Одиннадцать дней
Шрифт:
"Комм, третий."
"Третий?"
"На пару минут выйду из машины у дома МакГвайра. Буду на уоки."
"10-4, третий вне машины, 02:23."
По собственному опыту знаю - хотя предполагается, что преступник всегда возвращается на место преступления, однако гораздо чаще там обнаружишь вернувшегося офицера полиции. Существует ощущение сцены и каким-то образом оно иногда помогает сфокусировать мысли. Конечно, не всегда осознанно. Часто, просто заново вспоминаешь.
Я не искал ничего конкретного. Просто бесцельно побродил по двору, поднялся на крыльцо до веранды. Было очень
Я посветил фонариком в машинный сарай. В основном ржавое фермерское оборудование и совершенно новенький трактор. Везде валяются кучи стальных и железных частей, в большинстве своем в очень печальном виде. Я вошел, зная, что не найду ничего существенного, потому что лабкоманда покопалась здесь весьма основательно. Особенно, Эстер. Но мне хотелось получить ощущение, каким же типом личности был МакГвайр, а так как именно здесь он работал, то стоило просто побыть тут несколько минут.
Я вышел из сарая с ощущением, что МакГвайр хотя и фермер, не испытывал к этому делу особенного энтузиазма.
Я подошел к дому и завернул за угол к той двери, куда мы вошли две ночи назад. В луче фонарика блеснуло что-то прикрепленное к двери. Я подступил ближе. Деревянное распятие, вроде бы дорогое, с серебряным Христом. Оно было прибито к двери.
Я вернулся к машине за камерой и чтобы вызвать Майка в качестве свидетеля.
"Комм, скажи Майку, пусть пробивается сюда, хорошо? Но срочно, но лучше побыстрее, как сможет."
"10-4."
"И я снова покину машину."
Я пошарил на заднем сидении, вытащил камеру, присоединил вспышку и вернулся к двери, чтобы сфотографировать распятие. Приставил камеру к глазу, а фонарик воткнул под руку, чтобы он светил на дверь и позволил мне достаточно четко сфокусироваться.. Вдруг я услышал, как кто-то бежит позади дома. Звук такой, словно по мокрому ковру.
Ну, когда зазвучит сигнал горна, то всегда думаешь, что готов. Вот и я с камерой жены, копаюсь под мышкой, чтобы получше схватить фонарик, с грохотом огибаю угол дома, и не могу достать оружие, чтобы не уронить источник света, не могу избавиться от камеры, и совершенно не готов блокировать подозреваемого. Но все-таки я здесь. Как раз вовремя, чтобы заметить фигуру, исчезающую в сосенках, посаженных для защиты от ветра на западной стороне дома. И несущуюся по дороге, которая приведет его или ее либо на шоссе, либо на следующую ферму. И несущуюся быстро.
Я побежал назад к машине.
"Комм, я нашел, то есть, я видел субъекта, бегущего на запад, скажи пятому, пусть едет сюда, я буду преследовать..." Дышал я довольно тяжело.
"Третий, 10-9."
То есть, надо повторить. Значит, дышал тяжелее, чем мне казалось. Я положил камеру в машину, сел за руль и снова взял микрофон.
"Комм, у меня подозреваемый, пешком убегает от дома на северо-запад. Давай сюда пятого живее."
"10-4, третий."
Я погнал назад по проезду, чуть не потеряв контроль на маленьком холмике. Проезд был сплошная грязь. Вылетел на гравийную, повернул влево и проехал по дороге около трехсот ярдов до высокого места, откуда мог видеть довольно далеко. Включил прожектор, повел им назад к проезду МакГвайра
Поле было кочковатым с прошлогодней стерней примерно в фут высотой. По такому тяжело передвигаться и я довольно легко мог бы услышать, как кто-то бежит. Я надеялся, что занял свою точку атаки заметно раньше подозреваемого, и что он подумает, что я остался в машине. Я затаился и ждал.
"Третий, я пятый."
Я всегда держу микрофон и динамик моего уоки-токи прикрепленными к левому плечу. Так можно уменьшить звук, но все-таки слышать. К несчастью, в подобных ситуациях всегда пугаешься.
"Слушаю, пятый."
"Третий, я пятый."
Великолепно. На открытой местности нет ничего необычного в том, что уоки-токи лучше принимает, чем передает. Сейчас тот самый случай. Он меня не слышит, а мне не добраться до машины и большого радио.
"Комм, третий?" Тихо, потому что я не хочу, чтобы мой голос был слышен в поле.
"Третий, сигнал прерывается, повторите."
"Скажи пятому, чтобы ехал на запад от дома, там увидит мою машину. Я в поле слева от нее."
"Третий, попробуйте еще раз."
Дерьмо. Я встал, отцепил уоки-токи с пояса и поднял его над головой, увеличив высоту антенны.
"Комм, теперь принимаешь?"
"10-4, третий."
"Окей, комм, скажи..." Что-то очень сильно ударило меня сзади по левому плечу. Меня бросило вперед, я споткнулся и повалился на правый бок.
И еще раз, теперь по середине спины и по левой руке. Я попытался перекатиться влево, уходя от ударов, но уперся в мерзлый гребень борозды и не смог ее преодолеть. Попробовал подняться на ноги. Снова по спине, и снова я упал, на сей раз на руки и колени. Еще раз в правую часть головы, и от этого удара я совсем отключился. То есть, был в сознании, но не в состоянии достаточно скоординировать руки-ноги, чтобы подняться. Или, например, почесать нос. Я смутно ощущал чье-то тяжелое дыхание, а потом звук кого-то, убегающего влево.
Я повертел головой. Боли нет. Онемение в голове и плече. Подняться заняло, наверное секунды три-четыре, и это оказалось ошибкой. Головокружение, тошнота. Я опустился на колени, поддерживая себя правой рукой. Медленно расцветающие огни, мягкие оттенки красного и голубого. Окей, Карл, дыши глубже. И медленно.
Немного погодя я снова встал. Медленно. На этот раз не так худо. Но посмотрел на свою машину и не увидел, где же я ее оставил. Дезориентация, Карл. Потянулся к микрофону на плече и не нашел его. Окей, дурак, он упал. Пощупал шнур. Нет шнура. Ну, хорошо, я держал его высоко над собой. Фонарик все еще был в кармане, поэтому я секунду светил вокруг и увидел уоки-токи, лежащий в нескольких футах от меня. Поднял его, снова увидев мягкие огни, и потянулся к микрофону. Чуть не порезал руку, потому что пластиковый корпус раскололся. Пришлось нащупать крепление, отсоединить микрофон и для передачи воспользоваться боковым переключателем. В конце концов, сделать это удалось.