Одержимые. Заражение
Шрифт:
– Лучше выпей!
– Не хочу, - отрезал Саня, с трудом ворочая языком, потом встал с вычурного стула, на который его усадили еще в начале застолья в самый дальний угол, и принялся выбираться из-за стола, по дороге предлагая всем и каждому, - салатик? Тут вот селедка под шубой, вот еще с огурчиками салат? Нет? А холодца. Карина, а тебе? Дамы, кому салатик?
Вообще-то помимо самого Сани и Мишки еще имелись кавалеры, целых два штуки, но им салатик будущий великий музыкант предлагать не стал.
– Да-а-а!
– взревела Карина, когда Саня едва не вывалил салат с этой самой селедкой ей на голову, - иди ты на кухню, жри там что захочешь,
Хозяйка кухни, увлеченная Мишкиными ухаживаниями, не была против.
– Ну ладно, - как бы нехотя согласился Саня, взгромоздил все три тарелки, которые только чудом, наверное, держал в руках, на уголок стола, и умчался на кухню.
На кухонном столе, в самом его центре, на большом праздничном блюде возвышалась белоснежная гора картофельного пюре, обильно, как извергающийся вулкан лавой, политая соусом. Вокруг горы как пушки из крепостной стены, торчали куриные голени, тушеные в сметане с чесноком. Торчали в три ряда. Саня хищно облизнулся, вынул из серванта порционную тарелку, схватил с сушилки вилку и нож, и принялся выуживать ножки, стараясь не потревожить пюре. Пусть девицы пюре кушают, им полезно есть не жуя! Ведь иначе как они смогут так много говорить? О Мишке и прочих кавалерах Саня даже не вспомнил.
Наворочав полную тарелку, он уже было собрался идти обратно - туда, где его дожидался стаканчик с коньячком, чтобы начать-таки человеческую предновогоднюю трапезу, только вот не пошел. Не сумел и шага ступить из кухни, а взгляд его приковала керамическая супница, стоящая на разделочном столе и так бесстыдно прикрытая крышкой. Непорядок. А вдруг там что-то повкуснее куриных голеней, тушеных в сметане с чесноком? Саня некоторое время посопротивлялся непонятному желанию узнать что там. Все же было ради чего вернуться за стол - ведь коньяк сам себя не выпьет, но вот ноги его сами собой шагнули к столу с супницей. Шаг, еще один, и вот она, рядом, руку только протяни и открой! Но нет, руки-то заняты, а ставить тарелку на стол Саня категорически не желал, вдруг еще сопрут эти самые три оставшихся кавалера! А что же тогда делать? Ведь уже начало казаться, что она - супница - светится, мигает и даже позвякивает крышкой, подпрыгивая от еще большего нетерпения, нежели то, которое охватило лидера группы, которую еще только-только предстояло собрать.
– Ты чего это делаешь?
– поинтересовалась Карина у спины склонившегося над разделочным столом Сани.
Карина, будь она неладна, зашла на кухню за очередным салатиком, которые, если честно, всем уже поднадоели. А Саня, застигнутый на месте преступления… точнее на месте совершения безобразия, резко выпрямился и глянул на хозяйку, точнее хотел, только не получилось. Крышка супницы была довольно большого диаметра и напрочь закрывала ему обзор. Руки-то были заняты, и потому он взялся за ручку крышки зубами.
– Сашенька, - проворкавала из-за спины Карины одна из ее подружек.
– Ты шел бы к гостям. А нам с Карусей поговорить надо о своем, о девичьем.
– Бур-бур-бур, - выдал Саня не выпуская крышки изо рта.
– Сашенька, положи крышечку на стол. В супнице всего лишь суп. Тебе вряд ли такой понравится.
Поклонившись, Саня вышел. Конечно он на самом неде не кланялся, а всего лишь положил крышку на стол, но Карина решила, что будет думать, что он именно поклонился.
– Каруся, ты зачем к нам позвала этого вампирюку? Да и леший нам вовсе ни к чему в компании. Хотя Марго он вроде понравился. Ну ладно леший, они спокойные, правда обычно живут поближе
Карина фыркнула.
– Вообще-то этот придурок, когда я его в прошлый раз видела, был вполне себе человеком. Да и нам-то с девчонками вампир не страшен. Хотя соглашусь, он занудный. Но как только он выпьет коньяка полуторную норму, то сразу уснет, и он уже близок к этому. А Мишка если за юбку зацепится, то его и вовсе видно не будет. А он уже зацепился… Но вот зачем вы, Ляля, впустили к себе оборотня новообращенного? Эти-то ребята опасны.
– Ой, он забавный, этот оборотень, - отмахнулась Ляля.
– Представляешь, он пришел с человеком!
Глава 25. Саня пошел вразнос
– Сане дайте, пускай он открывает, - скомандовала самая трезвая из гостий Ляли, отбирая бутылку шампанского у другой гостьи, а может и у самой Ляли.
– А чего это?
– пробормотала та, у которой отбирали бутылку шампанского в Новый Год!
– Я и сама могу.
– Да ничего! Вдруг повеселеет, надоело уже на его кислую рожу смотреть! А ведь договаривались же, что девичник будет!
– А где эти самые мальчишки? Почему тут только Саня?
– Одного из них Марго куда-то увела.
– О, это надолго. А другие двое где?
– Оборотень куда-то увел своего человека. Наверное съесть собирается.
– Да никакой он не его. Вы что, Ала не знаете? Это он куда-то ушел со своим оборотнем.
– Ага, оборотень что-то делает с человеком, леший с нашей ведьмой шуры-муры крутит. А нам на всех остался один вампир.
– Да тише вы, - шикнула Карина.
– Он кажется ни о чем не догадывается.
– Что, правда что ли? А я-то думаю, чего он такой… человечный что ли.
Девчонки захохотали на разные голоса.
– Саня, так ты откроешь бутылку?
– спросила Ляля, подойдя ближе.
Саня с той самой кислой рожей преспокойненько сидел в уголке у телевизора и смотрел новогоднее выступление президента, а возможно и слушал тоже. Сидел он в уголке пристыженно, и даже возможно обиженно, правда на коленях его была тарелка с куриными косточками, поэтому обижен он был не очень сильно. А что такое стыд он вообще никогда не знал.
К разговору девчонок он не прислушивался, ведь в это время президент рассказывал что-то именно про Санино будущее, и расчувствовавшийся парень, из левого глаза пуская слезу за слезой, бормотал слова согласия, и так и норовил чокнуться с телевизором. Только вот, так как в правой руке у него была последняя куриная голень а не рюмка или хотя бы фужер, он уже порядком заляпал весь экран. Президент на это не обращал внимания, и продолжал рассказывать Сане, как у него все хорошо, и обещать, что будет еще лучше.
– Саня! Очнись!
– заверещали девчонки, все разом подобравшись к человечному вампиру поближе.
– Открой нам шампанское.
– Да я бы сама открыла, - донесся недовольный голос со стороны стола.
Саня от этих громогласных криков вздрогнул так, что часть куриных костей Ляля потом находила еще полгода за шкафами и на антресолях, и одну даже отыскала под кроватью в другой комнате. Он дернулся прочь и, встретив стену, рухнул рядом с телевизором бездыханным телом. Прямо под елку, по случаю наличия пары тройки кошек подвешенную вверх ногами к потолку. Самый наглый кот этим тотчас воспользовался и, запрыгнув на Саню, попытался залезть на елку.