Одержимость
Шрифт:
Я аккуратно убрала со своего живота руку мужчины, поднялась и направилась в ванну. Приняв утренний душ и нанеся легкий макияж, я стала одеваться. Настырный солнечный луч так и пытался вторгнуться в нашу комнату, поэтому я тихо прикрыла окна шторами. Вдруг мой взгляд упал на обручальное кольцо, которое теперь украшало безымянный палец.
На губах непроизвольно появилась улыбка при воспоминании о недавнем событии. Украшение красиво блестело, и я в который раз удивилась, как неожиданно быстро моя жизнь перевернулась с ног на голову. Совсем недавно я была обычной девушкой с сомнительными перспективами
Я простояла так, наверное, несколько минут, и спохватилась только когда взглянула на время. Мне нужно было срочно спешить, чтобы с учетом пробок вовремя добраться.
Я уже собиралась выйти из комнаты, как вдруг за спиной раздался сонный голос:
— Куда ты в такую рань собралась?
Я обернулась, посмотрела на мужчину, который все еще выглядел достаточно растрепанным, однако с каждой секундой его взгляд становился все более осознанным и серьезным.
— Доброе утро, любимый! Мне нужно на репетицию. Извини, не хотела тебя тревожить. Поспи еще немного.
Обычно свой день брюнет начинал очень рано, однако в последние дни он практически все время проводил со мной, и потому я посчитала, что на сегодня Марк также решил взять себе выходной. Удобно, когда ты сам себе начальник и можешь легко построить свой график так, как захочешь.
— Зачем тебе на репетицию?
В голосе прорезались резкие нотки. Обычно таким тоном он себе позволял разговаривать только с работниками, и было очень странно слышать такое по отношению ко мне.
— В смысле? Сегодня же понедельник, у меня начинается репетиция через час, и я уже дико опаздываю, поэтому давай обсудим это позд…
— Ты никуда не пойдешь.
— Что? Но почему?
Мои слова прозвучали так нелепо, что я разозлилась сама на себя и, не сдерживая собственные эмоции, повысила голос:
— С каких это пор ты решаешь, что я буду делать, а что — нет?
— С тех пор, как ты стала моей женой. И теперь тебе не нужно работать.
Я никогда не видела столько холода в его глазах. Они буквально прожигали меня насквозь и пригвождали к месту.
— Но ведь когда ты делал мне предложение, ты прекрасно знал, что театр это моя мечта.
— Найдешь себе другую мечту. Разве у тебя мало забот?
— Я посвятила последние восемь лет тому, чтобы добиться хотя бы чего-то, стать известной артисткой и получить новые контракты, а ты хочешь просто несколькими словами это перечеркнуть?
— Послушай, я обеспечу нас обоих и нашу будущую семью, поэтому не забивай свою голову этой ерундой и лучше давай займемся чем-нибудь другим.
Он приподнялся, потянул меня за локоть на себя, и, когда я, теряя равновесие, неловко упала на него сверху, приникнул к моей шее и стал покусывать её, с каждым поцелуем распаляясь все сильнее. В тот момент я его резко оттолкнула, вскочила с кровати и выставила перед собой руки.
Мне все еще казалось, что это какая-то игра, потому что я не могла допустить даже мысли о том, чтобы МОЙ Марк мог такое мне говорить, при этом прекрасно зная, что до встречи с ним моя жизнь имела смысл лишь благодаря сестре и выступлениям.
Это
Я взяла сумку с кровати и сказала:
— Хорошо подумай над своими словами. Театр это моя жизнь и я не буду отказываться от него. Надеюсь, к вечеру ты изменишь свое к этому отношение. Я поеду, созвонимся.
Поскольку за спиной не раздался ни один звук, я подумала, что мужчина просто немного вспылил и сейчас пытается переосмыслить мною сказанное, однако, стоило мне дернуть за ручку двери, как та тут же было захлопнута его рукой. Марк закрыл дверь прямо перед моим носом, расставил обе руки по две стороны от меня, захватывая в своеобразный капкан, и прошептал:
— Если я сказал, что ты никуда не пойдешь, то ты остаешься дома.
Я развернулась, посмотрела ему в глаза и спросила, не скрывая своего гнева:
— А если я не собираюсь делать так, как ты говоришь?
— Придется. Иначе последствия тебе не понравятся.
Это было сказано слишком резко, он буквально выплюнул слова, а затем просто запер меня.
Это была та самая комичная ситуация, когда тебе смешно настолько, что больно дышать. Кожу на руках неприятно щипало. Я подошла к зеркалу и в ужасе посмотрела на то, к чему привела одна единственная ссора на пустом месте.
Багровые синяки постепенно проявлялись на локтях и шее. В тот момент, когда он так сильно стискивал мою кожу, мне казалось, будто это совершенно не больно. Будто это ЕСТЕСТВЕННО.
Но любовь такой быть не должна. И, к счастью, уже тогда я это понимала.
Глава 3. Я буду любить тебя за нас обоих
Следующую неделю мы вели себя так, будто ничего не произошло. Может, синяки и зажили на моих руках, но вот первые нотки сомнений очень прочно поселились в моей душе. Я привыкла чувствовать рядом с Марком безопасность, но теперь я не знала, поднимает он руку для того, чтобы обнять меня или для того, чтобы ударить.
В тот день, когда муж не пустил меня на репетицию и запер дома, я тайком позвонила руководителю и предупредила о том, что неделю временно не смогу посещать занятия. Владимир Анатольевич отнесся к моим словам с пониманием, шутливо говоря о том, что молодым нужно время друг для друга.
Боже. Если бы это было так.
В остальном Марк вел себя совершенно обычно. Он также заботился обо мне, уезжал на работу и постоянно возвращался с букетом цветов, его смех звучал также беззаботно, как и раньше. Даже ямочки на его щеках будто говорили о том, что этот мужчина не может быть тираном. Что, должно быть, произошло какое-то непонимание. Я всячески пыталась его оправдать ровно до тех пор, пока он не ударил меня во второй раз.
Это произошло через неделю. Опять наступил понедельник. Меня преследовало чувство дежавю, будто сегодня история повторится, но я старательно отгоняла от себя эти мысли. Впервые мне повезло — Марк еще рано утром уехал заключать какую-то важную сделку, и я спокойно вышла из дома, взяв второй дубликат ключей, который он в прошлый раз от меня спрятал.