Obscure
Шрифт:
После смерти Яксли место главы департамента опустело. В очередном заседании было принято решение назначить на эту должность волшебника из чистокровной, но из малоизвестной семьи. Хотя Долорес Амбридж яро просилась на его место, ее оставили на старом месте — в комиссии по учёту маггловских выродков.
— Пий будет идеальным кандидатом. Мы должны привлекать наших идейных волшебников, которые доказали свою верность, — говорил мужчина в шикарном костюме.
— Да!
Со своего места встал мужчина в костюме в полоску средних лет с длинными волосами и козлиной бородкой. Он вежливо поклонялся и скромно улыбался, принимая
Наблюдая, как храм порядка, превращается в балаган, негласный преемник Амелии Боунс, последней главы ДМП бывшего порядка, едва сдерживал свою ярость, но внешне он это никак не показывал. Из всей радостной когорты людей, мужчина с короткими и местами седыми волосами в молодом возрасте, сильно выделялся своим хмурым видом — Говард Стикс, один из лучших авроров, чувствовал, что он не на том месте, что всё идет как-то неправильно. Он вспоминал прежние дни, когда всем руководили достойные люди, вроде Амелии Сьюзен Боунс. Он не мог не вспомнить трагичную участь. После её смерти прошло уже почти три года. А никто уже и не в курсе, как она ушла из жизни, но Говард подозревал — нет, он точно знал, что её убили. И убили её те, кто сейчас сидят на самом верху вместе с самим Лордом Волдемортом, место которого только в Азкабане.
Заседание нового Аврората по поводу назначения регалий новым членам длилось полтора часа, затем плавно перешло в торжественную часть. Довольные своей службой новоиспеченные авроры покидали зал правопорядка навеселе, кроме него. С того дня, когда слово «справедливость» стало всего лишь пустым звуком, аврор много размышлял о прошлом: о словах, тогда ещё живого, Альбуса Дамблдора, Гарри Поттера, Амелии… А ведь бывший директор Хогвартса давно предупреждал их, но его словам мало кто внемлил. К честно стоит признать, что и он сам входил в число последних. А теперь что? Со счастливой лыбой на лице, идейные сторонники за чистоту крови идут лить реки крови, восславляя «Магию». Нет, с таким он не будет мириться… Дальше не будет. Пулей вернувшись в свой новый маленький захудалый кабинет, рядом с архивами, он начал размышлять о будущем. Жилистые пальцы нервно тарабанили деревянный стол. Его размышление не успели обрести нечто цельное, как за дверью раздалась возня и топот.
— Что такое?! — послышался чей-то голос за дверью.
— Получен сигнал о помощи. Нападение на патруль.
— Во имя Мерлина…
— Где?! — выскочил из кабинета Говард и спросил у одного из коллег.
— В Хогсмиде… — зачитал адрес мужчина.
— В Хогсмиде? — удивился Говард.
«Нападение в мирной деревеньке? Что происходит?», — Говард невольно вспомнил недавнюю самую кровавую расправу в истории Магической Англии, после которого власти сообщили, что всех бунтовщиков они успешно нейтрализовали и страна может спать спокойно. «У Ордена Феникса остались люди?!». В последнее ему почему-то хотелось верить больше всего. Сам не зная, чему верить, а чему нет, он ответил на призыв о помощи патруля и вызвался на дело.
С отделом расследования они прибыли на место чуть позже. Хогсмид встретил их прохладными порывами ветра. Мирная деревня рядом с Хогвартсом весь посерел из-за туч. Прорвавшись через толпу зевак, Говард остановился
— А, авроры, — ехидно позвал их один из ищеек в форме сержанта. — Вы опоздали. Это наше дело.
— Я вижу вы с этим успешно справляетесь, — Говард, в отличие от остальных коллег, не дал назад. — Вели своим людям не ходить так, куда попало. Так они уничтожат все улики и следы, — встретился с серыми глазами молодого парня Говард. — И, как тебя зовут, сынок?
— Я вам не сынок, — разозлился паренек.
— У тебя молоко на губах не обсохло, — провоцировал его Говард, вымещая свою злобу. День у него начался не важно, а всё из-за этого Пия. От одного только воспоминания того козлобородого его одолела ярость. — Где тела?
Погибших патрульных вытащили из завалов, и расположили на носилки. Над ними работали колдомедики. Говард осторожно спустил покрывало с первого тела и заметил пулевое ранение на лбу.
«Снова маггловское оружие…», — заметил характер раны Говард и не мог не вспомнить недавние происшествия с применением огнестрельного оружия. На своей работе с маггловским оружием они сталкивались намного реже, чем с черной магией. И поэтому опытный аврор не мог не отметить, что, возможно, это сделали те же люди, что убили Питера Петтигрю и Группу быстрого реагирования в Кеттеринге. Но там было всё иначе, вспомнил странные показания егерей. Слишком многое не укладывалось в единую картину.
Единственного выжившего сейчас осматривали колдомедики. Молодому парню повезло. Его задавило лишь слегка. С зафиксированной ногой он сидел внутри кареты.
— Ты можешь говорить? — присел напротив парня Говард.
На его взгляд ищейке было не больше двадцати. Он предположил, что парень является отпрыском одного из старинных, но не влиятельного дома чистокровных магов. Парень весь дрожал от холода и боли. Юнец был напуган и пока ещё не отошел от произошедшего. Встретившись с острым взглядом Говарда, он неуверенно кивнул.
— Что произошло? Ты видел кого-нибудь?
— Я… Я… — начал мямлить патрульный.
— Спокойней, можешь начать с самого начала. Что вы здесь делали?
— Д-да… Мы получили наводку от одного жителя. Тот сказал, что видел подозрительных людей в баре одного из террористов. Заведение должно было пустовать после смерти террориста, вот мы и пошли проверить. А вдруг, не всех поймали. Наш командир радовался, что скоро получит повышение…
— Дальше, — сказал Говард, когда юнец прервался.
— Ну… Мы прибыли сюда. Здание пустовало. Никого не было. Я с Ником поднялись наверх. Вдруг раздался шум. Мы спустились вниз… А дальше… Я не помню. Всё произошло так быстро.
— Сколько их было?
— Я… Не знаю… Я видел только одного. Это была черная тень со стеклянными глазами. Его магия убивала, издавая грохочущие звуки. Ника изрешетило, я видел, как он умер на месте и тогда… — юнца вырвало прямо на пол кареты.
«Огнестрельное оружие…», — понял туманные слова паренька Говард. «Но почему Хогсмид? Кто же ты и к чему ты стремишься?». Безответные вопросы заставили его потянуться к трубке. Поправив свою шляпу, он разжег табак и смотрел на мирных жителей в соседнем баре из окна кареты.