Обвинители
Шрифт:
«Можете поискать информацию о болиголове в справочнике? Я же консультирую вас по поводу преступления, помните?»
За это я получил презрительный взгляд, но Скитакс неохотно нашёл и внимательно изучил свиток, который хранил в своей кабинке в лазарете. Я ждал. После долгого периода, когда он, щурясь, разглядывал мелкие греческие буквы бесконечными столбцами, иногда сопровождаемые кляксами с изображениями растений, он хмыкнул. «Действует быстро. Первая реакция уже через полчаса. Смерть наступает ещё через несколько часов.
«Есть ли какие-нибудь неприятные побочные эффекты?»
Скитакс саркастически спросил: «Кроме смерти?»
"Да."
«Рвота. Опорожнение кишечника — с диареей».
Я фыркнул. «В возвышенной истории Сократа об этом никогда не расскажут».
«В античной Греции невинным позволялось сохранять свое достоинство».
Скифакс, человек грандиозного мрака, добавил: «В отличие от нас!» Он был потомком рабов и, вполне возможно, имел греческие корни. «Уверяю вас, трагическая смерть Сократа сопровождалась ужасными последствиями».
Я был удовлетворен. «Ужасные следы» определённо были нанесены вышитому покрывалу Сафии Донаты. «Не могли бы вы выступить в суде в качестве эксперта?»
«Исчезни, Фалько».
«Тогда я распоряжусь, чтобы вам выслали повестку».
«Сначала тебе придётся его найти», — заметил Петро. «Я не позволю ему торчать в этой чёртовой базилике; он нужен нам здесь».
«А как же моё дело? Я пытаюсь поймать убийцу».
«А моим ребятам нужно промокнуть ссадины».
«Ой, простите», — я посмотрел на него свысока. «Полагаю, мне придётся нанять какого-нибудь чёртового осведомителя, чтобы он доставил повестку».
Они все рассмеялись.
XXX
ИНОГДА стукач проводит дни в бесконечных шагах. В погоне за комфортом я всегда носил подбитые, изрядно поношенные сапоги.
Мои планы заняться вопросом о смертоносных травах пришлось отложить: не было времени разбираться, как Метелла уговорили выпить или переварить болиголов, или как его дали тайно. Я обещал Гонорию, что он сможет пойти со мной сегодня днём, чтобы разобраться с клоуном, которого лишили возможности выступить на похоронах Метелла-старшего.
К несчастью для Гонория, логистика была не в его пользу. Я был теперь наверху, в сторожке вигилов на гребне Авентина; он же – у меня дома, прямо у реки. вигилы дали мне булочку и напиток, так что мне не нужно было идти домой обедать. Тогда я знал, где найти Билтис; её место тусовки было указано в оригинальных записях Элиана. Похоронное бюро работало в Пятом регионе, поэтому, расставшись с отрядом Петро, я без труда дошёл с Авентина по его восточному краю, обошёл Большой цирк у его закруглённого конца и направился мимо Капенских ворот к Пятому региону. Гонорию придётся пропустить это веселье.
Я уже дважды проделал этот утомительный путь, направляясь к дому Метелла и возвращаясь обратно. К тому времени,
Множество купюр, которые люди были слишком расстроены, чтобы подвергать сомнению, должно быть, помогли обеспечить отделку стеклянными бусинами яркого платья женщины и модную бахрому на ее пышном малиновом палантине.
«Конечно, я ношу одежду неярких тонов, когда работаю», — объяснила она, несомненно, понимая, что я оцениваю, сколько, должно быть, стоил её яркий, гейский наряд. «Все усилия уходят на то, чтобы растрепать волосы и вырвать их — некоторые скорбящие носят парик, чтобы не повредить кожу головы, но у меня однажды отвалились накладные волосы. Прямо в
Улица. Это не впечатляет скорбящих. Что ж, они платят, не так ли?
А с Тиасом они надеются, что платят за качество. Нужно избегать невежливости.
"Довольно."
«Тебе ведь нечего сказать в свое оправдание, не так ли?»
«Верно». Я слушал. У нас были сомнения в её надёжности. Я пытался оценить её по потоку чата.
«А мне другой понравился». Для Элиана это было впервые. Я бы с удовольствием ему рассказал.
«Будет ли невежливо спросить, что случилось с вашим глазом?» — спросил Билтис.
«Почему бы и нет? Все остальные так делают!» Я не стал пытаться объяснить это женщине.
Раздражённая, она замолчала. Теперь настала моя очередь. Я пересказал Элиану то, что она рассказала о семейных разногласиях на похоронах Метелла: о раздорах между родственниками и о вспышке гнева Карины по поводу убийства отца. Билтис подтвердил и обычные детали: процессию к Аппиевой дороге и сожжение гроба у мавзолея, где Негрин возглавлял процессию вместе с мужем Юлианы и другом, предположительно Лицинием Лютеей. Главного клоуна, которого изначально планировали использовать в процессии, звали Спиндекс. Он регулярно работал на Тиаса, хотя Билтис сказал, что его давно никто не видел.
«Он был очень обижен, когда Метеллы его бросили. Тиас отправил ему один или два заказа, но он не подтвердил их и не явился. Он просто исчез из виду».
«Так почему же именно его исключили из списка Метелла?»
Должно быть , именно это её и беспокоило. Из-за того, что она притворялась экспертом во всём, она начала выглядеть подозрительной.
«Тогда не волнуйтесь», — сказал я. «Я могу спросить самого Спиндекса, если найду его. Надеюсь, он не ушёл на пенсию в какую-нибудь усадьбу в глухой провинции».