Обрученные навеки

Айзекс Мэхелия

– Боюсь, что ты права, – сказал он надтреснутым голосом. – Но мне необходимо было с кем-то поделиться…

– Послушай, Уолтер, выкладывай, что ты там натворил! – окончательно потеряла терпение Милдред.

– Я попался в ловушку. – Он вздохнул, и его плечи опустились. – Меня обвиняют в том, чего я не делал.

– В чем именно?

– В промышленном шпионаже! – резко ответил он. – Меня очень ловко подставили.

Милдред в недоумении уставилась на мужа.

– Что ты имеешь в виду? – Она пока что не могла уловить суть дела. – Твоя работа связана с государственной тайной?

– Да, – подтвердил Уолтер, нервно передернув плечами. –

Последние три года я работал на предприятии, которое занимается новыми химическими разработками. – Он поднял на нее затравленный взгляд. – Ты прекрасно знаешь, что у меня нет никакого специального образования в этой области, а потому меня взяли туда простым клерком. Но им понравилась моя исполнительность, и через год я стал начальником канцелярии. – Уолтер усмехнулся. – Вот уж никогда не думал, что буду возиться с бумагами. Впрочем, дело не в этом, – продолжил он. – Думаю, не надо говорить, что все документы, проходящие через мои руки, были снабжены грифом «секретно», а поскольку в мои обязанности входило только регистрировать бумаги должным образом, я даже никогда не интересовался их содержанием. – Уолтер помолчал. – А потом произошла глупая случайность, которая привела к необратимым последствиям. Все сотрудники компании обязаны сдавать ключи от своих кабинетов на вахту, а я в один прекрасный день забыл сделать это. Ключ был у меня, и я не терял его, хотя, как потом выяснилось, лучше бы потерял… тогда бы меня просто уволили, но не отдали под суд, а теперь выходит так, что только я мог выкрасть описание новейших разработок. Мне нечем доказать, что кто-то сделал копию ключа и в мое отсутствие побывал в кабинете. Сейф не взломан, ящики стола тоже, а значит, как считают следователи, эту кражу мог совершить только я.

Милдред откинулась на спинку дивана, нервно поглаживая его бархатную обивку.

В комнате стало совсем тихо, и только потрескивание дров в камине и прерывистое дыхание Уолтера нарушало обманчивое спокойствие.

Это не может быть правдой, думала Милдред, борясь с растущим чувством раздражения. Боже, ну как его угораздило?

– Может быть, тебе стоит нанять хорошего адвоката, – задумчиво произнесла она.

Уолтер согласно кивнул.

– Да, я так и поступил. – Он облизал пересохшие губы. – Но он ничего не смог сделать.

Молодая женщина подалась вперед.

– И что теперь будет? – воскликнула она.

– Меня посадят в тюрьму. На предварительном слушании дела судьи отказались ограничиться подпиской о невыезде.

Милдред откинула прядь волос, упавшую на лоб. Теперь ей многое стало понятным, но она никак не могла уразуметь, почему Уолтер появился в Стоунхилле.

– Продолжай, – потребовала она, воздерживаясь от комментариев.

– Вероятно, меня объявят в розыск. – Уолтер изучающе посмотрел на нее. – Но мне показалось, что после нашего достаточно громкого развода им и в голову не придет искать меня у тебя.

На ее скулах вспыхнули и погасли розовые пятна.

– Ты хочешь спрятаться здесь?! Но послушай, ведь это смешно… Все равно, что прятать голову в песок. Рано или поздно тебя найдут, а мы…

А мы с дедом окажемся замешанными в весьма неприглядную историю, мысленно закончила Милдред. И все же она не могла просто взять и выгнать Уолтера из дома. Ей хотелось выиграть время, чтобы обдумать всю информацию, и она заговорила о каких-то пустяках, вроде потерянного Майклом электрического секатора, давая себе возможность разобраться в собственных ощущениях.

И все же нельзя допустить, чтобы Уолтер

думал, что я близко к сердцу восприняла его проблемы, подумала Милдред и с бесстрастным выражением лица спросила:

– Обычно ты возвращаешься с работы один? Он пожал плечами.

– Когда как. – Он замялся. – Ты же понимаешь…

– Да, – кивнула Милдред, – я понимаю, что ты молодой здоровый мужчина, который к тому же всегда пользовался успехом у женщин. Но меня сейчас интересует не это. – Она заглянула Уолтеру в глаза. – Подумай, не мог ли кто-то из сотрудников заметить, что ты не сдал ключ на вахту, и незаметно вытащить его у тебя, а потом вернуть на место?

– Это невозможно! – горячо воскликнул Уолтер, но огонек сомнения зажегся в его глазах. – Хотя…

– Подумай хорошенько и восстанови в памяти весь тот день буквально по минутам, – посоветовала Милдред.

Он невидящим взглядом уставился в пустоту.

– Я не уверен, но, может быть, ты права. Дело в том, что когда я в тот день уходил с работы, то вошел в переполненный лифт последним, и мы ехали, тесно прижавшись друг к другу, как сельди в бочке.

– Кто стоял рядом с тобой? – допрашивала его Милдред, как заправский следователь.

– Не помню. – Искорка надежды, мелькнувшая в глазах Уолтера, вновь погасла, и он обреченно опустил голову. – Понимаешь, я встал лицом к дверям и просто не мог видеть, кто находится у меня за спиной.

Милдред глубоко вздохнула. Она готова была сказать ему, что не верит ни единому слову, и предложить самому разбираться в своих проблемах, но почему-то не могла. В ней боролись два чувства – с одной стороны, злость на Уолтера за то, что он втягивает ее в сомнительную историю, а с другой – непреодолимое желание броситься к нему на шею и утешить.

Но вместо этого, взяв сэндвич с копченой семгой, она стала сосредоточенно жевать.

Оказывается, я чертовски проголодалась, удивленно подумала Милдред. Впрочем, в этом нет ничего удивительного, ведь я почти ничего не ела в Саммерхаусе. Или мне просто нужно заглушить другое, более сильное желание?

– Поверь, – сказал Уолтер, инстинктивно уловив ее смятение. – Я действительно ни в чем не виноват… конечно, кроме того, что не сдал ключи.

– А как отреагировало на всю эту историю твое руководство? – поинтересовалась Милдред.

– Как? – горько усмехнулся Уолтер. – Как всегда. Каждый боится за свою шкуру, и это можно понять – ведь им тоже светят серьезные неприятности.

– Кто-нибудь видел тебя по пути в Стоунхилл?

– Нет, – уверенно ответил Уолтер. – К тому же, во-первых, эту машину здесь никто не знает, а во-вторых, меня мало кто видел в такой одежде, когда я жил с тобой.

– Это верно, – не могла не признать Милдред. – Она отвернулась к окну и задумалась, поджав губы. – Я, конечно, могу поселить тебя в домике садовника… Главное, чтобы ты никому не попался на глаза. Слуги тебя не выдадут. Им можно даже не объяснять причины твоего появления, а просто попросить скрыть тот факт, что ты живешь в Стоунхилле. А если кто-то из соседей поинтересуется твоей личностью, я скажу, что приехал дальний родственник Майкла помочь ему справляться с садом. Но вот дедушка… Ты сам понимаешь, как он отнесется к твоему визиту, а рассказывать ему правду ни в коем случае нельзя. – Милдред уже приняла решение спрятать бывшего мужа, но еще не призналась себе в этом. – В конце концов, я здесь полноправная хозяйка, – заявила она, и могу делать, что хочу. Так я и скажу дедушке.