Объятия страсти
Шрифт:
Эрик не спешил отвечать. Сандра. Беременна. Ждет от него ребенка. Его ребенка! И прошел уже месяц! Наконец он поднял голову и, пристально посмотрев на друга, ответил:
— Потому что я чувствую все то, что сейчас описывал Шорм.
Тишина окутала комнату. В этой тишине был отчетливо слышен скрип стула, когда Эрик поднимался с нее, а вот шагов его слышно не было, когда он направился к выходу из гостиной.
— Куда ты? — крикнул вслед Грегори.
Эрик, не оборачиваясь, ответил:
— За своей Избранной.
Дверь широко распахнулась, пропуская его. Кайла, которая как раз собиралась
— Что произошло? Куда Эрик уехал в таком разъяренном виде?
— Скорее ошарашенном, — поправил ее муж и, широко улыбнувшись, продолжил: — Ведь не каждый день узнаешь о том, что скоро станешь отцом.
— Что?!
— Думаю, дорогая, нас ждет существенное пополнение в семействе, — ответил Шорм ошеломленной супруге, наблюдая за ее увеличивающимися в изумлении глазами.
'Эх, не быть ей больше единственной женщиной в доме, что, наверно, и к лучшему. Может хоть сейчас она смягчится по отношению к брату?', подумал он.
— Что ж, мне тоже пора. И провожать меня, как правильно заметил Грегори, и в самом деле не стоит, — насмешливо бросил телепорт. В следующее мгновение стул, на котором он сидел, уже пустовал.
Пальцы слабо дрожали, зарываясь в волосы. Сандра сидела за столом, опустив голову на ладони. Сердце рвано стучало, слабость накатывала волнами, не давая сосредоточиться на словах Ширли, которая стояла напротив нее с другой стороны стола. Последние два дня стали самыми ужасными в ее жизни и, судя по самочувствию, не последними. Девушка была на пределе своих возможностей.
— И что ты будешь делать?
Солнце светило в окно, согревая комнату, но Сандра, кутаясь в длинный вязаный жакет, ощущала только холод.
— Сандра, не молчи. Ты же понимаешь, что оставлять его нельзя. Посмотри, во что ты превратилась!
Внутри что-то дрогнуло от ее страшных слов. Нет. Она не может. Голова ее медленно повернулась в сторону кухонной стойки, взгляд остановился на узкой длинной палочке, что лежала на ее поверхности. Такая маленькая, а несет столько информации. Понять бы еще, что с этим делать. Беременна. Она беременна! Кто бы мог подумать, что от одного раза все-таки можно залететь! Оказывается можно. Еще как можно! Вот уже два дня с тех пор, как она купила тест на беременность, Сандра не могла в это поверить.
— Сандра, очнись уже! Это явно необычный токсикоз, неужели ты не понимаешь, что оно тебя убивает?
С необычностью беременности девушка была, конечно, согласна. Было ощущение, что она превратилась в фарфоровую куклу. Похудела, бледная тень себя прежней, под глазами темные круги, тело ломило от усталости, которая теперь вечно сопровождала ее, и синяки, которые появлялись буквально от любого прикосновения. Вспомнились неестественно голубые глаза Эрика с вертикальным зрачком. Кто же ты? Что в ней растет? Оно словно высасывало из нее все жизненные силы. Но ведь это ребенок. Ребенок. Ее ребенок. И Эрика. Эрика, который снился ей теперь каждую ночь, заставляя ее тело дрожать от неутоленного желания.
— Это не оно, Ширли.
— Милая, — Ширли присела на стул напротив и, протянув руку, обхватила ее ладонь и участливо сжала. — Такими темпами ты не дотянешь до родов. И сама об этом прекрасно знаешь.
— Я не могу, — одинокая слеза покатилась по щеке. — Я не могу этого сделать.
Как она может убить свое дитя, пусть еще не рожденное, но дитя? Как она может это сделать, если только сегодня ночью почувствовала его! Усталое тело отказывалось двигаться после того, как девушку в очередной раз тошнило. Несмотря на то, что в желудке больше ничего не было, Сандру все еще мутило после посещения ванной. Какое-то странное опустошение завладело ее душой. В голове было пусто, живот тупо ныл от напряжения. Она не хотела в очередной раз беспокоить Ширли, поэтому тихо лежала в своей комнате в темноте, пытаясь успокоиться. Сандра не знала, что ей делать. Слезы медленно наворачивались на глаза от грустных мыслей. Девушка не сразу поняла, что изменилось в ней. Словно что-то ласковое погладило ее изнутри, пытаясь утешить. Волны тепла расходились от живота по всему телу, принося успокоение. Это длилось буквально несколько мгновений, но именно этот короткий промежуток времени решил все. И пусть даже ей это всего лишь померещилось, Сандра не могла убить своего ребенка.
— Ты не сможешь его выносить. Доктор сказал…
— Доктор сказал, что ребенок развивается нормально.
— Ага, зато с будущей мамашей далеко не все так хорошо! И посоветовал делать аборт, так как твое состояние оставляет серьезные опасения.
— Ширли, мы не будем это обсуждать, — голос ее стал еще тише.
— Что значит, не будем обсуждать?! Еще как будем! Не будь такой наивной! О чем ты вообще думаешь?! Если тебе так захотелось умереть, выбери другой, менее болезненный способ!
Вскочив со стула, Ширли стремительно неслась по кухне из одного угла в другой, не в силах удержаться на одном месте. Внутри нее все бушевало. Она не могла понять страстного желания подруги сохранить беременность. Ширли видела, как тяжело приходится девушке, как та мучается. Если все так пойдет и дальше, она может потерять ее. А вот этого она допустить не могла.
Присев рядом, Ширли осторожно погладила ту по плечу. Сандра никак не отреагировала.
— Сандра, это ведь даже пока что не ребенок. Зародыш, которому всего лишь месяц. Подумай, иной раз женщины узнают о том, что беременны лишь на второй-третий месяц, а то и на четвертый. Ты же уже на первом месяце беременности ощущаешь все его последствия. И даже больше. Намного больше. Это ненормально.
Дом заполнила трель звонка от входной двери. Сандра все также сидела, не двигаясь. Устало вздохнув, Ширли встала и прежде чем выйти, потребовала от Сандры:
— Обещай мне, что ты подумаешь об аборте.
О чем тут думать? Нечего решать. Больше нечего. С сегодняшней ночи. Язык просто не повернется. Сандра молчала. Она не могла пообещать подруге того, о чем та просила. Даже, чтобы просто успокоить. А Ширли все стояла над ней, не обращая внимания на трель звонка, в ожидании ответа и пристально смотрела на Сандру.