Вывод такой: Шаман -- это ее муж Кеннет. С этим уже было можно отправляться.

"Как продвигаешься, Салли?"

"Неплохо... кажется, почти все сделано."

"Ты видишь в этом смысл?"

"Боюсь, его не много."

Я сам заварил кофе, не желая ее замедлять. За эту работу ей должны были платить сверхурочные, но гарантии тут не было, так как не было "срочности". Мне не хотелось, чтобы она тратила свое время хоть чуточку больше абсолютно необходимого.

Хал и Эстер позвонили своему боссу в ДеМойн и объяснили, что, как нам кажется, у нас тут еще одно убийство, которое предшествовало четверному и, возможно, связано с ними довольно темным образом. Босс явно не обрадовался.

Арт и я поговорили с Ламаром и рассказали, что мы думаем сделать. Он тоже вовсе не был счастлив, но конечно понимал причины и резоны.

Когда мы собрались в офисе, состоялась небольшая дискуссия, которую лучше всего просуммировал Хал.

"Все, чем мы в этом деле занимаемся -- это реакция. Мы совершенно не проявляем инициативы. Нам пора перехватить инициативу!"

Конечно, он был прав. Но пока что у нас не было информации, чтобы по-настоящему куда-то двигаться. Сейчас же, особенно с предположительной идентификацией Смуглянки и с предварительным опознанием Шамана, у нас появилось нечто, с чего можно по крайней мере начать.

Возникло еще одно осложнение: вовлекалось все больше людей и вероятность утечек и бегства свидетелей становилась все выше. Возможность, что кто-то доберется до Мрака, становилась основательнее с каждой минутой. Нам бы не хотелось, чтобы это произошло.

Мы снова позвонили окружному прокурору Марку Фюллеру, на сей раз с вопросом думает ли он, что у нас достаточно доказательств, чтобы получить ордер на арест Элизабет Миллс. Мы хотели заполучить ордер до того, как направиться в ее дом. Ордер дал бы нам гораздо большую возможность маневра при обыске.

Фюллеру не казалось, что доказательств у нас достаточно. Мы думали, что они у нас есть. Он считал, что мы можем допросить ее утром, и если получим от нее признание, то либо сразу арестуем, либо получим ордер тогда. Он был неплохим прокурором округа, но оказался весьма вшивым копом.

В конечном счете мы его достали и заставили согласиться, что следует воспользоваться шансом, иначе мы чувствуем, что завалим дело. Он думал, что мы уже

и так заваливаем дело, но, будучи сонным, поддался давлению. С этой информацией мы позвонили Ламару. Конечно, мы не стали вдаваться в подробности дискомфорта окружного прокурора.

Мы вызвали с дороги Майка, чтобы сопроводить Хала и Эстер к дому мэра. Чтобы получить ордер, его тоже пришлось разбудить.

В ту ночь мы были не слишком популярны, но у нас было настоятельное ощущение, что нам следует на что-то натолкнуться, иначе делу не будет конца.

Когда вернулись Эстер, Хал и Майк, они сказали, что мэр, как выяснилось, был более чем счастлив, выдавая ордер на арест Элизабет Миллс. Обвинение: убийство первой степени. Все дневниковые показания вели к тому, что Смуглянка присутствовала на так называемом жертвоприношении ребенка. Как и Шаман.

Салли вернулась в главный офис с перепечатанными бумагами и оригиналом. Копии отксерили и каждый получил по одной.

Так как мы собирались арестовать женщину, то я сделал предложение.

"Эй, раз уж Салли здесь и в форме, не кажется ли вам, что мы обязаны взять с собой матрону?"

"Абсолютно верно", согласилась Эстер.

В округе не было женщины-офицера. Кроме того, если мы возьмем Салли в качестве матроны, то ей это оплатят, причем за все то время, которое оказалось сверхурочным после обычной смены. Что означает, что с гарантией заплатят и за перепечатку.

"Окей", вздохнул Арт. Когда диспетчеры выполняют обязанности матрон, растет их основная ставка.

У меня была и еще одна идея: "Салли, подними правую руку и повторяй за мной."

Она повиновалась.

"Торжественно клянусь соблюдать законы штата Айова."

"Клянусь."

"С отдельной ссылкой на главу 692, относящейся к данным уголовных дел и правоохранительной разведывательной информации."

"Клянусь."

"Хорошо. Теперь ты обладаешь временными полномочиями."

"Это было действительно необходимо?", спросил Арт.

"Будь спок. Если мы ее допрашиваем, то необходимо присутствие матроны. И если мы ее допрашиваем, я не хочу, чтобы присутствовал персонал, не принявший присягу."

"Правильная точка зрения."

"Окей", сказал я, "Салли, ты знаешь Элизабет Миллс?"

"Конечно." Казалось, вопрос ее слегка поразил. "Работает в магазине одежды в центре."

"Как она выглядит?"

"Ну, ей примерно тридцать, выше меня темные волосы."

"Все выше тебя."

Салли ростом ровно пять футов.

"Ну да, да", сказала она. "Она примерно на пять дюймов выше меня."

"Как насчет мужа?", спросила Эстер.

"Ну", сказала Салли, "он ростом примерно пять футов восемь, около 150 фунтов, как мне кажется. Могу его описать: светловолосый, это точно."

"Я его знаю", сказал Арт. "Занимается бухгалтерским бизнесом, помогает с налогами, всякое такое."