Одержимость Малиновского
Шрифт:
Опять устыдилась своей лжи. А потом плюнула, он тоже врёт, и ничего живёт же как-то! А вот к врачу нам вместе пока не стоит ехать, я не готова слушать ор раненого бизона за-за беременности, которую он не желает.
— Вань, у меня просто болит голова, какой врач?
— Я не хочу рисковать.
— Не будь параноиком! — взорвалась.
— Мир, что происходит? Ты чего такая дёрганная? — только я хотела его послать ко всем чертям, он продолжил: — Впрочем, ничего не говори сейчас, береги силы.
— В смысле? — растерянно спрашиваю, воинственный
— Нам нужно серьёзно поговорить… — от его слов неприятный холодок пробежал по телу. Обычно так говорят, когда хотят расстаться. — Но, не сегодня…
— О чём Вань?
— Всё завтра.
Его виноватый взгляд красноречивей слов.
— Хорошо… — встаю, не могу находиться рядом с ним.
— Мира. — Кричит мне в спину, я лишь отмахнулась. — Ты не так поняла. —
Поворачиваюсь.
— После нашего разговора, — Иван делает шаг в мою сторону, и замирает, словно наткнулся на стену, услышав продолжение: — мне будет больно?
— Да… — Одно слово, вдребезги разбивает элизию, на наше совместное счастье. Я ни хочу больше боли, ни хочу разговоров. Вот ничего не хочу. Хватит. — Но и молчать я не имею право. Прости…
— Спасибо, что хоть предупредил к чему морально готовится.
— Господи, котёнок, ты не в том направление мыслишь! — Догоняет он меня, и разворачивая, прижимая к себе. — Нет у меня другой бабы, чем хочешь готов поклясться. Я ведь только тебя…
— Замолчи! — кричу и отталкиваю его. —Не произноси это слово. Не хочу слышать его от тебя!
Иван дёрнулся, как от удара. Взгляд заледенел.
— Может ты меня и видеть уже не хочешь? — процедил он сквозь зубы.
— Да!
Ответила за меня обида.
— Мира. Да что на тебя нашло?! — схватил, меня за плечи, но словно обжёгся резко отпустил. — В общем, так звезда моя, — засовывает руки в карманы. Продолжая смотреть на меня, холодящим душу взглядом. — выкинь из своей красивой головы, дурные мысли, которые из тебя истеричку делают. Я вернусь, и мы обо всём поговорим. А ты за это время, вспомни о своих чувствах… Ты же клялась, что любишь! — Взорвался Иван, и тяжко вздохнув устало прикрыл глаза. Вновь распахнув веки, он продолжил безжизненным голосом. — Пришло время доказать, хотя бы адекватным поведением, которое позволит мне объясняться. На это я хоть могу рассчитывать?
Господи, да что я творю?
— Вань… — Хочу кинуться в его объятья, но что-то останавливает.
— Мир, так я могу рассчитывать на твоё благоразумие?
— Да.
— Спасибо. — Разворачивается и уходит готовить завтрак.
Какая я же дура. Придётся сегодня сходить к врачу то, что сейчас произошло, дикость. Гормоны, это не оправдание. Повела себя как истеричка. Неужели я какой-то день не могла подождать? Зачем набросилась? Ваня, быстро позавтракав, кинул на меня взгляд полным разочарования, и ничего не сказав ушёл. Так мне и надо, всё сама испортила.
Накрутила себя.
Обвинила
Мне повезло, получилось попасть на приём к гинекологу в первую половину дня. При осмотре выяснилось, что плод развивается согласно сроку, назначили анализы и витамины. Купив их в аптеке, решила немного прогуляться по парку. Ваня прав, нужно успокоиться, мои истерики всем во вред. Тёплый ветерок, словно лаская кожу, дарил умиротворение, я старалась не думать об инциденте, что произошёл утром, смысла нет терзать себя сейчас. Нужно придумать, как всё исправить. Нужно будет зайти в магазин, купить вырезку, придётся первой сделать шаг навстречу, сама же виновата.
— Мирослава! — послышался женский голос. Я повернула в голову и сердце пропустило удар, ко мне быстрым шагом направлялась Инесса. Что за… Ни с ней ли встречался по ночам Иван? Мне стало дурно от этой мысли. — Вам плохо?
Да нет, мне хорошо, как никогда. Муж пропадает по ночам, хочет поговорить на серьёзную тему, после которой мне станет больно. И как вишенка на торте, Инесса. Ну не может так всё дерьмово!
— Чего тебе нужно? — Спрашиваю ровным голосом, не хочу, чтобы она знала, в каком я состоянии.
— Разговор есть.
— У меня нет желание с тобой разговаривать. — Отворачиваюсь от неё и только собираюсь сделать шаг, как она схватила меня руку.
— Да послушай же ты! Между мной и Иваном ничего нет, и не было.
— Тогда нам тем более, не о чем разговаривать? — Пытаюсь выдернуть руку из её захвата, бесполезно, вцепилась мёртвой хваткой. — Не отпустишь мою руку, «случайно» упадёшь, и не факт, что приземление будет мягким.
— Вся в отца, такой же крутой нрав. — Нервно рассмеялась она, я же в недоумении посмотрела на Инессу. — Да, я хорошо знаю Беркутова. Это с его подачи я стала фиктивной женой Малиновского. Вернее, он меня порекомендовал на эту должность.
Что? Да как же так?
— Не верю.
— А ты позвони и спроси. Но, сделаем после того, как поговорим, сейчас у тебя другая проблема — жизни твоего малыша грозит опасность. Вернее, тебе не позволят его родить. А если и позволят, то врагу не пожелаю его судьбы.
Что там я говорила, что быть не может так дерьмово? Ошибалась, ещё как может.
— Хорошо, давай поговорим, но только в людном месте. И ещё, откуда тебе известно, что я в положении?
— Ты заходила в клинику на днях, я решила узнать причину. А бояться тебе меня не стоит, я последняя, кто причинит тебе вред.
— С чего вдруг? — усмехнулась, не веря в её искренность.
— Не знаю, — устало потёрла она виски. — Просто… — замялась. — Вернее, у меня на подсознательном уровне заложено тебя защищать любой ценой. Я даже, грешным делом, думала, что запрограммировал кто-то. Только так вот воздействовать никто не сможет. Просто… я должна тебя спасти, и точка. Кто-то поставил задачу, но не желает, чтобы о нём знали. Страхуется на случай, есть я провалю задание. Ты мне не веришь?
— Если честно, то нет.