Обыграть босса

Адлер Оле

И правильно я сделала, что отказалась от публичности. Хочу, чтобы это была только наша игра. Он будет наступать, а я уклоняться. Посмотрим, кто кого изведет раньше. Главное, сохранять трезвость ума и не поддаваться страстям, которые он разбудил во мне. Будет непросто, но в этом залог победы.

Заснула я, вспоминая горячую тяжесть рук, что так недолго меня обнимали, соблазнительный голос и ощущение его дыхания, что шевелит волосы на макушке.

Проснулась я по будильнику, как всегда. Было так странно собираться на работу, перебрасываясь

с Милой обыденными фразами. Впервые захотелось вывалить ей все, что касается Ерохина. Похвастаться, поделиться переживаниями, узнать ее мнение по части своих коварных планов.

Хлебнув кофе и окончательно проснувшись, я быстро взяла себя в руки. Нельзя-нельзя. Придется ведь и о Владе тогда рассказать. Что на меня нашло вообще? Такое странно чувство, словно сердце стало большим и не помещается в груди, дышать тяжело и так хочется быть красивой. Я все списала на раннюю теплую весну и бушующие гормоны. Оттаяла вместе со снегом. Возможно, окончательный разрыв с Владом меня взбодрил. Казалось, что я скинула вместе с тяжелой зимней одеждой бремя тайных отношений… чтобы влезть в другую шпионскую интрижку. Только вот она как раз и не тяготила, а… окрыляла?

— Лен, мы поедем сегодня? — ядовито поинтересовалась Мила.

— О! Да, задумалась, прости, — оправдалась я, понимая, что замерла за рулем с ключом от машины в руке, витая в облаках.

— На светофорах не спи. Жить охота, — еще раз подбодрила подруга.

Вопреки не самому оптимистичному прогнозу Милы, добрались без приключений. Едва припарковались, из сумки пиликнул телефон, оповещая об смс. Я глянула на адресат. Дан. Вбила его вчера в контакты как раз перед сном.

— Вчерашний? — поинтересовалась Мила хмуро.

Я хотела спросить, с чего она взяла, но увидела в зеркале свою глупую улыбку. Отпираться было глупо.

— Да.

— Как он вообще? Классный? — спрашивала Мила по дороге к лифту.

— Непонятный пока, — честно ответила я.

— Но ты вся светишься, Ленк. Давно тебя такую не видела.

Я только плечами пожала, радуясь, что избавлюсь от ее вопросов и суждений.

Проклиная себя за нетерпение, я вытащила из сумки мобильный, едва Мила вышла на своем этаже. Даже то, что я ехала в лифте не одна, не помешало громко фыркнуть, прочитав: «Ты жива?». На меня тут же все уставились. Народ у нас простой и не очень тактичный. Кое-кто даже скосил глаза в сторону моего телефона, и я поспешила погасить экран. Заодно взяла себя в руки и паузу на переваривание такого оригинального вопроса.

Пока ехала на свой этаж, а потом шла на рабочее место, придумывала, что написать в ответ, немного успокоилась. Пока загружался компьютер, накатала Дану ответ, который показался мне весьма остроумным.

«Да. К сожалению или к счастью, не скончалась от тесного контакта с твоим безграничным обаянием и харизмой».

Почти сразу пришел ответ, и мы завязли в переписке.

Д. Вообще я имел в виду бургер. Все время забываю о своих убийственных качествах.

Л.

Бургер меня тоже не убил.

Д. Серьезно?

Л. Да. Я уже на работе.

Д. На рабочем месте, серьезно? Даже уборной не злоупотребляешь?

Л. Дан! Эти намеки ужасны.

Д. Неееет, ужасно, что я вернулся и купил еще два.

Л. Крепкий у тебя желудок и нервы. Тараканов не боишься?

Д. Я там не одного не видел.

Л. Я землю из космоса тоже не видела, но уверена, что она круглая.

Д. Не сгущай краски. Поехали сегодня ко мне доедать. Уверен, ты распробуешь.

Л. Заманчиво, но нет.

Д. Из-за бургеров или из-за моего беспощадного обаяния и харизмы?

Л. По всем пунктам.

Д. До субботы еще сто лет. Хочу тебя увидеть.

Л. Вызови меня на прием.

Д. Вынуждаешь ведь.

Л. Тебе работать не нужно?

Д. Я работаю. Параллельно.

Л. Как Юлий Цезарь?

Д. Примерно. Нет. Я лучше.

Л. Я вот не умею так. Еще конь не валялся.

Д. Намек понял. Закругляемся.

Я сразу отложила телефон, потому что действительно не могла работать и писать ему одновременно. Наверно, поэтому Дан большой начальник, а я секретарша-сметчица.

— Хорошее настроение, Лен? — прозвучало надо мной своеобразное приветствие другого начальника. Не большого, но моего непосредственного.

Влад нарисовался очень не вовремя. Я не слышала, как он подошел, и допустила мысль, что шеф уже давно стоял и наблюдал за моим рукоблудием с телефоном. Еще и улыбка после смс Даниила никак не желала сползать с лица. Подняв глаза, я поняла, что у меня проблемы. Знаю, как выглядит бешеный Самойлов. Примерно так, как сейчас.

— Прекрасное, Владислав Николаевич, чего и вам желаю, — ответила я без лукавства, что взбесило его еще сильнее.

— Я вчера просил отправить письмо с компредложением Ускову. Сделала?

— Да, конечно.

— Почему он тогда его не получил?

— Я не знаю.

— Так узнай! — рявкнул Самойлов и пошагал к себе в кабинет.

Коллеги смотрели на меня сочувствующе. Всем иногда доставалось, но мне чаще, как личной помощнице.

К обеду я смога выяснить, почему потерялось письмо. Оказывается, ящик получателя не принимал объемные файлы. Наша почта при этом не присыла оповещение об отклонении. Пока я связывалась с самим Усковым по этому поводу, дробила общий файл на несколько и отсылала кусками, настало время обеда. Своих дел я практически и не видела.

— Лен, письмо отправила? — прогавкал Влад по громкой связи.

— Да, — пискнула я.

— Зайди, отчитайся.

— Но обед… — посмела напомнить.

— Отложи. Не умрешь, — отрезал Самойлов.

На меня опять смотрели с жалостью, вздыхая. Правда солидарность не помешала всему отделу отчалить в столовую. Собственно, правильно. Спасибо хоть за сочувствие.

Постучав для приличия, я вошла к Самойлову в кабинет. Он разговаривал по телефону. Махнув мне рукой, кивнув на кресло.