Один мертвый керторианец
Шрифт:
Некоторое оживление обстановки наступило лишь в самом конце посадки, когда, промчавшись на безопасной высоте над мегаполисом столицы, мы погасили скорость, зависли над домом Лана и стали спускаться отвесно по вертикали. Внизу наше намерение не осталось незамеченным, — по крайней мере, согласно вспыхнувшим на пульте лампочкам и зуммеру, с нами попытались войти в контакт. Причем на аварийной частоте. Однако Уилкинс, после непродолжительного колебания, отвечать не стал, а лишь выключил надоедливый сигнал и продолжил снижение.
Но стрелять так никто и не начал, и мы чинно, не особенно спеша, опустились на бетонированную площадку перед каким-то ангаром. Почему-то наше благополучное приземление вызвало у меня значительное облегчение, и я наконец заметил очевидный факт, несколько меня позабавивший. Герцог Лан на Антаресе поступил точно так же, как я на Новой Калифорнии: построил себе точную копию своего керторианского замка. Впрочем, это еще ни о чем не говорило.
Продолжить наблюдения мне не удалось, так как Уилкинс, почесав затылок, пробурчал:
— Ну ладно, надо с ними поговорить, а то, чего доброго, начнут палить. Мое бы терпение на их месте уже заканчивалось.
По-видимому, их терпение на их месте вело себя примерно-так же. Во всяком случае, в донесшемся из динамика голосе слышались явственные недобрые интонации:
— Вызываю неизвестный корабль! Немедленно объясните причины посадки!
После второго раза Уилкинс включил и обратную связь:
— Говорит яхта „Элейн“. Спасибо, у нас все в порядке. На том конце заметно поперхнулись, а затем заговорили очень холодно и спокойно:
— Послушайте, ребята, вы вторглись в частные владения, так что убирайтесь-ка поскорее! Мы шутить не станем!
Уилкинс не торопился отвечать, и, обернувшись, я обнаружил на его лице странное сосредоточенно-задумчивое выражение, как будто он напряженно что-то вспоминал…
Наконец он хлопнул ладонью по подлокотнику, усмехнулся и сказал:
— Да, Карверс, шутить ты так и не научился! Впрочем, поздравляю. Ты здорово прогрессировал после отставки, если дорос до работы на своего хозяина!
Теперь пауза была куда длиннее, а затем говоривший недоверчиво спросил:
— Майор, это вы, что ли?
— Нет. Тень отца Гамлета.
— Да, это точно вы, — со вздохом подтвердил голос. — Но что вы тут делаете, черт побери?
— То же, что и ты.
— То есть? — не понял Карверс.
— Ну, ты охраняешь своего босса, а я — своего. Разве нет?
Молчание.
— Ладно. Короче говоря, мой босс хочет поговорить с твоим. Как нам это устроить?
— Ну, хозяина сейчас нет… — не очень уверенно ответил Карверс, и я тотчас заподозрил неладное. Но зря.
— А где он? — спокойно спросил Уилкинс.
— В городе. У него сегодня лекции в университете. — Должен к вечеру вернуться, но…
— Хорошо, мы подождем!
Вспомнив, что мы садились почти в центре дневной стороны планеты, я присвистнул —
И действительно, спустя добрую минуту Карверс наконец произнес:
— Хорошо. Я попробую с ним связаться. Но, майор, кто же, простите, ваш босс?
— Рене Гальего с Новой Калифорнии. Еще одна красноречивая пауза, затем:
— И что?
Уилкинс вопросительно глянул в мою сторону, но я как-то забыл подумать над предполагаемой темой разговора и мог только пожать плечами. Шепотом выругавшись, майор эдак небрежно бросил:
— Ну, ты просто передай, что Рене Гальего хочет поговорить с г… э-э… мистером Ланом.
Вместо ответа раздался щелчок, возвещавший о конце связи, и Уилкинс усмехнулся:
— Так-то лучше, сержант. Вот решай теперь, повезло нам или нет? Том Карверс служил у меня когда-то и, уж конечно, по старой памяти не пошлет без разговоров. Это хорошо. Но если я его знаю, то и он меня знает, а следовательно, будет держать ухо востро. Он хоть парень и недалекий, но очень надежный. Это плохо. А в остальном, герцог, вы не находите, что мы движемся прямиком к пирожку?
— Посмотрим лучше, что нам скажут! И чем! — с откровенным пессимизмом заявил я.
Но очередной раз сел в лужу. Когда минут через пять Карверс снова вышел на связь, то стал куда любезнее и передал, что мистер Лан просит нас оказать ему честь и посетить его резиденцию, а он сам прибудет сразу как освободится.
Вставая из кресла пилота, Уилкинс отвесил мне ироничный поклон, а спускаясь по трапу, ведшему вниз яхты к выходу, продолжил и вслух:
— Читать лекции в университете — это самое подходящее занятие для убийцы и похитителя. Не правда ли, герцог?
— Если вы считаете, что сей безобидный ученый не тронул в жизни и мухи, то глубоко заблуждаетесь. Я лично знавал товарищей, отправившихся в мир иной при его непосредственном участии! — довольно злобно огрызнулся я, и это было правдой.
Уилкинс промолчал, но перед шлюзом остановился и, положив палец на открывающую его кнопку, сказал:
— Босс, я прошу вас в последний раз — дальше за каждым нашим движением наверняка будут наблюдать. Так вот, я очень прошу вас: перестаньте дурью маяться!
Пока я искал достойный ответ, он прошел через шлюз и вышел наружу, где нас поджидали Карверс (оказавшийся на удивление невысоким и щуплым для человека своей профессии) и еще несколько охранников…
Впрочем, несмотря на очевидные меры предосторожности, применяемые против нас, никакой враждебности не было. Нас провели по двору ко входу в главное здание, а затем через просторный холл и по лестнице на второй этаж, где и оставили в небольшой, обставленной старинной мебелью гостиной, спросив предварительно, не надо ли нам чего-нибудь.