Один...
Шрифт:
— Проводишь?
— Охотно. А вам куда?
— Ищем Сатану.
— Вы че, ополоумели? Охренели? Или вас Бешеные до одури затрахали?
— Он нашего друга похитил. И твоего земляка при этом. Учти.
— Живой тагирец?! Кто таков? Ты мне про него ничего не рассказывал.
— А я с ним и познакомился после того, как ты меня в поезд затолкал.
— И правильно сделал, что затолкал. На следующий же день нашу палатку миной и накрыло. Вдрабадан. И сразу — сюда.
Мне стало нехорошо. Оказывается, пока я трахался с Наурузом, наслажлаясь его юностью, Яшара уже не было в живых. А я. Я даже не почувствовал тогда ничего... Яшар тем
— Далеко вас вести не смогу — неохота на местные патрули попадать. Но проведу до ущелья. За ним — Провал. А через Провал — мостик. Его всегда кто-то из Миротворцев патрулирует. Смело обращайтесь к ним — они помогут.
— Яшар? — я шутливо дернул его за заостренное ухо — единственное, что отличало его расу от землян.
— А?
— А ты не потерял былой сноровки?
— Надо же. Как раз хотел об этом тебя спросить. Да стеснялся. После такой атаки-то. А ты?
— Разумеется, не потерял. А ты хочешь?
— Что за вопрос! Все руки в мозолях! А как же твои друзья?
— Их не стесняйся. Ребята, присоединитесь?..
— Тебе не хватило нашествия? — начал было Игорек, но Леша перебил его: — О’кей, идем!..
Жилище Яшара оказалось не в пример просторней нашей палатки. Вырубленное в толще горных пород, оно запиралось массивной стальной дверью, снаружи отделанной под камень.
— Это — от Бешеных. Помогает, хотя иногда остаются вмятины. А отделка — от Патрулей.
— А че ты так боишься патрулей?
— Они, как правило, из бывших эсесовцев. Так что пытать умеют. А цель их — отлов беглых и дознание Истинной Цели Побега. А ведь мы тут все, в некотором роде, бессмертные... Но не будем о грустном... Расскажи лучше, что у вас стряслось, что вы аж в пасть Сатаны сами сунулись.
— Расскажу. Но, может, сперва это? — и я опустил руку на ширинку Яшара. Из-под брючной ткани упруго выпирала горячая возбужденная плоть. Я осторожными движениями пальцев расстегнул брюки, и они легко скользнули вниз, обнажив румяную попку и смуглый член Яшара. Вырываясь из брючного плена, член шлепнул меня по губам, и я немедленно сомкнул их на толстой головке. Сзади я ощутил прохладные Лешкины пальцы, стаскивающие с меня штаны, а затем прямая стрела Лешкиного члена легко скользнула в меня. Рядом звякнул шпагой Игорек, и вскоре его брюки и куртка накрыли сверху древний клинок, а сам наш Командор довольно покряхтывал, нежа свой длинный и тонкий член во рту Яшара.
В Яшара, казалось, бес вселился, так яростно он обрабатывал Игорев член, подрагивая в такт движения своим смуглым красавцем. И тут я рискнул. Освободившись от Лёшкиных ласк, я выпустил член изо рта и, развернувшись, повернулся к нему попкой. Нет, не зря я дома, запершись в туалете, разминал свою дырочку, погружая в нее сразу четыре пальца до упора. Случилось невозможное: член Яшара погрузился в меня по самые яйца. Входил он туго, и словно тысячи чувствительных волосков внутри ануса говорили мне о продвижении его к цели. Энергия волнами накатывала на меня и, не найдя выхода, щелкнула маленькой молнией в нос Игорьку. Бедняга дернулся и выдернул свой член изо рта Яшара. И тут же его членом овладел скучавший до того Леша.
Мы блаженствовали еще минут двадцать, пока, наконец, уставшие и удовлетворенные, не растянулись на покрывавшей весь пол шкуре какой-то ископаемой твари, прямо под иконой, изображающей какого-то полусонного святого, протыкающего своим посохом крылатую змеюку. И тогда я начал рассказ, а Игорек и Лешка, перебивая меня,
Собственно, после возвращения на Землю была лишь одна проблема — где будет жить Науруз, этот очаровательный пацаненок с неимоверно длинным членом и необъяснимыми знаниями в магии, сумевший вернуть меня в мой мир, но и сам застрявший у нас. И тогда Игорек предложил свои услуги: его родители уехали на два года в Израиль работать на какой-то фирме, и он теперь шиковал один в трехкомнатной квартире. Так Науруз прописался у нашего Командора. Порою мы брали его в свои полеты, но все эти странствия ни к чему не приводили: мир Науруза и Яшара не находился. Я было заподозрил, что Наурузу просто понравилось у нас, и он не хочет возвращаться в мир, где постоянно стреляют, но как-то Игорек рассказал, что по вечерам наш малыш производит какие-то дивные заклинания, на зов его являются диковинные и невероятные твари, и у всех юный маг спрашивает про дорогу домой. Но пока еще никто не смог ему подсказать.
А потом, месяцев через пять, на вызов явилось ОНО. Дикая тверюка с перепончатыми крыльями, козлоподобной головой и женскими грудями, покрытое бугристой шкурой. Тварь оскалила клыки, дико смотревшиеся в козлиной пасти и, слегка качнувшись, шагнула из пентаграммы. На вопль Науруза чудовище лишь ухмыльнулось и прорычало:
— А кто сказал, что пентаграмма меня сдержит? Теперь ты мой! Навсегда! — и, протянув свою длинную ручищу, сомкнуло свои когти вокруг малыша.
Тут Игорь, очнувшись от оцепенения, схватил со стены старинный клинок, хранившийся в семье со времен прапрадедов, и кинулся на Сатану.
— Черная Шпага! — рявкнул в испуге монстр и кинулся в центр пентаграммы. Он так спешил, что даже забыл закрыть за собою Врата, и теперь огненная дыра в полу вела не к соседям этажом ниже, а в недра Преисподней. И, примчавшись к Игорю после его телефонных звонков, мы, почти не раздумывая и вооружившись чем попало, кинулись в погоню.
— Дальнейшее общеизвестно, — завершил свой рассказ я, а Игорек буркнул: — По идее, рассказывать должен был я, как единственный очевидец...
— И все-таки... — Яшар задумчиво тер подбородок. — То, что Науруз не нашел наш мир — ничего странного: спустя дней пять после вашего Ухода на Землю весь Тагир погиб в ядерной войне. Так что теперь Науруз — последний ЖИВОЙ тагирянин. А вот зачем он понадобился Сатане — ума не приложу.
— Пока еще живой... А откуда сведения о гибели всей планеты?
— Да от вновьприбывших. Тут такое делалось... Переполнены были пропускники и Ада, и Рая. И в Чистилище до сих пор миллиарды тагирян... Кстати, ребята, а покажите ту шпагу, — попросил нас Яшар.
Игорь вытянул клинок из-под скомканных брюк и протянул нашему другу. Яшар осторожно взял клинок за обтянутую черной кожей рукоять. В полусумраке древняя сталь светилась призрачным голубоватым сиянием. И от этого тревожного света что-то беспокойно завозилось в темном углу.
— Что это? — испугался я.
— Не бойся, это Малыш, — с этими словами Яшар извлек из угла клетку, в которой возился длинный негритянский член. — Он уже ручной и шелковый и живет у меня, ну, вместо канарейки...
— А заодно ублажает хозяина, — съехидничал Лешка, но Яшар уже поставил клетку на пол, пробормотав почему-то: -»Карлик на морском берегу...», — и вновь поднял клинок.
— Черная Шпага, — с восторгом прошептал он. — Одна из двух Великих. О них даже Муркок писал! Да с таким клинком вам и сам Сатана не страшен!