Очи бога

Марко Джон

Акила напрягся.

— Барон Гласс…

— Сегодня особый день, — вмешался Лукьен. — Я думаю, он стоит затрат, барон Гласс.

— О, конечно, — ухмыльнулся барон. — Скажите, королева Кассандра, слышали ли вы о библиотеке вашего мужа? Она впечатляет.

Кассандра начала было отвечать, но Акила быстро проговорил:

— Да, я брал ее туда.

— Как вы думаете, это нечто грандиозное? — продолжал Гласс.

— Полагаю, после завершения проект будет впечатлять всех и каждого, — ответила Кассандра. К удивлению Акилы, она

взяла его за руку. — И думаю, что принести в мир немного света — стоит любых затрат, барон Гласс.

— Хммм, канцлер Сарк может не согласиться с вами миледи. Он не любит смотреть, как пустеет казна.

— Это не его казна, — проворчал Акила. — И не ваша, и не моя, барон. Все принадлежит народу Лиирии. Им нужна библиотека. Они знают, что получат знания.

Барон Гласс смотрел на свой кубок, тщательно подбирая слова.

— Знания… — вздохнул он. — Они для таких людей, как вы и я, король Акила. Знания — для людей, которым они по плечу. — Он жестом обвел зал. — Посмотрите вокруг. Кого вы здесь видите, кроме знати? Здесь собрана вся элита Лиирии, милорд. Они уже умеют читать и писать. Им не нужна библиотека.

— Совершенно верно, — парировал Акила. — Библиотека — для тех, кого здесь нет, для людей, что празднуют мою свадьбу на улицах. — Он вызывающе улыбнулся барону. — Я строю библиотеку для ваших слуг, барон Гласс, может быть, они сгодятся на большее, нежели готовить пойло для ваших свиней и стричь ваших овец.

Лицо барона побагровело.

— Король Акила, не всем дано быть знатными. Мое право рождения даровано мне Небом.

— Чепуха, — отрезал король.

— Это не чепуха, — настаивал Гласс. — Та же сила, что сделала меня знатным человеком, посадила вас на трон. Вы думаете, мои подданные стали пастухами, потому что я не допускал их к лучшей доле? Нет. Они стали пастухами, ибо больше ни на что не способны. Это воля судьбы.

Это замечание завело Акилу. Подобно многим в Лиирии, Гласс был поклонником культа Неба, веря, что мир контролируют невидимые силы, не Бог и не дьявол. Это было одно из верований, распространенных в Лирии, но имевшее влияние на всю страну. Гласс же являлся его горячим сторонником.

— Барон, сегодня день моей свадьбы, — начал Акила. — Я не хочу испортить его разговорами о политике или религии, и вообще не желаю с вами спорить.

— Вам лучше послушать меня, — настаивал Гласс. — Я не одинок в таких мыслях. Есть и другие, кого беспокоят ваши идеи, милорд. Они находят их опасными, так же, как и я.

— Народ поддерживает меня, — сказал Акила.

— Народ не управляет канцеляриями. Вы и я знатного происхождения и знаем, как управлять. Ваш отец, по крайней мере, верил в это.

— Я — не мой отец!

Музыка внезапно смолкла. Акила откинулся на сиденье, и взгляды присутствующих остановились на нем. Барон Гласс улыбнулся и поднялся со своего места.

— Нет, вы — не он.

Перед тем, как он ушел, Акила остановил его:

— Подождите.

Глас

остановился и обернулся с вопросительным видом. Разгневанный Акила решил все-таки высказаться прямо.

— Пожалуйста, все послушайте меня, — призвал он толпу к вниманию. — Я хочу сделать заявление.

— Заявление? — удивился Лукьен.

— Акила? — попробовала вмешаться Кассандра.

— Я ненадолго уезжаю, — сообщил Акила. — Собираюсь в поездку, это будет тур доброй воли, если можно так выразиться. Хочу представиться нашим соседним государствам. Пусть повидаются со мной и знают, что в Лиирии у них есть союзник.

— Что? — поразился Гласс. — Милорд, вы же только что вернулись. Еще не высохли чернила на договоре с Рииком.

— Пусть так. Я еду. Государства, такие, как Марн и Норвор, должны знать, что мы их союзники. Это будет началом новых отношений между народами на всем континенте.

В толпе зашептались. Как и ожидал Акила, канцлеры начали неодобрительно качать головами.

— Милорд, вам не кажется, что вы слишком спешите? Наверное, стоит послать вначале эмиссаров.

— Слишком спешу? Как в Риике, вы хотите сказать? Или вы думали, что я удовлетворюсь этой миссией?

Гласс вздохнул с унылым видом.

— Я думаю лишь о вашей безопасности, милорд. И о благе Лиирии.

— Отлично. Насчет блага Лиирии мы с вами совпадаем во взглядах. Поэтому я и отправлюсь в путешествие. Это важно.

— Король Акила…

— Это важно, — повторил Акила. Он посмотрел на Гласса. — А теперь, заставьте ваших лордов понять это, барон.

Барон был поражен тоном Акилы. Они с вызовом посмотрели друг на друга. Акила не собирался отводить взгляд. Наконец, барон улыбнулся.

— Ну что ж, пожалуй, в вас больше от вашего отца, чем я думал, король Акила. Извините меня, пожалуйста.

Акила смотрел, как он уходит, затем сел. Он вдруг понял, что весь дрожит. Лукьен поспешил вручить ему кубок.

— Как я выглядел? — спросил Акила.

— Выпей, — посоветовал Лукьен.

— Акила? — обратилась к нему Кассандра. — Вы действительно собираетесь… в поездку?

— Мне очень жаль, Кассандра, мне следовало сказать вам. — Акила сделал несколько глотков пива, успокаиваясь. К счастью, менестрели заиграли снова. — Но Гласс вывел меня из себя и я просто забылся. Я должен был сказать что-то, лишь бы сменить тему.

— Да уж, тебе это удалось! — сострил Лукьен.

— Так вы едете? — не отставала Кассандра. — Просто поэтому?

— Я должен. Я король. — Акила взял ее за руку. — Пожалуйста, постарайтесь понять. Я ведь сказал вам в Хесе — я пытаюсь построить нечто важное. И это будет недолго. Вы можете заняться здесь, в Коте, делами. А Лукьен присмотрит за вами.

На лице Кассандры отразилось напряжение. Лукьен поставил кубок.

— Я?… Но разве я не еду с тобой, Акила? Я хотел сказать — кто будет защищать тебя?