Obscure

So..The End

— Последний разговор с дедушкой, — с печалью произнесла Гермиона.

Я заметила на ее глазах выступившие слезы. Да уж… Не все воспоминания — приятны. С другой стороны, у нее есть что вспомнить. У некоторых и того даже нет, верно?

Воспоминание о дедушке длилось долго, что я невольно начала искать себе место поудобней. Стоять даже в нереальном мире мне не хотелось. Однако вокруг кроме пустоты ничего не было. Я бы простояла так до конца сеанса этой «память терапии», как вдруг позади нас из воздуха возникли удобные кресла. Я тут

же уселась на мягкое сиденье и закинула одну ногу на другую.

Да… Так гораздо лучше. Был бы ещё попкорн, вообще было бы шикарно. Не успела я помечтать, как в мои руки упало ведро с попкорном, и вроде с карамелью, судя по запаху.

Хм…

Что за фигня? Это что, стоит мне что-либо захотеть, то оно тут же появится?

Ладно, проверим-ка. Такс… Чего я хочу? Допустим, я хочу сигареты. И вуаля, пачка сигарет обнаружился в кармане толстовки.

Мда… Разум, что ты творишь…

— Что? — заметила на себе взгляды. — Садитесь рядом. Проведем полезное с приятным. Походу мы тут застряли надолго.

Эльсерафи устроилась на правом кресле без каких-либо вопросов.

— Будешь? — протянула ей попкорн и та с благодарностью взяла себе полную ладонь. — Гермиона, давай, крути дальше.

— Тебя ничем не смутить, да? — покачивая головой, устроилась слева.

— Да ладно, если будут постыдные и интимные места, я закрою глаза и уши. Даю слово.

— Ох… Зря я вообще согласилась.

— А что такое интимные?

— Ох, Эльси… Ты знаешь, что такое «синхронизация», но не знаешь «интим»?

— Никогда не интересовалась. Кстати, что это я ем, Элейн?

— Это называется «попкорн».

— Поп… Корн, — с детской любознательностью разглядывала кусочек жареной кукурузы Эльсерафи.

Далее по программе нас ожидали другие детские воспоминания Гермионы: как она впервые пошла на младшие классы, ее дни рождения, первые уроки в школе и подобная житейская муть. В общем, ничего такого выдающегося и запоминающегося. Ну, во всяком случае для меня. А для неё эти воспоминания наверняка самое ценное, что есть в жизни.

Мда, ну и волосня. Первое, что всплыло в уме, когда увидела ее в возрасте восьми лет. Маленькая Гермиона с этим хаосом на голове, который достигал в длину чуть ли не в ее полный рост, выглядела крайне забавно. Далее, одна картина из ее жизни сменялась другой. На этот раз воспоминание на экране было красочнее предыдущих, а значит в нем было нечто важное. Гермиона, чуть повзрослевшая, но все равно маленькая, в возрасте где-то 10–11 лет снова читала книги у себя в комнате.

Чтение девочки прервал голос матери снизу. Крикнув маме: «иду», девочка захлопнула книжку и побежала вниз. В гостиной она застала свою маму в компании странно одетой старой женщины. На глаза смышленой девчонки сразу же бросилась остроконечная шляпа гостьи и ее мантия. Старческое лицо женщины с острыми глазами повернулось к ней и испытывающе глядело на малышку.

— Гермиона, милая, подойди сюда, — позвала ее мама. —

Познакомься с миссис Макгонагалл.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась девочка.

— Здравствуйте, юная леди.

— Гермиона, ты помнишь то письмо?

— Да! — конечно же помнила судьбоносное письмо маленькая ведьма.

— Простите, она обычно спокойная.

— Не надо извиняться, миссис Грейнджер. Я всё понимаю. Не просто поверить в магию.

— Значит, у нее и вправду есть дар?

— Да, — услышав ответ Макгонагалл, миссис Грейнджер облегченно вздохнула, покрепче обнимая дочь.

— Мама, я же говорила! Я знала! — в отличие от взрослых девочка была сама энергичность.

— Вы сказали, что вы из той школы. Нам что-то нужно для школы? — отойдя от удивления, спросила мама Гермионы.

— Я как раз за этим…

Воспоминание резко перешло на другую локацию. В этот раз Гермиона вместе с матерью и Макгонагалл шли по смутно знакомой улице. С неудержимой любознательностью смотря на каждого, девочка буквально хотела остановить и спросить у них о магии. Девочка просто горела делиться своими впечатлениями. Гермиона вспомнила свои первые магические покупки: палочку, рыжего кота, мантии, учебные принадлежности и, конечно же, учебники.

— А это место когда-то было довольно многолюдным, — заметила я, узнав улицу.

— Да, Косая аллея… Когда-то она была для меня чем-то чрезвычайно таинственным и волшебным.

— Как много людей… Почему они все молчат?

— Это просто воспоминания, Эльси… Ты ведь не запоминаешь, о чем болтали рядом с тобой стоящие люди мм… примерно год назад? — объяснила я ей.

Гермиона на экране выглядела такой счастливой, держа на руках жирного рыжего кота с приплюснутой мордой. Мне кажется, или он смотрел на всех как на го… как на мышей. Огромный комок шерсти явно наслаждался тем, что его величество несут на руках.

— Я назову… Я назову тебя — Живоглот! — весело воскликнула девочка, крепко обнимая животину и растаяла во тьме.

Ну, чтож, что же там дальше?

Я искоса посмотрела на Гермиона. Она сидела и смотрела на экран с легкой улыбкой на лице.

— Что за существо она держала? — мы с Гермионой одновременно повернулись к Эльсерафи.

— Это кот. Это ведь кот, Гермиона?

— Наполовину.

— Наполовину? — удивилась я. — Ладно, пусть будет полукот.

А то не хватало ещё экскурса в сторону магозоологии.

— Полукот… — повторила за мной Эльсерафи.

Долгое время вновь ничего не происходило. Блин, только не говорите, что здесь тоже есть рекламные паузы. Сейчас же не выскочит что-нибудь такое и будет орать в попытке втюхать нам какую-нибудь шнягу, нет? Слава богам, пока ничего кроме тишины. Только шорох от попкорна раздавался в комнате. Вдруг до боли пронзил оглушительный звон. Невыносимый шум длился несколько секунд и в скором времени стих. От неожиданности я посыпала остатки попкорна на пол.