Обряд на крови

Батчер Джим

– Гарри… – пробормотал он.

– Заткнитесь, – сказал я. Я говорил совсем тихо. Негромкий голос пугает больше вопля. – Вы мною манипулируете, Томас.

– Я не знаю, о чем это вы гово…

Я подался вперед, и ему пришлось отодвинуться от раскаленного конца моего жезла.

– Я сказал, заткнитесь, – продолжал я все так же тихо. – Мне кажется, в студии находится кто-то, кого вы знаете, и вы не предупредили меня об этом. Мне кажется, вы обманывали меня и в другом, и это как минимум дважды сегодня уже подвергало меня смертельной опасности.

А теперь назовите мне хоть одну причину, которая удержит меня от того, чтобы не выжечь ваш лживый язык раз и навсегда.

Волосы у меня на затылке вдруг стали дыбом, словно пытаясь отделиться от тела и улететь куда-нибудь подальше. Я услышал за спиной два металлических щелчка взводимых затворов, и томный до обезумения голос Лары произнес:

– Хотите, назову сразу две?

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ

Первой мыслью, что пришла мне на ум, было: «Уау, ну и голос же у нее!» И сразу же последовала вторая: «Как ей, черт подери, удалось догнать нас так быстро?»

Ну и где-то совсем уже в глубине сознания практичная часть меня тоже включилась в обмен мнениями: «Вот некстати будет, если меня застрелят». Вслух же я произнес:

– У вас действительно фамилия Романи?

Я не слышал шагов, но когда она заговорила снова, голос раздался ближе.

– Это моя фамилия по мужу. Я была замужем. Недолго. А теперь будьте добры, отойдите от моего младшего братца.

Блин-тарарам, значит, она его сестра? Милая семейка. Вполне возможно, она будет реагировать на угрозу не совсем… гм… рационально. Я глубоко вздохнул и напомнил себе, что с учетом обстоятельств провоцировать Лару Рейт было бы чистым идиотизмом.

– Я правильно понял: если я сделаю все, как вы просите, вы опустите пистолеты?

– Исходите лучше из того, что, если вы не сделаете этого, я застрелю вас.

– Ох, Бога ради, – вздохнул Томас. – Лара, да успокойся же. Мы просто беседовали.

Она почти по-матерински неодобрительно скрипнула зубами.

– Томми, Томми! Когда ты несешь подобную ерунду, мне приходится напоминать себе, что мой младший братик далеко не такой идиот, каким хочет нам всем казаться.

– Ох, да ну же! – выпалил Томас. – Мы теряем время.

– Заткнитесь, – буркнул я, бесцеремонно взмахнув жезлом, и оглянулся через плечо на Лару. На ней было что-то такое, черное, кружевное, туфли на шпильках…

(и как, черт подери, она ухитрилась догнать нас на этих гребаных шпильках? Даже для чародея найдется пара вещей, представляющихся совершенно невероятными)

… а в руках она держала пару славных таких маленьких пистолетиков. Возможно, заряжались они и не самыми мощными патронами, однако же и небольшой пули достаточно, чтобы убить меня раз и навсегда. По тому, как она их держала, у меня складывалось впечатление, что она знает, как с ними обращаться. В густой тени ее кожа, казалось,

светилась сквозь кружева. Восхитительное зрелище.

Я стиснул зубы и отогнал внезапное желание пройтись языком по волнительным изгибам ее бедер. Вместо этого я поднял свой жезл и нацелил его на Томаса.

– Два шага назад, цыпочка. Опусти пистолеты, забудь о всех своих штучках – и мы поговорим.

Она застыла на полушаге, и на лице ее появилось слегка озабоченное выражение. А потом прищурилась, и голос ее разлился по воздуху смесью меда и героина.

– Что вы сказали?

Я отогнал давление, которое оказывал ее голос на мое либидо.

– Назад, – буркнул я. – Быстро. – Впрочем, сидевший во мне Дон Кихот не сдавался так просто, и я добавил: – Будьте добры.

Мгновение сестрица Томми смотрела на меня, словно увидела в первый раз.

– Экая бестолковая ночь, – пробормотала она тоном, каким обычно произносят что-нибудь совершенно нецензурное. – Вы Гарри Дрезден.

– Не огорчайтесь. Я довольно ловко обходился без фамилии, представляясь Гарри-Ассистентом-Продюсера.

Она надула губы (надо сказать, это выглядело тоже потрясающе).

– Зачем вы угрожаете моему брату?

– Вечер выдался скучный, а все остальные были заняты.

Она даже намеком не предупредила. Один из ее маленьких пистолетов рявкнул, меня ослепила алая вспышка боли в голове, и я упал на колено.

Не опуская руку с нацеленным на Томаса жезлом, я поднял другую руку и осторожно коснулся уха. Когда я отнял ладонь, на ней темнели капли крови, но боль уже начала стихать. Лара выразительно выгнула свою умопомрачительную бровь. Блин-тарарам, она только чуть оцарапала мне ухо своей пулей. С такой меткостью залепить пулю мне промеж глаз – плевое дело.

– В обычной ситуации я бы восхитилась столь изящно выстроенным ответом, – произнесла она негромким, бархатным голосом. Возможно, она тоже считала, что так выйдет страшнее, чем если она скажет то же самое, но громко. – Но во всем, что касается моего младшего братца, у меня нет настроения играть в игры.

– Понято, – сказал я.

Боюсь, мой голос звучал не слишком уверенно. Я опустил жезл и убрал заряд накопленной в нем энергии. Зловещая красная точка на его конце погасла.

– Прелестно, – отозвалась она, но пистолетов не опустила. Ночной осенний воздух развевал ее шикарные черные волосы, серые глаза сияли в полумраке серебром.

– Гарри, – произнес Томас. – Это моя старшая сестра Лара. Лара, Гарри Дрезден.

– Очень приятно, – кивнула она. – Томас, отойди от чародея. Я не хочу, чтобы какая-нибудь пуля, пройдя навылет, попала в тебя.

Ноги мои разом сделались ватными. Я продолжал держать жезл в руках, но Лара нажала бы на спуск прежде, чем я успел бы прицелиться и выпустить разряд.

– Погоди, – сказал Томас. Он привстал на колено и оказался между мной и вампиром. – Не убивай его.

Она удивленно выгнула бровь, на губах заиграла легкая улыбка.