Обряд

Бояндин Константин Юрьевич

Он проследил за взглядом Агафьи. Всего-то кошка — естественно, по имени Машка. Живёт у пенсионерки Авдотьи Петровой, на втором этаже. Авдотья Филипповна частенько ездит к себе на огород, а Машка, если вовремя не возвращалась, ждала хозяйку в подъезде. Никто кошку не обижал, наоборот — при удобном случае пускали в дом. И Машка сейчас шла к людям, держа хвост трубой и громко мурлыча. Так что, Агафья ещё и кошек боится?!

— Агафья, она вас не тронет. Не шевелитесь! — велел Владимир. Агафья уткнулась лицом в его

плечо и замерла. — Машка, брысь! Брысь, я сказал!

Машка обиделась. Мяукнула, посмотрев на человека непонимающе, развернулась, дёрнула хвостом и вернулась на свой коврик. И села там умываться, спиной к людям. Знать вас не знаю!

— Идёмте, — позвал Владимир, осторожно потянув Агафью за ладонь. — Она ушла, она вас не тронет.

Последним препятствием оказался дверной проём. Владимир отпустил ладонь Агафьи, чтобы открыть дверь, жестом предложил девушке войти. Но она стояла, словно ничего не слышала и не видела. Владимир мысленно вздохнул, шагнул за порог сам, включил свет в прихожей и повернулся к Агафье лицом.

— Агафья? — протянул он руку. — Ганя? Идёмте. Заходите, я разрешаю. Вам ничто тут не грозит.

Агафья молча приняла руку и шагнула внутрь. Едва дверь захлопнулась за её спиной, Агафья отшатнулась, уселась на корточки, прижавшись спиной к двери, и затихла, спрятав лицо в ладонях.

— Со мной всё хорошо, господин младший дизайнер, — сообщила она глухо. — Прошу, не беспокойтесь.

— Можно попросить вас звать меня Владимиром? Хотя бы здесь.

— Можно, — согласилась Агафья и отняла ладони. — Просите, — добавила она и, фыркнув, рассмеялась. И сразу же поднялась на ноги — похоже, успела взять себя в руки.

— Извините меня, Владимир! — посмотрела она в глаза хозяину квартиры. — Не думала, что вы такой храбрый! Вы один здесь, я вам не мешаю?

— Я один, — заверил Владимир. — Не мешаете. Идёмте — я покажу, где можно умыться. А разуться…

Он не договорил. Агафья всего лишь сделала два шага — но оба её ботинка просто остались стоять, где и стояли. Во даёт! И показалось, что Агафья теперь в тапках — хотя ещё не успел предложить ей. Владимиру даже глаза протереть захотелось. У неё что, ноги были в тапках внутри ботинок?!

— Идёмте, — поманил её Владимир в ванную. И показал там всё. А сам направился на кухню — у него самого аппетит от всех этих приключений разыгрался не на шутку.

* * *

— Вы собираетесь всё это съесть?! — поразилась Агафья, когда, пять минут спустя, вошла на кухню.

На столе стояли: булочки с корицей; нарезанная ломтями ветчина; банка красной икры — по пятницам можно себя побаловать; покупной, уже нарезанный винегрет; три яблока в вазе и несколько ломтей чёрного хлеба. Да, и маслёнка со сливочным маслом.

— Всё, что нашёл съедобного, — пояснил Владимир, улыбнувшись. — Я не знал, что вы станете есть. Вы пьёте чай?

Агафья кивнула

и присела на соседний с хозяином стул.

— Не стесняйтесь, — предложил Владимир. — Вы должны быть жутко голодны. Я-то уж точно. А я пока чай приготовлю.

Когда он поставил на стол заварник и пару чашек, Агафья успела сделать несколько бутербродов — с икрой и ветчиной. Сама не прикасалась — ждала хозяина. А стоило тому начать, перестала стесняться — как и было приказано. Ела очень культурно, не торопясь, хотя видно было, насколько голодна.

— Это всё не последнее, — пояснил Владимир, указав на холодильник. — Ешьте, сколько нужно.

Когда дошло до чая, Владимир принёс ту самую корзинку. Празднично запахло на всю кухню — хотя и до того запахи были сплошь приятные и вкусные. Агафья улыбнулась, когда Владимир снял салфетку с корзинки.

— Это всё вам, — пояснила Агафья. — Так принято. Вам правда понравилось?

— Очень! — заверил Владимир. Агафья, неожиданно для себя, зевнула — едва успела прикрыть рот. Тут же смутилась и виновато посмотрела на Владимира.

— Я сейчас постелю вам, — согласился Владимир. — Это быстро. — И покинул кухню. Вернулся минут через пять и поманил Агафью за собой, в кабинет, она же гостиная. На тамошнем диване всё уже готово. — Отдыхайте. Если что — я в соседней комнате.

Агафья кивком поблагодарила и прикрыла дверь. Оставила небольшую щёлку — зачем, интересно? Ладно, ей виднее. Владимир постелил себе как всегда — в спальне, она же кабинет номер два — и, присев там на краешек кровати, принялся ждать. Пусть Агафья умоется, и всё такое — а то хочется сходить в душ, а Владимир там может застрять надолго.

Время шло, но характерных звуков не слышно. Что-то случилось? Так устала, особенно после ужина, что просто свалилась? Владимир осторожно подошёл к двери гостиной и тихонько постучал. Ни звука в ответ.

* * *

— Ганя, что с вами? — встревожился Владимир, увидев, что Агафья сидит на краешке разложенной постели, сжавшись в комочек.

— Мне неуютно здесь, — подняла она голову. — Простите, Владимир! Можно, я посижу до утра на кухне?

— Есть другая идея, — предложил Владимир и поманил Агафью за собой. Там, уже у себя в спальне, наблюдал, что Агафья оглядывается, закрывает глаза и вздыхает. И улыбается.

— Здесь лучше? — уточнил Владимир. Агафья кивнула. — Отлично, буквально пара минут… — Он свернул свою постель, удалился с ней и через пару минут постелил на своём диване то, что приготовил для Агафьи. — Всё, раздевайтесь и отдыхайте, не буду вам мешать.

— Гос… — Агафья осеклась. — Владимир, у вас не найдётся листа бумаги и пера?

— Конечно. — Владимир прогулялся до стоящего на тумбочке у стола принтера и взял лист из лотка. Взял из ящика стола авторучку и положил оба предмета на стол. Агафья кивнула.