Очарованная
Шрифт:
Изобразив на лице улыбку, она поцеловала Молли в макушку и отправила назад, к родителям. Как только девочка исчезла из виду, Лулу, подхватив свой майский шест и сумку, пошла дальше. Она завернула за угол и, только усевшись в свой «жук», позволила себе устало вздохнуть. Опустошенная и морально, и физически, она желала лишь одного — поскорее добраться до дома, сбросить с себя костюм, смыть грим и улечься в ароматную пенную ванну.
С ее стороны было безумием согласиться на две лунные сказки в один день. Весь день — дорога, переодевания, придуманная для каждого ребенка своя сказка и игры… Утром она была русалкой,
Предвкушая пенную ванну и чашку французского ванильного кофе, Лулу возвращалась тем же маршрутом домой. Наконец-то после сегодняшних лунных сказок она могла расслабиться. Влившись в поток транспорта на автостраде, она включила на полную мощность радио и ударила по газам.
Подпевая старой песенке Синди Лопер, она весело неслась на юг и вдруг заметила впереди стоящую патрульную машину. «Фу ты!» Она убрала ногу с акселератора и попыталась потихонечку сбавить скорость, но полицейский уже включил сирену и живо вырулил на шоссе. «Ах чтоб тебя!»
Судорожно пытаясь придумать, как выкрутиться, Лулу выключила радио (все веселье как рукой сняло) и притормозила на обочине. Ей больше нельзя было получать штрафы за превышение скорости. Еще один прокол в талоне — и стоимость автостраховки мигом взлетит, став совсем неподъемной.
Лулу с невинной улыбкой опустила стекло и удивленно заморгала при виде полицейского с суровым лицом.
— Добрый вечер.
— Вы знаете, почему я вас остановил? — лениво осведомился он низким, скучающим голосом.
Зачем они всегда об этом спрашивают? Как будто существует какой-то разумный ответ на этот вопрос. Если да, то поделился бы кто! Лулу принялась наматывать локон на палец.
— Ой! Я превысила скорость?
— Да. — Все так же без улыбки полицейский взглянул на радар. — Семьдесят восемь миль в час на участке с ограничением скорости в шестьдесят пять.
Лулу чуть не спросила, сколько это штрафных очков. Но это уже было не важно. Ей нельзя было получать ни одного.
— Господи! Неужели? — спросила она, разыгрывая легкомысленную дурочку-блондинку.
Полицейский протянул руку.
— Ваши права, авторегистрационное удостоверение и страховой полис, пожалуйста.
Фу ты!
— Разумеется. — Лулу выудила из своей сумочки в виде пуделя вставленные в пластик документы и передала их полицейскому. Барабаня пальцами по рулю, она наблюдала в зеркало бокового вида, как он направился к патрульной машине, сел в нее и заговорил со своим напарником. Затем они отыскали ее имя в компьютерной базе данных, которая выдала им всю ее водительскую историю. Черт! Когда он возвратился назад,
— За вами многое числится, миссис Росс. Лулу поморщилась:
— Не называйте меня так, пожалуйста. — Уже не один месяц она пыталась вернуть свою девичью фамилию. Но юридическая процедура тянулась мучительно долго.
— Хорошо… Ваше высочество. — Уголок его губ приподнялся. Полицейский указал на ее корону. — Вы что, только что победили в конкурсе красоты или что-то в этом роде?
О! Он заинтригован! Может быть, она его заговорит, и он забудет про водительский талон.
— Вообще-то, — воодушевилась Лулу, поправляя диадему, — я принцесса. Сказочная принцесса, — уточнила она, прежде чем мужчина успел подумать, что она не в себе, хотя и уверенности в том, что данная красочная подробность поможет ей, у нее тоже не имелось. — Я профессиональная артистка.
— Правда? — Полицейский, окинув взглядом заднее сиденье, заметил там бутафорию. Он приподнял козырек форменной фуражки, и Лулу увидела, что у него веселые голубые глаза. — Что именно вы делаете, принцесса?
— Мой главный номер — интерактивная сказка. — Полицейского, как показалось Лулу, это не впечатлило, а потому она поспешила прибавить: — А еще я жонглирую.
Брови у мужчины тут же взлетели.
— Вы умеете жонглировать? Попала!
— Чем вы жонглируете?
— Шарами, факелами, ножами, булавами. Да мало ли чем. — Она вынуждена быть такой, чтобы выдержать конкуренцию среди жонглеров, умеющих работать только с тремя предметами.
Мужчина выпрямился.
— Выйдите, пожалуйста, из машины.
Ну, что теперь? Лулу открыла дверцу и выбралась наружу, борясь с искушением вытащить из салона свою шубу. Стоял страшный холод, но ее широкая шуба до пят скрыла бы ее прелестное платье, и хотя Лулу обычно не опускалась до того, чтобы во избежание штрафа очаровывать фараонов, в данный момент она забыла про свою гордость.
Полицейский поманил ее пальцем.
— Следуйте за мной.
Только не это! Он что, собрался арестовать ее? За превышение скорости? Неужели у нее штрафов больше, чем она полагала?
Когда они приблизились к патрульной машине, из нее вышел еще один полицейский. Лулу представляла, в какой трепет приводят или по крайней мере какое впечатление производят на большинство людей форменная одежда, пистолеты и превосходные фигуры полицейских. Большинство ее подруг — да даже Руди и Жан-Пьер, черт побери! — при виде внушительных стражей порядка впадали в ступор. Копы, солдаты, тайные агенты. Мужчины, обученные рукопашному бою и умеющие обращаться с оружием. Мужчины, которые побеждают.
По мнению Лулу, Голливуд излишне романтизировал насилие. Мир стал бы гораздо лучше, если бы люди свои проблемы решали за столом переговоров, а не на поле боя. Возможности дипломатов, не используются в полной мере. Лулу, оставаясь равнодушной к мужественной внешности патрульных, улыбнулась им.
Полицейский номер два уперся руками в бока.
— Ну что там у нас?
— Принцесса, — отозвался его напарник. — Принцесса… — Голубые глаза вопросительно посмотрели на Лулу.
— Очарование, — подсказала она и взбила свою юбку из кринолина, чтобы сдержаться и не начать тереть свои покрывшиеся гусиной кожей руки. — Но вы можете называть меня просто Лулу.