Одиннадцать дней

Харстед Дональд

"По мне окей."

Генри бросил бомбу: "Карл, тебе пока нельзя. Тебе надо отлежаться дня три-четыре."

Я только смотрел на него.

"У тебя слабое сотрясение. С твоей историей двух проломов черепа и трех сотрясений, не стоит испытывать судьбу. Или стоит?"

Мы с Ламаром молчали.

"Хорошо, я отпущу тебя домой, если ты не желаешь остаться. Но никакого яркого света и некоторое время никакого напряжения. А если тебя снова начнет тошнить, сразу возвращайся сюда. Понятно?"

"Да."

***

Ламар

вышел со мной и мы направились в офис. Я рассказал ему о возможной идентификации неизвестного тела и он выглядел весьма довольным. Прежде чем я отправился домой, пришлось составить рапорт об инциденте. Заняло около часа. Я сильно удивился, заметив по радиожурналу, что пробыл в отключке около шести минут. Даже дольше, чем показалось Майку.

Салли казалась очень обеспокоенной. Диспетчеру тяжело сознавать, что с копом что-то случилось, и быть не в состоянии ничего сделать. Она действительно подумала, что меня убили. Хорошие диспетчеры всегда предполагают самое худшее. По крайней мере мне казалось, что вполне могло произойти самое худшее.

До того, как я покинул офис, включился Майк. Он с боссом у дома Эркман. Здесь тоже распятие. Приняв нашу новую политику двух человек, он выходил с Ламаром. Эстер, которая остановилась в единственном мотеле города, будет извещена в 07:00.

Я поехал домой и немного повозился, заводя патрульную машину задом в гараж. Плечо болело, а когда я смотрел через плечо, глаза все время меняли фокус, произвольно переключась на проволочные квадраты ограничительной сетки. Жутковато, потому что казалось, что каждый раз гараж прыгает в мою сторону на четыре-пять футов.

Китель сунул в стиралку отмокать, а рубашку выбросил. Сделал сэндвич и выпил Пепси. Потом прокрался наверх, стараясь быть потише и улечься в постель, не разбудив Сью. Не сработало, когда напоролся на комод.

"Вполне можешь включить свет", донесся с постели сонный голос.

"Окей, но перед тем хочу, чтобы ты знала, что у меня голова перевязана, но это несерьезно."

Я включил свет.

"Бог мой."

"Чепуха. Просто пара швов."

"Что случилось?"

Я рассказал.

"Чем он тебя ударил?"

"Не знаю. Доской, рукояткой, может, еще чем-то. Твердым, как я понял", и я улыбнулся.

"А я удивилась, что ты дома вовремя."

"Ну, Генри сказал, что я получу пару дней отлучки..."

"Ты не возьмешь."

"На этот раз возьму."

"Да уж."

"Хочешь знать, сколько швов?"

"Нет. Мне и так тяжело справиться. Мне не нравится твоя работа и не нравится, что с тобой случается."

"Ну, это же не так часто. Иначе я уволюсь."

"Не думаю, что тебе захочется. Мне кажется, тебе

это нравится."

И с этим она повернулась и, похоже, уснула.

Нравится? Едва ли. Она-то действительно хочет, чтобы я занимался другой, более достойной работой. Где меня не бьют и где у меня несколько лучше клиентура. Что ж, в каком-то смысле я тоже этого хочу. Однако, большую часть временя моя работа интересна, и совершенно не похожа на рутину. Мне нравится моя работа. Собственно, я и не думал, что мне надо за нее извиняться.

Телефон зазвонил в 08:45. Если не можешь придти на работу, зачем звонить? Это Эстер, с извинениями, но она хочет прийти и поговорить со мной.

Я поставил кофейник, снял повязку и, насколько дала боль, вымыл голову. Побрился. Попробовал все, что мог, чтобы проснуться. После второй чашки кофе начал беситься, что Эстер запаздывает. Если уж беспокоят, то пусть являются вовремя.

Она прибыла около 09:30. Неся гостинец в форме толстого конверта проявленных фотографий места преступления у Эркман и мои собственные снимки сцены у МакГвайра. С запиской Ламара, спрашивающего, не могу ли я их промаркировать, пока на больничном.

"Думаю, сделаю за день-два."

"Хорошо. Как голова?"

"Еще здесь."

"Хочу потолковать с тобой о прошлой ночи."

"Чашку кофе?"

Мы потратили около часа, проходясь по событиям ранних утренних часов, и она все записывала на ленту. Я все это уже сказал в своем рапорте и она слегка разочаровалась тем, что мы не открыли ничего нового.

К тому времени, когда мы закончили, я начал пробуждаться.

"Отчеты о вскрытии уже вернулись?"

"Ах, да, их прислали утром. Оставила в машине."

Они оказались весьма интересны.

Прежде всего время смерти распределилось в такой последовательности:

Вильям Сиркен примерно в 10:30 вечера.

Френсис МакГвайр примерно в полночь.

Неизвестная (возможно, Пегги Келлер) около 01:00.

Филлис Эркман около 05:00 утра.

Причины смерти были равным образом интересны.

Вильям Сиркен истек кровью после повреждения нижней везикулярной артерии и предшествующего участка правой общей брюшной артерии, очевидно вызванных колотой раной.

Френсис МакГвайр, смерть от асфиксии, смята гортань и сломан гиоид.

Неизвестная (возможно, Пегги Келлер), смерть от асфиксии из-за лигатуры вокруг шеи.

Филлис Эркман, смерть от кровотечения из-за прободения левой общей брюшной артерии и вены, вышележащей мезэнтерической артерии, абдоминальной аорты и нижней венозной протоки.

Здесь единственная неожиданность -- МакГвайр.

Удаление кисти МакГвайра произошло, очевидно, постмортем и объясняет небольшое количество крови. Нож в груди, очевидно, тоже мысль запоздалая.