Община. Лёд и пламя
Шрифт:
– Он что-то там про помощь в организации салюта рассказывал, – пожав плечами, поделилась Ксюша и, подмигнув, предупредила: – Ну раз явился, считай, сам напросился.
– Ксюша-а-а, – протянула я предупреждающим тоном. – Не заставляй меня вытаскивать тебя из очередной переделки. Забей на этого пижона. Давай просто повеселимся, а?
– Ну хорошо. Я только за, – кивнула она и, поиграв бровями, расплылась в улыбке, тихо добавив: – Но я ничего не обещаю.
Из машины мы вышли очень эффектно. Вздёрнув подбородки, продефилировали мимо группы парней и, дойдя до главного
– Нарываешься, – хихикнув, предупредила я.
– Клоуны, – фыркнула подруга и, заметив в фойе у школьного стенда группу наших одноклассниц, оживилась: – Ой, девочки фотографируются. Пойдём скорее.
В целом выпускной прошёл отлично. После занудных речей и поздравлений выпускники отправились танцевать и веселиться. Я вдоволь нафотографировалась со всеми подряд, а вот Ксюшу к концу празднования потеряла.
Блуждая по украшенному залу, освещаемому сейчас только огнями светомузыки и расставленными на столиках свечами, начала порядком волноваться. Уже собралась позвонить, как подруга объявилась сама. Подскочив ко мне, ухватила за руку и, отведя в сторону, взволнованно затараторила, пытаясь перекричать музыку.
– Идём во двор, там парни сюрприз готовят, – выпалила она, тут же потянув меня к выходу.
– Ты куда вообще пропала? – возмутилась я, следуя за ней.
– Там… ну, короче, мы с Алексом помирились, – смутилась Ксюша и, заметив моё удивление, начала оправдываться: – Он извинился, сказал, что перегнул палку. Обещал больше не давить и…
– И ты поверила? – охнула я. – Ксюш, ну ты как маленькая, честное слово.
– Не нуди, – огрызнулась подруга и, прицыкнув языком, намекнула: – Там, кстати, ещё парочка симпатичных друзей Алекса. Тоже студенты, а это тебе не наши прыщавые одноклассники.
Спорить с Ксюшей было себе дороже, поэтому вздохнув, я пошла за ней в сторону выхода, ведущего на спортивный стадион. Несколько парней под руководством двух незнакомых мужчин как раз заканчивали установку последних зарядов для салюта. Приближалась полночь и празднование выпускного, как всегда, планировали завершить фееричным шоу.
Мы направились по беговым дорожкам к скамейкам, но Алекс, заметив наше приближение, сказал что-то парням и, поманив нас рукой, зашагал к трибунам для болельщиков. Там на верхнем ярусе располагалась небольшая каморка, в которой обычно прятали инвентарь или размещали важных гостей во время очередных крупных соревнований.
Туда-то и поднялся Алекс и, открыв замок, распахнул дверь, приглашая нас жестом подняться к нему. Освещения в той части трибуны почти не было, поэтому я остановилась и, дёрнув Ксюшу за руку, заворчала:
– Зачем туда?
– Оттуда вид лучше. Алекс сказал, там будем только мы и пара его друзей, – похлопав ресницами, пояснила она.
– Мне и отсюда нормально видно, – возразила я, тут же напряжённо пробурчав: – Не нравится мне это.
– Бли-и-ин, – заканючила подруга. – Милка, ну ты чего? Идем… Это же ненадолго.
–
Вслед за нами в каморку поднялись ещё трое незнакомых парней, а когда Алекс закрыл дверь, я вздрогнула от хлопка. Обернувшись, нахмурилась, заметив, что парни открыли шампанское. На маленьком столике уже лежали конфеты и мандарины.
– Ну, что девчонки, с окончанием школы, – провозгласил Алекс и, протянув нам с Ксюшей пластиковые стаканчики с шипящим напитком, скомандовал: – До дна, красотки.
Понимая, что спорить бесполезно, стаканчик я взяла, но отойдя к окну, незаметно выплеснула часть содержимого. Потом сделала вид, что допиваю, но ко мне тут же подошёл один из парней и, по-свойски приобняв за плечи, попытался долить ещё шампанского.
– Спасибо, но мне хватит, – слегка коверкая речь, пролепетала я и, выкрутившись из его рук, позвала подругу: – Ксюша иди сюда, сейчас начнётся.
В это время и правда начали грохотать первые залпы. Небо осветили громадные шапки вспыхивающих и гаснущих огоньков, а высыпавшие к стадиону одноклассники начали кричать, улюлюкать и свистеть. Достав телефон, приготовилась делать памятные селфи, но обернувшись, охнула.
Алекс припёр Ксюшу к противоположной от окна стене и, фиксируя её руки, жадно целовал. Подруга вроде и не сопротивлялась, но её движения были какими-то заторможенными. А ещё я видела, что у неё по щекам бегут слёзы. Отшвырнув стаканчик, рванула на помощь подруге, но меня перехватили.
– Тихо, тихо, красотка, не мешай, пусть развлекаются, – проурчал недавно лапающий меня парень и, подтолкнув к окну, добавил: – И нам пора… Чем мы хуже?
– Пусти… – рявкнула, ударив его по руке, но подвыпивший парень воспринял это по-своему.
– Ну чего ломаешься? Расслабься детка – всё будет хорошо…
ГЛАВА 3
Мила
– Не трогай меня, – зарычала, пытаясь увернуться от влажных губ и, упёршись руками в его грудь, предупредила: – Я закричу.
– Кричи, конечно, – снисходительно позволил он и, хмыкнув, проурчал: – Может, ещё шампусика? Что-то ты совсем напряжённая.
– В жопу засунь себе свой шампусик, огрызнулась я и, запрокинув голову, рявкнула: – Пусти сказала!
– В жопу говоришь? – озлобленно прорычал он и, развернув меня к себе спиной, прижал лицом к запылённому стеклу. Второй рукой начал задирать подол платья, продолжая комментировать: – Вот значит, как ты любишь. Ну что ж… Желание дамы – закон.
Чувствуя, как его рука ползёт по внутренней стороне бедра, содрогнулась от отвращения и, пользуясь его увлечённостью процессом, дотянулась до стоящей на узком подоконнике бутылке с остатками шампанского. Размахнулась, насколько позволила неудобная поза, и со всей силы ударила по стеклу. Мне очень повезло, что оно поддалось с первого раза. Раздался треск и звон осыпающегося стекла. Руку прошибла резкая боль, а меня по инерции потянуло вперёд, прямо в освободившееся пространство окна.