Одержимость Буйного
Шрифт:
По-доброму щурит серые блёклые глаза.
— С новосельем тебя, красавица. Соседей нормальных у нас тут нет, так теперь с тобой будем дружбу дружить, что скажешь? — С радостью, — энергично киваю. Даже настроение поднимается. — Спасибо вам. — Так не за что. Ты давай, обживайся. Если что надо будет, проси, не стесняйся. А я на работу пошёл. До завтра, соседушка. — До свидания, доброй ночи, — наблюдаю, как дядя Коля машет мне из-за угла на прощание и уходит. Вот ведь классный.
Хоть и в возрасте,
Едва мы столкнулись в коридоре, так он сразу представился, рассказал, что работает охранником в круглосуточном магазине.
Болтал и болтал без умолку, пока хозяйка на него не шикнула, и погнала прочь отборной руганью. Счастливая сажусь за стол.
Пирожки улетают со скоростью света, потому как в моём рту не было ни крошки после обеда с Рустамом.
Инстинктивно плюю через левое плечо и стучу по голове.
Тьфу тьфу тьфу, не хватало ещё на ночь глядя его вспоминать. Тяжёлый топот в коридоре отвлекает меня.
Я настораживаюсь, но у соседей хлопает дверь и начинает громко греметь музыка.
Вот же засранцы, и без них на душе тошно, голова болит от переживаний. Почти отворачиваюсь, но успеваю заметить, как крючок отлетает в сторону.
Вместе с этим дверь открывается до упора и на пороге возникает Рустам собственной персоной.
Отряхивает плечо и непонимающим взглядом окидывает моё скромное жилище. — Блять, котёнок, — смотрит недовольно, а у меня из-за него сердце уходит в пятки. — Что за халупа? Какого хрена я нахожу тебя на окраине в каком-то сарае? Дверь закрывает, ещё и подпирает собой для надёжности. — Как вы тут оказались?.. — глаза округляю и подпрыгиваю. Руками упираюсь в стол позади себя. — Чур меня, уходите немедленно... — Как оказался? — он хохочет и быстро подходит ко мне.
Нависает надо мной и удерживает пальцами за подбородок. Больно, властно, почти отчаянно.
Я испуганно трясусь, а он продолжает веселиться.
— Милая, ты села в автобус, который едет в эту сторону. Ну и Семён видел, что ты вышла на конечной. А поспрашивать местных алкашей нетрудно, тем более, за бутылку спирта. Тут же все друг друга знают, незнакомые люди, как на ладони...
13
— Так не бывает, — чувствую, как ноги подкашиваются.
Медленно начинаю оседать, но Рустам удерживает меня, а я от паники сама цепляюсь за его руки.
— Тут десятки домов, нельзя найти человека за один вечер... Нельзя, слышите?
— Слышу, котёнок, — Буйный чуть склоняет голову и опускает взгляд на мои приоткрытые губы. — Можно найти даже иголку в стоге сена. А тебя тем более. Ты можешь и дальше наивно верить в свою правду, я не запрещаю.
Едва успеваю осознать услышанное, как вдруг мужчина усаживает меня на стол и
Я с трудом понимаю это, глупо хлопаю глазами.
Он рычит что-то неразборчивое и неожиданно кусает за нижнюю губу.
Его губы обрушиваются на мои, словно дикий торнадо.
Сминают и подчиняют своей воле.
Грубо, с неистовым напором, он обнимает меня за талию и одним рывком прижимает к груди.
Я от неожиданности хватаюсь за его плечи.
Его сила подавляет, я ловлю себя на мысли, что мне нравится.
Нравится Рустам?..
Вот уж нет. Он бандит. И не может быть мне симпатичен!..
Нет и нет, это от страха.
Конечно, меня контролирует паника, а я выдумываю себе всякую ерунду.
Но почему-то в животе снова возникает то странное приятное чувство.
Оно обжигает и грозится перерасти в настоящий пожар. В какой, понимаю смутно, но мне кажется, что я могу сгореть...
Второй раз в жизни испытываю это, и не понимаю, что происходит.
Может ли это быть сексуальным желанием? Ой, мамочка!
О чём я вообще, какое желание рядом с этим дикарём?!..
Я перестаю контролировать ситуацию.
Разум благополучно замолкает.
Я не понимаю, что мне делать, но, кажется, тело вполне отдаёт отчёт происходящему.
Почему-то изгибается в крепких руках и подаётся вперёд.
Я обхватываю длинными ногами мужскую поясницу и сама прогибаюсь в спине.
Рустам дёргается, жадно шарит ладонями по моему телу.
Чувствую, как между ног становится влажно.
На краю сознания мелькает запоздалая мысль, что именно так описывают женское возбуждение.
Чувствую, что теряю остатки благоразумия.
Мне почему-то то сносит крышу, я начинаю задыхаться от нехватки воздуха.
Но Буйный продолжает исступлённо целовать меня, удерживая одной рукой за горло.
Мои руки давно заведены за его шею и мягко поглаживают горячую кожу.
Безумие какое-то...
Нет, правда, это безумие. Нужно немедленно остановиться, что я вообще делаю?
Он незнакомец, а я не шлюха! Какого хрена я вообще сижу перед ним с раздвинутыми ногами и позволяю ему такое непотребство?
С трудом отстраняюсь.
Делаю жадный вздох и руками упираюсь ему в грудь, создавая жалкую преграду между нами.
Он тяжело дышит и смотрит на меня со страстным вожделением.
Да так, будто готов взять меня прямо на этом столе. Впрочем, зная его характер, всё могло бы произойти именно так.
Но я не позволю. Не потеряю второй раз голову от мужчины.
— Котёнок, — он хрипит так, что я невольно пытаюсь сжать ноги. Не позволяет. Распрямляется и кладёт ладони мне на бедра. — Котёнок, к чему это всё? Тебе ведь нравится.