Одержимый

Рид Рик Р.

— После обеда я подъеду к вашему дому. Если все будет нормально, мы сможем ждать его звонка вместе.

— Это было бы прекрасно.

— Хорошо. Заканчиваем разговор, да?

— А если он не позвонит, а сразу появится у меня?

— Извинитесь и позвоните мне. Если меня в ресторане не будет, значит, я на пути к вам. Приеду и буду ждать у вас в холле. Если я позвоню, когда он будет в квартире, сделайте вид, что я явился по какому-нибудь хозяйственному делу. Понятно?

— Да.

— Я буду ждать его. И, может быть, мне наконец удастся выяснить, что происходит.

Он

подождал, пока она повесила трубку.

Зазвонил телефон. Один раз. Второй. Третий. Три раза. Энн стояла над аппаратом, слушая звонки. Рука повисла в воздухе. Наконец после седьмого звонка она подняла трубку и молча ждала.

— Энн, бэби, любимая, это Джо.

Его голос казался таким далеким, что она не знала, связь ли виновата или ее собственное состояние.

— Да, — прошептала она.

— Любимая, я так хочу хоть взглянуть на тебя! Я знаю, я обещал, что не буду тебя беспокоить. Но я не надолго. Мы немного поговорим, и все...

— Где ты остановился?

— В мотеле АМХ. Да это неважно. Могу я забежать на несколько минут...

— Джо, ты обещал, что не будешь искать встречи.

— Я и не ищу. Пожалуйста, Энн, ну пожалуйста!

Она никогда не слышала такого отчаянья в его голосе. Он действовал как ребенок, хныча и умоляя. Когда-то она его любила. За что?

Энн не хотела видеть его. Еще нет. Но все же она сказала:

— Ты можешь зайти, Джо, но не надолго. На полчаса. Ты понял?

— Да. — Он повесил трубку.

Энн знобило. Она села и набрала номер ресторана, который дал ей Ник. Он сразу ответил. Она сказала, что Джо уже едет.

— Я скоро буду.

Через пятнадцать минут Энн услышала, как кто-то вставляет ключ в замок. Она удивилась, так как совсем забыла, что у него есть ключи от квартиры. Она прошла из спальни в гостиную и ждала, пока откроется дверь.

Джо был совсем другим. Его джинсы и фланелевая рубашка были грязными и мятыми. На одной штанине большое пятно. Плащ тоже мятый, словно Джо в нем спал. Он несколько дней не брился, и от него пахло перегаром и потом. Этот запах наполнил всю комнату.

— Что с тобой случилось? — ошеломленно спросила она. И в этом вопросе было слишком много боли и любви.

— Мне так плохо без тебя. Я больше не могу! — Он начал плакать и шагнул к ней. Она прошла через комнату, чтобы между ними оказался стол.

— Сядь. — Энн показала на один из стульев.

Он неуклюже плюхнулся на кушетку, чуть не упав. Раньше она бы засмеялась и поддразнила его. Сейчас ей было его жалко.

Энн села наискосок от него.

— Джо, ты что вытворяешь с собой? Где ты был? Что происходит?

Он отрицательно покачал головой.

— Ничего не происходит. Мне нужна ты. Чтобы выжить. Я так тебя люблю, Энн! — Его слова перемежались рыданиями. — Это действительно так. Ты должна разрешить мне вернуться. Я снова стану самим собой. Ты увидишь. Пожалуйста.

— Джо, я не знаю...

— Мы устроим прекрасные каникулы. Все плохое оставим в прошлом. Я не совершу больше ничего дурного.

Иногда я не могу справиться с собой. Но если я буду с тобой, я знаю, все будет хорошо. Мы сможем уехать на некоторое время. Все будет так, как было раньше. Ты помнишь?

Он поднялся с кушетки и встал перед ней на колени. Схватил ее руку и не отпускал.

Энн почувствовала тошноту, подступившую к горлу.

— Джо, ну пожалуйста, — сказала она, выдергивая руку и вставая.

— Энн, умоляю! — Он уже стоял перед ней на четвереньках. — Позволь мне вернуться домой. Я обещаю не делать больше ничего дурного. Я люблю тебя. Я действительно тебя люблю. Разве ты не знаешь этого?

— Я больше ничего не знаю! — сказала она, и глаза ее наполнились слезами. — Пожалуйста, Джо, пожалуйста, уходи! — Она поспешила к двери и открыла ее. — Если ты действительно любишь меня, ты сейчас уйдешь. Возвращайся, когда будешь в порядке.

Боль, отразившаяся на его лице, глубоко поразила ее. Ей хотелось обнять его. Хотелось кричать.

— Пожалуйста, — прошептала она, слезы застилали ей глаза, — уходи, пожалуйста.

Она отвернулась, когда он проходил мимо.

— Энн, я вернусь. Помни, я люблю тебя.

Она не повернулась к нему, ожидая, пока тяжелый запах алкоголя и пота не исчезнет.

Затем Энн закрыла дверь.

Ник Мон-Пьер тронул с места свое темно-бордовое «вольво», когда увидел, что Джо выходит из дома. Он ехал тихо, наблюдая за ним. Джо подошел к остановке напротив их дома и стал ждать автобуса. Через пять минут появился автобус южного направления. Джо пропустил трех человек впереди себя, а затем вошел сам. Через несколько секунд его вышвырнули. Ник видел, как Джо что-то кричал водителю, слов разобрать он не мог. Двери захлопнулись, и автобус тронулся.

Джо подождал минуту, а затем вышел на дорогу и стал голосовать. Ник съехал с шоссе и остановился в нескольких шагах от него. В зеркале заднего вида он наблюдал, как Джо заторопился к машине.

Когда Джо сел, Ник постарался не замечать исходившего от него запаха. Он лишь удивлялся, почему красивый, тщательно ухоженный человек с фотографии превратился в небритого уличного бродягу с жирными волосами.

— Куда едем? — спросил его Ник.

— Даунтаун. Чикаго-авеню.

Вам повезло, я как раз туда еду. Купить парочку вещей в «Уотер Тауэр». Где вас высадить?

— Вы знаете, где находится мотель АМХ?

— Конечно. Вы там остановились?

— Да. Временно. — Джо сгорбился на сиденье и уставился в окно.

Ник легко вписался в поворот внешней Лэйк-Шор-Драйв. Он попытался завязать разговор, чтобы узнать побольше о Джо, но тот не отвечал, и Ник после нескольких попыток замолчал.

Ник высадил Джо около мотеля АМХ на Чикаго-авеню и объехал квартал. Он нашел место для парковки и подождал в машине примерно пятнадцать минут.

В вестибюле мотеля, принадлежащего Ассоциации молодых христиан, Ник попросил регистрационный журнал — ему, мол, надо найти парня, который когда-то работал на него, и предложить ему новую работу...