Очарование

Джонс Марти

Он подошел к буфету в гостиной и налил себе стакан виски.

— Я буду шерри, спасибо, — сказала Кармел, выгнув бровь.

Адам покачал головой и ухмыльнулся. Он проглотил глоток спиртного и отставил стакан.

— Перед обедом? — спросил он, наливая красную жидкость в хрустальный бокал.

— Тебе что за дело! — отрезала она. — Ты избавился от нее?

На мгновение он оцепенел от этого прямого нападения, потом расслабился и обернулся к ней. Не было смысла откладывать неизбежное.

Он знал, что она услышит про бродячую торговку, — это было всего лишь делом времени.

— Да. — Он протянул ей бокал, но тетка сощурила злые зеленые глаза.

— Нет, спасибо, — проговорила она, слегка вздернув нос.

Он сжал бокал в руке, потом отставил его в сторону. Адам напомнил себе, что не должен удивляться тому, что гнев вспыхивает в ней внезапно и по малейшему поводу.

— Вчера ты вернулся поздно. Я пыталась дождаться тебя, чтобы мы смогли поговорить. А утром ты ушел еще затемно. Я хотела…

— Я знаю, что ты хотела бы сделать, тетя Кармел. Я никоим образом не разрешу этого.

— Не говори мне, что я должна спрашивать у тебя разрешения, — срывающимся голосом сказала она. — Я пока еще старше тебя.

Он тяжело вздохнул и опустился в кресло напротив длинного узкого окна. Он смотрел на вид, открывающийся из окна, но видел только обиду в глазах тетки.

— Сколько раз, тетя Кармел? Как долго ты собираешься подвергать себя этому?

— Я слышала, что она действительно умелая. Дороти сказала, что она излечила ей бурсит. А ты помнишь, как давно она болеет…

— Дороти, — буркнул он. — Мне следовало бы догадаться. Зачем она приходит сюда и забивает тебе голову этой чушью! Почему не оставит тебя в покое? Почему ты не…

— Не смей говорить мне, что я должна смириться! — воскликнула Кармел, повысив голос. — Это не ты сидишь в этой коляске каждый день, пока на заднице не появляются мозоли.

Адам вскочил. Он ожидал, что тетка разгневается, но не мог терпеть ее боль. Взъерошив волосы, он пошел к двери.

— Я буду поздно, — сказал он. — Мы обсудим это потом.

— А вдруг она могла бы помочь?! — крикнула Кармел, останавливая его на полпути.

Адам обернулся и опустил голову.

— Она шарлатанка, тетя Кармел. Как все остальные. Она едва выросла из пеленок, — преувеличил он.

— Ты мог бы дать мне возможность увидеть ее или поговорить с ней. Кому бы это повредило?

— Тебе, — прошептал он, столкнувшись с ее застывшим взглядом. — Как и раньше, в конце концов, именно ты страдала и испытывала разочарование. И я больше не допущу этого. Никогда, тетя Кармел.

Он собрался уходить, но был снова остановлен ее словами:

— Я больше не могу быть прикованной к этой коляске, Адам. Просто не могу.

Он не обернулся.

Ему нечем было убедить ее. За два года Кармел не смирилась со своим параличом, и он сомневался, смирится ли она вообще когда-нибудь. Через неделю после дорожного происшествия доктор сказал им обоим, что из-за ее возраста бедро никогда не срастется. Но Кармел отказалась согласиться с этим диагнозом, настаивая, что врач некомпетентен и страдает старческим слабоумием.

Доктор действительно был стар, и его методы лечения давно устарели. Но Адам возил Кармел в Оклахома-Сити, и тамошний хирург подтвердил диагноз. Однако тетка никогда не оставляла попытки найти чудодейственное лекарство. Она верила всем шарлатанским объявлениям в газетах, которые попадались ей на глаза, и потратила все свое небольшое состояние на «чудодейственные» снадобья.

Но единственным чудом было то, что она все еще не сдалась и не смирилась со своей неподвижностью. Каждый раз, когда Адам наблюдал, с какой надеждой она носится с очередной бурдой, у него разрывалось сердце.

Сейчас, выходя из гостиной и поднимаясь по лестнице в комнату для гостей, расположенную на втором этаже, Адам ощутил знакомую боль. Снимая рубашку, он чертыхался. Никто больше не причинит ей боли! Даже та прекрасная темноглазая цыганка, которая, как он подозревал, не симулировала невинность.

Колокольчик над дверью громко звякнул, когда Бренди вошла в магазин. Она оставила Дейни навести порядок на полках с бутылками, пока она сходит купить несколько необходимых им вещей.

Девушка обвела глазами корзины с персиками и стол с рулонами тканей. Встретившись взглядом с женщиной, она приветливо улыбнулась. Хорошенькая брюнетка застенчиво кивнула и снова обратила свое внимание на двух маленьких мальчиков, глазевших на ряд стеклянных банок с конфетами на прилавке.

— Чем могу быть вам полезен? — спросил мужчина за прилавком, почесывая ухо.

Бренди протянула ему список, вытащив его из кармана юбки. Мужчина вытер руки о фартук и, взяв лист, просмотрел его бледно-голубыми глазами. Он кивнул и пробормотал:

— Одну минуту. Миссис Беллоуз впереди вас.

Исчезнув в задней комнате, лавочник оставил Бренди наедине с женщиной и мальчиками. Она неторопливо подошла к корзине с печеньем и сыром.

— Попробуйте, пожалуйста, — предложила женщина.

Бренди отвернулась, устыдившись, что заметили, как она глазела на еду.

— Нет, спасибо.

— Старина Билл выкладывает их для покупателей. Он считает, что если они немного попробуют, то купят больше. — Женщина пожала плечами, словно говоря: «Может быть — да, может быть — нет».