Очищение
Шрифт:
Но операция проходила не так гладко, как изначально рассчитывалось. Для реализации плана Рафаилову потребовалось гораздо больше времени, чем предполагалось. Во-первых, для вступления в главную ячейку секты проходил жесткий отбор. Кириллу пришлось убить невинного человека, чтобы ему окончательно поверили и приняли в свой штаб. Во-вторых, связаться с начальством ему теперь было совсем непросто. Главари секты тщательно отслеживали перемещения и деятельность каждого члена своей организации. Малейшая неосторожность со стороны спецслужб вызвала бы мгновенный провал всей операции.
Рафаилову потребовалось
Но, к счастью, Рафаилов оказался очень крепок в психологическом плане и смог узнать всё, что от него требовалось, а затем предложить наиболее вероятный план полного уничтожения секты и подходящий момент его реализации.
Датой была выбрана ночь с 30 апреля на 1 мая прошлого года. На эту ночь у сектантов был запланирован основной ритуал по вызову главного демона, которому они поклонялись. Вся ячейка главарей и участников оккультного общества должна была присутствовать в полном составе в одном месте. Это давало возможность уничтожить всю организацию разом.
Разумеется, первоначально руководство пятого управления хотело задействовать в операции группу «Альфа», но председатель КГБ не дал добро на операцию, мотивируя это тем, что страна сейчас и так находится каждый день на пороховой бочке. А первого мая в Москве будут демонстрации и в этот день крайне высока возможность провокаций или даже силовых акций со стороны демократов.
«Все альфовцы находятся в боевой готовности перед днем трудящихся, а с вашими сектантами и ОМОН сможет справиться» — примерно так звучал вердикт председателя. В итоге пятому управлению ничего не оставалось, кроме как последовать указанию главы КГБ. Один убедительный звонок и в тот же вечер к зданию заброшенной больницы приехал тот самый отряд ОМОН, бойцы которого даже не подозревали, с чем им предстоит столкнуться внутри местных подвалов…
На то, чтобы ввести омоновцев в курс дела, просто не было времени. К тому же в КГБ не хотели афишировать своего интереса в этом деле, иначе бы потом возникло много ненужных вопросов. В пятом управлении устроили всё так, будто это была рядовая милицейская операция по обезвреживанию группы вооруженных психопатов, держащих в заложниках людей. КГБ пришлось использовать ОМОН практически втемную, не выдавая себя и своего агента в частности.
Понимая, насколько опасными были ключевые участники секты, и какими способностями они обладали, в пятом управлении практически не рассчитывали взять их живыми. Рафаилов под видом обычного свидетеля провел омоновцев в секретный штаб главарей «Фетус Инфернум» и затем тайно передал им некую «особую» взрывчатку, которую нужно было использовать в экстренном случае.
Дело в том, что больница была построена на месте старого болота. Как раз в районе подвалов, где располагался штаб секты, протекали грунтовые воды, способные при мощном разрушении стен почти мгновенно затопить помещения. На это и был расчет в КГБ. Если бойцы не смогут совладать с сопротивлением сектантов при штурме — им надлежало просто активировать бомбу и, взорвав её в подвале сектантов, затопить его полностью вместе со всеми членами этой опасной организации.
Раф
Фактически – операция завершилась полным успехом. Но после её окончания Кирилл всё время твердил про некий магический предмет под названием «Печать Абаддона». Он сумел убедить начальство, что этот предмет нужно найти в затопленном подвале любой ценой, так как эта печать обладает уникальными и невиданными свойствами, которые невозможно пока объяснить с точки зрения любой науки.
В итоге было решено провести на территории затопленного подвала Ховринской больницы поиски неизвестной магического артефакта сектантов. Из-за сильного обрушения подвалов поиски продвигались очень медленно. За это время водолазы выловили несколько трупов с признаками смерти от огнестрельных ранений и сильных ожогов. Видимо это и были сектанты, уничтоженные отрядом ОМОНа. Но найти печать пока так и не удалось…
— Что-то эти поиски совсем затянулись, товарищ майор, – усталым голосом произнес капитан Фролов, один из подчиненных Кравчука. — Уже полгода в этом подвале плаваем, а только трупы находим. Может, и нет там никаких магических штуковин? Вдруг Рафаилову почудилось?
— Почудилось, не почудилось. Нам начальство приказало — мы ищем, — отрешенно ответил Кравчук.
— Да черт бы с ним. Просто так ведь и закиснуть можно. Страна на глазах по кусочкам разваливается, а мы тут в темном сыром подвале торчим, ищем хрен пойми что…
— А ты что, Никита, прям так за страну сейчас переживаешь? По-моему и так уже всё ясно. Со дня на день полетит всё к чертовой матери, и даже наша контора тут ничем не поможет. Пойми, сейчас не мы главные в стране, не совет министров и даже не Горбачев, а народ наш. Как народ захочет, такая судьба и ждет всё государство.
– Странный у вас настрой, Дмитрий Сергеевич. А если демократы победят? Все шишки ведь на нас полетят. Кровавая гэбня, чекистское отродье – вот что про нас сейчас думают обыватели. Не боитесь народной мести?
– Я, Никита, ничего не боюсь. Как судьба распорядится — так такому и бывать. Зачем заранее настраивать себя на плохое? Так ведь и с ума сойти можно…
– - Наверное, вы правы. Но я всё равно не понимаю, ради чего мы в этой дыре прохлаждаемся, когда вокруг такие страсти кипят?
– Раз прохлаждаемся, значит здесь спрятано нечто действительно очень важное…
В этот момент среди заледеневшего подвала, в месте, где раньше был секретный вход в штаб сектантов, запузырилась темная и мутная вода. Через пару секунд из пробитой заранее во льду проруби выплыл один из водолазов, проводивших поиски артефакта.
– Что-то быстро они в этот раз… – прокомментировал Фролов раннее всплытие одного из водолазов.
Вода в подвале замерзла еще в середине ноября и поиски артефакта заметно усложнились. Теперь водолазам приходилось нырять со специальным оборудованием и не только пробивать себе путь через разрушенные подземные туннели, но и растапливать лед внутри.
Сейчас уже стоял февраль месяц, но поиски так до сих пор и не увенчались нужным результатом. Кравчук на самом деле уже был вполне уверен, что скоро эти долгие плавания прекратятся из-за своей бесперспективности и сложности.