Одержим твоей дочерью
Шрифт:
– Дерзкий олененок попался, - противно смеется и протягивает ко мне свою руку. Я тут же ее отталкиваю. При чем очень резко и при этом кривлюсь, потому что новый поток перегара летит в мое лицо.
Вижу, как он протягивает снова руку, я не успеваю даже отреагировать, как на моих глазах его руку перехватывает другая рука, а после я слышу противный хрип.
– К машине иди, - вздрагиваю от голоса Арса. Он злой. Я бы даже сказала в ярости.
– Отпусти, дятел, - хрипит мужик.
Я же стою перепуганная до ужаса. Здесь на подобные выходки реагируют очень серьезно. Как у нас уладить не получится.
– Пошла, - рычит на меня бородач.
– Оставь его, пошли вместе, - вцепляюсь в руку Арса и это становится моей ошибкой. Он отвлекается на меня, хочет что-то крикнуть. Лицо злющее. И тут это придурок пьяный пользуется моментом и второй рукой заезжает бородачу по лицу. Взвизгиваю и отпрыгиваю назад. Закрываю ладонью рот. Вот теперь становится действительно страшно. Зря он ударил Арса. Очень зря.
Бородач громко матерится, а после схватив этого придурка за шкирки, вышвыривает в кусты, которые находятся сбоку. Я вижу, что к нам уже бегут охранники. Останавливаются возле Арса. Что сейчас будет? А если они уже вызвали полисменов? Что тогда?
Арсений жестикулирует руками, указывает на кусты, что-то громко говорит, а после просто идет ко мне. И охрана его пропускает. Даже не пытается остановить.
– Пошли, - его пальцы сжимаются на моей руке, я даже не успеваю пикнуть в ответ. Бородач тянет меня к машине, открывает дверцу и буквально силой запихивает внутрь. Захлопывает дверцу с такой силой, что я вздрагиваю. Быстро обходит машину и садится на водительское сидение.
Впиваюсь ногтями в кожу ладони. Молчу. Он сейчас в таком состоянии, что трогать его опасно и страшно.
Арс заводит мотор, и через секунду машина трогается с места. В салоне стоит гробовая тишина. Напряжение чувствуется буквально физически. Арс сжимает руль до скрипа. А я понимаю, что нужно остановить машину. Он явно не в том состоянии, чтобы иметь полный контроль. Закусываю губу. Впиваюсь в нее зубами до боли. Смотрю в окно и когда вижу заправку, чуть не подпрыгиваю на месте.
– Мы можем заехать на заправку?
– Тихонько спрашиваю и поворачиваюсь к Арсению.
Бородач лишь громко вдыхает воздух. Я вижу, что он пытается себя держать в руках. Но нервы на пределе. Но я выдыхаю, когда вижу, что он включает поворотник. Молча сворачивает к заправке.
– Спасибо, - хриплю, как только машина останавливается.
Выхожу из машины и захожу в магазин при заправке. Арсений настолько на эмоциях, что даже не заметил, что ему разбили нос и у него идет кровь. Руки дрожат, я до сих пор не отошла от того, что произошло. Это все из-за меня. Если бы я послушно сделала то, что он просил, то ему бы не прилетело по лицу.
От чувства вины я начинаю активнее искать вату, алкоголь, которым можно бы было промыть ранку. Лейкопластырь. Беру даже тампоны. Знаю, что если кровь не останавливается, то тампон можно засунуть в нос. Вряд ли Арсений разрешит мне что-то засовывать в его нос, но на всякий случай беру все, что считаю подходящим для нашей ситуации. На кассе кассир приподнимает вопросительно бровь, когда видит весь мой набор. Наверное, можно подумать, что у меня день траура. Начались месячные, и я решила набухаться с горя. Даже закуску не взяла.
Когда выхожу из магазина и иду
– Решила закупиться?
– Как только оказываюсь в салоне, бородач поворачивается ко мне и вопросительно выгибает бровь. Ну он уже разговаривает, уже неплохо.
– Угу, - при этом открываю пакет и достаю бутылку с алкоголем. Арсений тут же вопросительно выгибает бровь.
— Это зачем?
– В клубе догнаться не успела, решила не упускать времени, - язвлю в ответ и следом достаю упаковку ваты.
– Я даже спрашивать не буду, просто посмотрю, что ты будешь с этим делать.
Откручиваю крышку, выливаю жидкость на ватку и тут же подаюсь вперед к Арсению.
– У тебя идет кровь, нужно промыть рану, - не прикасаюсь к нему, смотрю в глаза, жду его реакции.
Арс несколько секунд сидит молча, просто сканирует меня своим взглядом, а после кивает. Дает разрешение.
Я подаюсь еще вперед, прикасаюсь ваткой к носу, промакиваю. Стараюсь не обращать внимание на то, что мое дыхание учащается. Мы слишком близко друг к другу. Я продолжаю обрабатывать ранку. Вытираю кровь. Скольжу ваткой к губам. И тут мой взгляд задерживается на его губах. В голове очень не вовремя начинают всплывать воспоминания. Мне становится жарко. Дыхание учащается.
– Дальше сам, - хриплю и пытаюсь отстраниться. Понимаю, что происходит что-то странное.
Вот только отстраниться не получается. Рука Арс прикасается к моей ноге, от чего кожу моментально обжигает. Сжимает пальцами мою кожу, а после толкает меня вперед, так, что упираюсь руками в его грудь, а наши губы оказываются на опасно близком расстоянии.
– Раз начала, то доводи до конца, - рычит в мои губы, его рука скользит выше по моей ноге, а я понимаю, что сейчас происходит ужасное. Мое нижнее белье намокает от влаги, я возбуждаюсь за какую-то секунду. В салоне становится слишком жарко, или это только я горю от его прикосновений?
Если до этого я часто дышала, то сейчас задерживаю дыхание. Не получается сделать ни вдох, ни выдох. Мне вообще, кажется, что время останавливается. Я концентрируюсь на жаре, который ощущаю на коже. На горячей волне, которая проносится по всему телу. На запахе, который проникает в ноздри. Здесь все пахнет Арсом. Его парфюмом. Запахом его кожи. Не знаю кто чувствует в дорогих машинах запах кожи сидений. Я чувствую только его. Аромат, который всегда сводил с ума. Запах, перед которым всегда было сложно устоять.
Сейчас рушится вся броня, которую я так долго выстрагивала. Сейчас рушится все, я понимаю, что мы заходим за черту. Пожалею ли я завтра об этой слабости? Могу точно сказать, что да. Что буду анализировать, придумаю кучу вариантов как бы могла поступить. Но сейчас я позволяю себе непозволительную роскошь.
– Твоя рука, - хриплю в ответ. Губы пересохли, и я машинально скольжу по ним языком. Вижу, как в глазах мужчины загорается огонь. Хотя, будем честны друг с другом. Там самый настоящий пожар. И это лишь сильнее бьет по мозгам. Я вижу, что его реакция на меня осталась прежней. Он все так же дико меня хочет. Все так же пожирает взглядом. И это не может от меня скрыться.