Один...
Шрифт:
— Науруз был приглашен, как звезда, за свои особые данные. Найдите кого-нибудь, кто превзойдет его — и я тут же отпущу Вашего друга на все четыре стороны без малейших претензий...
— Найти? Ловлю Вас на слове, Роман, — и тут на глазах изумленного режиссера старичок стал на четвереньки и серая шерсть рванулась сквозь его кожу. Шакал огляделся, улыбнулся профессорской улыбкой Роману и прыгнул сквозь стену. Голубые расходящиеся круги с золотыми искрами рябью пронеслись по обоям, но не успел Роман еще прийти в себя, как Йуругу вернулся назад. И не один. Верхом на нем сидел смеющийся красивый мальчик,
Правда, Роману не повезло: расторгнув договор с Нау и заключив контракт с юным лучником, он еще не знал, что ждет его впереди. Горячий в сексе мальчишка с поражавшим воображение членом, в возбужденном состоянии возвышающимся над головой, абсолютно не запечатлялся на фото и видеопленке. Что, впрочем, не удивительно для обитателя потустороннего мира.
Роман в отчаянии бежал за рубеж. Впрочем, этому способствовало и то, что наша война разворошила мафио-осиное гнездо и фильмы никто не дотировал. А без денег это, увы, не делается, на одном голом энтузиазме голых мальчиков не снимешь...
...Однажды на заброшенном складе одной из группировок среди героинов, кокаинов и прочих «инов» мы нашли удивительный порошок — мафиин.
«— И по закону подобия, воздействуя на часть, ты повлияешь на целое, преобразуя его по своему усмотрению,» — вспомнились слова Йуругу.
Пуговица на шнурке выжидательно звякнула.
«— Пуговица может выполнить любое желание, если это не желание перерождения или гибели живого существа. Над неодушевленными предметами ее власть безгранична. Стоит лишь дать ей энергию... вы знаете, каким методом,» — продолжал звучать голос профессора. Ну что ж, похоже, он не ошибся, когда предсказал, что метод наш будет ему не очень-то и приятен...
И мы занялись любовью прямо здесь, на складе. Сперва, сложив в пирамиду все найденные здесь пачки мафиина, мы украсили вершину кучи-конуса, положив на ее вершину Пуговицу-амулет. А затем заплясали вокруг импровизированного алтаря неведомый ритуальный танец, сбрасывая на ходу с себя одежду. Языческие пляски перешли в плавный хоровод, и тепло наших касаний растеклось по всему телу. Сомкнув руки, мы словно замкнули огромную цепь, пустив по ней токи любви. Никогда мы еще не любили так сильно. Возбуждала мрачноватая обстановка полуразбитого склада, диковинность нашей цели и сам алтарь из полумифического порошка, увенчанный святыней звезд. Все уже круг, и вот уже пальцы рук гладят плечи, а горячие бедра порою касаются друг друга, вызывая сладостный озноб. Колышутся в такт движениям воспрявшие Часовые Любви, готовые слиться с любящей плотью. И слияние не заставило себя ждать. Дрожащие кожаные колы вонзались между пылающих ягодиц, проникая в упругие недра, а руки ласкали бедра и живот. Мы по-собачьи сливались воедино, запрыгивая друг на друга, постанывая и качая бедрами. Ноги сами расходились а попки приподнимались, чтобы не упустить ни миллиметра вонзающейся плоти. Целуясь и ласкаясь, мы сверкали в сумраке легкими молниями, и вот уже воздух наполнился ароматом грозы. Но молнии, вырвавшиеся из нас, ударились не в Барьер пространства, а огненными клинками впились в медную пуговицу, и она вспыхнула, как ослепительное маленькое солнышко.
Антимафиин! Что может быть банальней. Весь мафиин по всей Земле вмиг стал своей противоположностью! Но разве мы могли представить все, что из этого выйдет!
«Полицейские участки буквально захлестнула волна мафиози, требующая принять их на работу в полицию. Полиция не рискует принять их в свои ряды, опасаясь, что будет обвинена в слиянии с организованной преступностью,» — звучало с экранов.
«Затяжная война внутри мафии!», «Самоистребление гопников! В чем причина?», «Развал партправительства», — сенсационные, но вскоре ставшие привычными заголовки в газетах, со временем перекочевавшие с передовиц в колонки информации. Спустя месяц от мафии не осталось и следа. А заодно — и от всем надоевших правительств, которые хоть и называли за глаза «Партмафией», но только теперь убедились, насколько же это было недалеко от истины.
Исчезли многие глупейшие запреты, и появились уже первые законные крутоэротические киностудии. И ничего — небо не упало на землю, а люди не стали злее и извращеннее. Просто теперь не надо было трусливо таиться, опасаясь властей и чиновничества.
Исчезли запреты на профессии, выбрасывавшие за борт жизни тысячи тысяч людей. И новые, свежие силы влились, разгоняя застой в медицине и педагогике, военных и морских силах и далее, далее... далее...
А затем все газеты нашей странной страны облетело фото Игорька и Науруза, счастливых и улыбающихся. Но снимок этот не имел ни малейшего отношения к нашей войне с мафией. Это было свадебное фото. Так впервые в стране соцлагеря свершился однополый брак. И благословил его не только ЗАГС, но и церковь (похоже, это был единственный способ батюшке избавиться от нашествия призраков в Храм Божий и не потерять паству, тем более, что Говорящий Шакал именно это условием и поставил).
А когда Лешка принялся благодарить Йуругу, старый японец-оборотень только улыбнулся, сказав:
— Не стоит благодарности. Мы по-прежнему — твоя Гвардия, и твои друзья — наши друзья, Мессир. Тем более что это было просто забавно...
А Союз Свободных Сексменьшинств России подарил новобрачным видеокассету «MEGA-BOYS» студии «Геро-фильм» из Дюссельдорфа. И когда на обложке мы прочли:
«GUFO. REGIE: ROMAN HYSEK. THEATER BOYS. STARRING: CHARLES, STEVE, CLARK, JONNY, ROY, TIM, PAUL.», то поняли, что Роман неплохо устроился на крупнейшей студии запада, обеспечив себе «входной билет» своими ранними работами, и за судьбу его волноваться не стоило.
А среди ребят на обложке смеялся юный Науруз с накладной родинкой...
На этом-то все и завершилось. Ибо с уходом последнего, третьего Талисмана, ушло и наше безмятежное детство. А кому интересны наши нынешние взрослые проблемы...
И все-таки хорошо получилось с антимафиином! Так что теперь на нашей грани мафии нет.
А если Вы читаете эту книгу, но мафия в Вашем мире не вымерла — значит, мое творчество попало в параллельный мир, в котором Вы и живете.
Аминь!
Орияна, 1-28 августа 1994 года
Так где же ваш труп, мистер КОН?