Одержимость Севера

Далински Ира

Не даю и не кручу.

И на всяких куриц, которые посмеиваются надо мной, говоря, что от жизни надо брать все, я не обращаю внимания. Воспитание такое. Мама учительница, а отец всю жизнь работал в конторе. Так что, да.

Подхожу на кассу, где скучающе стоит Мария, моя ровесница и тоже из «правильных». Она тоже не бегает за деньгами. Целый день стоит у кассы и в зал ни разу не попросилась.

— Маш, в какой випке у нас шишка сидит?

Упираюсь бедром об стойку, пока Машка

тычет пальчиком по компьютеру в поисках заказа.

— Так, смотри, верхний этаж четвертая ложа. А что такое? — поворачивается ко мне с подозрительным прищуром в глазах. — Я думала, это не твоя зона.

— Не моя, — вздыхаю, показывая бутылку. — Но там важный человек сидит, нужно передать подарок от хозяйки.

— А-а-а, ну, иди не задерживайся. Там реально серьезный мужик, — еще и толкает меня в плечо.

А мне так не хочется. Знаю я, этих шишек. Сидят такие важные, будто весь мир на них держится. В основном взрослые уже люди, в возрасте, но не постесняются похабно посмотреть, где-то ущипнуть. Разврат, одним словом, на верхних випках.

Если в зале еще терпимо работать, то там уже стальные яйца нужны. Для защиты, так сказать. Но девочкам нравится. Если дала ухватить за жопу, оставят крупные чаевые. У нас вон, одна так на прошлой неделе такую сумму получила, что я аж позавидовала. Это же можно коммуналку на весь месяц оплатить!

Придерживаю сильнее длинную коробку в руках и двигаюсь к лестнице. Она узкая, с бархатными перилами, которые выглядят дорого, но пахнет сигаретным дымом и чьей-то слишком навязчивой туалетной водой.

У нужной двери стоят двое вышибал. Широкоплечие, в черном, с каменными лицами. Один из них выдвинул руку, перекрывая путь, когда я подошла слишком близко.

— Стоять. Кто такая? Чё надо?

Громила так на меня зыркнул, что я от страха заикаться начала.

— Я с п-подарком. В-влада я.

Показываю бутыль с золотой лентой.

Второй охранник прищурился:

— Чья-чья ты сказала?

Глава 2

Я хмурюсь и чуть громче повторяю.

— Влада говорю! Подарок велели отнести.

Они переглянулись. Тот, что справа, даже изумленно приподнял бровь.

— Серьёзно? Влада?

— Ну… да? — хмурюсь сильнее. Они что тут шизанутые все? Ну, да. Имя мое может и не самое модное, но обычное же. Почему так удивлены?

— Проходи, раз Влада.

Делаю шаг, но тут же один из них снова загораживает мне путь.

— Постой. Он ведь не заказывал ничего. Может не впустим?

— Ты чё? — рявкает второй. — Говорит же, что Влада.

Чё непонятного? Или забыл, что в прошлый раз он с нами сделал?

Они перебросились какими-то немыми сигналами и вдруг… разом шагнули в стороны, пропуская меня. Один даже кивнул с подобием почтения.

Чего?!

Но времени разбираться нет. Дверь уже закрывается за мной.

Випка встречает меня гулом пьяного смеха, который резко обрывается при моем появлении.

Всё здесь… не так.

Я ожидала увидеть кампанию взрослых мужчин в строгих дорогих костюмах, но вместо солидного министра передо мной развалились на диванах четверо молодых мужчин. Один, румяный и растрёпанный, с голым торсом под расстёгнутой рубашкой, размахивает сигарой:

— О! Новая!

Другой, с волосами, зализанными гелем, скользнул взглядом по моим ногам:

— Север, бля, он жёсткий! А говорил «без сюрпризов»!

Третий, самый молодой внешне, с лицом студента и часами за баснословные деньги, скучающе бросает:

— Мы ничего не заказывали.

Я замерла, сжимая бутылку.

Господи. Я ошиблась дверью? Неужели?

Но ведь четвертая по счету комната — ЭТА!

— Я… от хозяйки, — прижимаю бутылку к себе, как самую ценную вещь и пячусь к двери. — Я п-просто перепутала комнату. Из-звините.

— Ну, куда же ты, солнышко? — один из них встает, точнее, пытается встать, но видимо мужик перебрал с алкоголем. Его сильно шатает в стороны.

Боже мой, а если они вчетвером набросятся на меня и изнасилуют? За меня же никто не хватится.

Блин, стерва, управляющая! Стоило ей все-таки послать кого-то из «девочек». Как я теперь выпутаюсь? Или она специально так? Мстит за то, что в прошлом месяце нажаловалась на нее руководителю?

— Мне нужно работать. Еще раз извините, что потревожила… — мямлю я, покрываясь потом от страха за свою жизнь. А они всё смеются. Чуют, наверное.

— Вот и отработаешь, — икает он, как свинья. — У меня между ног.

Снова смех его «собратьев».

— Ну, же, сладкая, — мурлычет пьяным языком и все на меня идет. — Скажи, как звать-то?

— Не приближайтесь! — в панике кричу я, выставляя руку вперед, хоть и понимаю, что шансов против взрослых мужчин у меня просто не может быть. — Меня управляющая прислала.

— Там у нее на бейджике написано… — подает голос другой, и я взрываюсь.

— Да, Влада я. Влада. Ясно? Хозяйка просила подарок передать.

Пячусь спиной к выходу, удерживая четверо пьяных мужчин в поле зрения.

Моя ладонь скользит за спиной, ища холодную металлическую ручку. Пальцы натыкаются на гладкую поверхность.