Очень странные миры

Филенко Евгений Иванович

– Не такие уж мы специалисты, – осторожно заметил Энтони Каттнер. – Это мы здесь что-то из себя представляем. А в других человеческих сообществах? Как повезет, как примут. Не знаю, не знаю…

– Так мы и здесь не особенно нужны, – негромко промолвила Тенн Браун.

– Вы не поверите, – подал голос доктор Стэплдон Кларк. – Но мы не хотим улетать. Нам здесь комфортно. Нам здесь привычно. Все, в чем мы нуждаемся, это чуть больше человеческого общения… – Он тут же поправил себя. – Заметьте, джентльмены: я говорю не о себе, мне-то как раз ничего

такого не нужно, я прекрасно довольствуюсь собственным обществом.

– Очень просто, – вдруг заявил Мадон, от которого никто уже и не ждал никакой активности. – Вам следует совершить какое-нибудь открытие.

– Открытие? – переспросил директор Старджон. – В какой области? И что нам это даст?

– Насчет области решайте сами, – сказал Мадон. – Но как только вы его совершите, здесь можно будет собрать федеральный симпозиум. А если повезет – то и галактический.

– Какие тут могут быть открытия, – недоверчиво проговорил Кристофер Корнблат. – Так, мелочовка.

– Но идея мне нравится, – объявил доктор Кларк.

– Мне тоже, – поддержал директор Старджон. – Есть в ней некое креативное безумие.

– Спасибо, – криво усмехнулся Мадон.

– Не сердитесь, коллега, это комплимент, – пояснил Старджон. – И здесь есть над чем подумать.

– Может быть, устроить фестиваль? – робко спросил юный Диш Блиш. – Например, музыкальный.

– Вряд ли серьезные музыканты стронутся с мест со своими бесценными инструментами в такую даль, – усомнился Картер Локнит.

– Не обязательно серьезные, – сказала девушка Тенн Браун. – А даже наоборот – легкомысленные. Фестиваль легкомысленной музыки.

– О! – воскликнул Диш Блиш. – Галактический фестиваль никчемной музыки!

– Плакала моя тишина, – мрачно проговорил доктор Кларк.

– А еще было бы здорово устроить на «Тетре» локацию для квеста, – мечтательно сказал Фармер Спинрад. – Здесь столько пустот, что игроки за месяц не управятся…

– Прошу прощения, – вмешался директор Старджон, озабоченно поглядывая на экран. – Господа звездоходы, я правильно понял, что ваш корабль пристыкован к шлюзам в секторе виавов?

– В точности так, – кивнул Татор.

– В таком случае, что это может быть? – Директор показал на размытое светлое пятнышко на фоне черного неба.

7

– А вот и новые гости! – с воодушевлением объявил Энтони Каттнер.

– Не слишком-то похоже на космический аппарат, – усомнился доктор Кларк. – Рассел, сдается мне, вы за своим увлечением оранжевыми карликами проглядели целую туманность.

– Иногда космические аппараты имеют весьма причудливые формы, – заметил Кратов. – Вы когда-нибудь видели энергетическую капсулу плазмоидов, док?

– Никогда, – уверил его тот. – И не могу утверждать, что сильно о том сожалею. Но что плазмоидам могло понадобиться на «Тетре»?

– Ничего, – с уверенностью сказал Кратов. – Ничего и никогда.

– Следовательно, это не плазмоиды, – негромко

произнес Татор. – А… непонятно что.

Кратов тяжко вздохнул. У него были самые отвратительные предчувствия. Он раздвинул окружавших его людей и деликатно потрогал склонившегося над сенсорной панелью координатора за плечо.

– Не хотите ли объявить всеобщую тревогу? – спросил он.

– Думаете, есть опасность? – спросил тот неуверенно.

– Не думаю, – сказал Кратов. – Думать на этой станции – ваша забота. Но мы только что выяснили, что этот космический объект не выглядит обитаемым и дружелюбным.

– Но защитные системы никак не реагируют, – заметил директор.

– А они работают? – уточнил Кратов, которому ситуация с каждой секундой нравилась все меньше.

– Работают, – вмешался из задних рядов Лейнстер Браннер. – Я системный инженер, если вам это интересно, сэр, и я за них ручаюсь.

Татор аккуратно поставил пустую банку из-под нидл-тоника (отвратительное теплое пойло, хотя, возможно есть ценители, которым такое по вкусу) и, качнув головой, активировал связь с «Тавискароном».

– Феликс, – сказал он, – вы видите эту штуку?

– Да, мастер, – откликнулся Грин. – Не знаю, как вы, но мы с Брандтом на всякий случай подняли защиту корабля и приготовились к экстренному отчаливанию.

– Что вы можете нам сообщить? – спросил Татор.

– Эта хреновина… – возбужденно начал Грин.

– Поменьше эмоций, Феликс, – осадил его Татор.

– Этот объект, – немедленно исправился тот. – Он очень большой, и у него ничтожная плотность. Газовый пузырь диаметром в две мили. Я бы решил, что это…

– Мы отвергли такую возможность, – сказал Кратов, входя в контакт.

– Оценка угроз? – спросил Татор.

– Смотря что он собирается делать, – уклончиво ответил Феликс Грин. – Пока он просто плывет в направлении станции и…

– И что? – спросил Кратов с нажимом.

– И пульсирует, – сказал Грин.

– Пульсирует, – произнес Татор с неудовольствием. – С какой, казалось бы, стати ему пульсировать?

– Однажды в системе Угерхарнесс, – начал было Грин, – в ста восьмидесяти двух парсеках от Солнца…

– А также поменьше суесловия, Феликс, – потребовал Татор.

– Мы что, умрем? – сдавленно пискнула девушка Тенн Браун.

– Обязательно, – злорадно уверил ее Мадон. – Все до единого. – Выдержав артистическую паузу, прибавил: – Но не сегодня.

– Уф-ф, – сказал Белоцветов с явным облегчением. – А я уже подумал, что придется мне заканчивать твою мысль. Чем-то вроде: «…наклонился, поднял его, и блаженная улыбка озарила его лицо: то был ключ от склепа». [27]

27

Огюст Вилье де Лиль-Адан (1838-1889), «Жестокие рассказы». Перевод с французского Е. Гунста.