Обречённая
Шрифт:
На улице пусто, лишь пара прохожих. Пожалуй, безумие отказаться от такого предложения. Что, если автобус не придет или они вовсе не ходят?
Почему я не согласилась? Я вздохнула. Знаю, но не хочу признаваться себе.
Не хочу, чтобы она увидела мой дом. В этом все дело, правда?
А ведь я, кажется, перестала заботиться о том, что обо мне подумают окружающие. И вдруг снова. И даже хуже. Не все окружающие. А именно она.
11. Сэм
Мы проезжаем одни за другими двое
Почему произошла диверсия? Вокруг школы – большие дома, дорогие магазины и рестораны, и всюду защита и охрана: рамки металлоискателей, сигнализация, камеры.
И все электронное, как правило. Кое-где наверняка имеются генераторы, а где их нет, должны быть меры на случай экстренного отключения электричества: зачем нужны ворота, которые замуруют тебя, если энергия отключится? А что, если случится пожар?
Мне не по себе. Вот почему полиция перекрыла дороги и велела всем оставаться на местах, пока район не очистят.
Дороги полупустые, и тугой узел напряжения постепенно ослабевает, чем ближе мы подъезжаем к дому.
Вдруг позади раздаются резкие звуки, будто кашляет неисправный двигатель. Без остановки. Это что, перестрелка?
Я включила связь с кабиной водителя.
– Что происходит?
– Полицейская операция. Нас не коснется.
Я волнуюсь за Аву. Звуки раздаются неподалеку от школы, а я даже не знаю, где Ава живет, куда направляется и как собирается добраться до дома, так что и проверить не могу. Меня мутит от страха за нее. И почему она отказалась ехать?
Первые дополнительные занятия оказались не такими, как я себе представляла. Ава, конечно, заставила меня каким-то чудом работать, но было кое-что и помимо занятий. Например, наши разговоры. А еще я рисовала ее.
Никогда прежде я не была так откровенна, как сегодня с Авой. Почему? Видимо, не выспалась и не следила за языком.
Сказала, что не верю в любовь с первого взгляда. Друзья бы поспорили со мной – они только об этом и трещат. Мы с Шарлиз дружим с пяти лет и раньше делились друг с другом всем. Не считая семьи, она была самым близким для меня человеком. Но все изменилось, когда она открыла для себя мальчиков. Она влюбляется каждую неделю и только об этом теперь и говорит. Неудивительно, что ничем подобным я с ней не делюсь.
А еще я не верю, что где-то есть единственный, предназначенный нам человек. Во всяком случае, мне такой раньше не встречался.
Ава не похожа на моих друзей. Я правда пыталась ее нарисовать настоящей, но не вышло передать глаза. Хорошо бы она вновь мне позировала. Я хочу этого.
«Пожалуйста, пусть все будет хорошо, Ава».
Я едва знаю ее. Если хоть одна девочка в моей школе попадет в беду или поранится, я буду беспокоиться, но не настолько. Не понимаю.
12. Ава
Холодает,
Дорога, по которой я обычно хожу к остановке, сейчас перекрыта. Я отхожу все дальше, и мне попадается все больше перекрытых дорог – полиция, и вид у нее взволнованный. Кажется, я заблудилась.
Папа бы наверняка выбрал лучший маршрут, таксисты всегда знают такой, а я сомневаюсь и уже подумываю позвонить ему, но тогда он разволнуется, а приехать и забрать меня он не может: все дороги перекрыты. Я дошла до магазина на углу, куда порой захаживаю, чтобы спросить дорогу, но магазин оказался закрыт. А раньше всегда был открыт. Я огляделась, и тут до меня дошло, как безлюдно в районе – и тихо, будто улицы, здания и опустевшие тротуары задержали дыхание. Где все?
Мимо на скорости пронеслись еще полицейские машины, и тишина раскололась: вопли, треск, оглушительный грохот, эхом отдающийся в ушах, а потом крики. Это что, перестрелка?
По крайней мере, путь теперь свободен, пора убраться подальше от всех звуков. Я круто развернулась, едва не срываясь на бег, но удерживая себя: теперь лондонская полиция не любит бегунов. Я шла до тех пор, пока звуки не отдалились и не выдохлась, оказалась далеко от того места, где должна быть, и совершенно заблудилась. По крайней мере, здесь есть люди – хотя меньше, чем ожидаешь увидеть ясным вечером, – но я свободно вздохнула.
Телефон завибрировал. Звонил папа.
– Привет, – ответила я.
– Ты где?
– Не знаю. Я шла на автобус, но пришлось свернуть.
– Я так и подумал, что это случится. Узнай, где ты, а я приеду и заберу тебя.
Следовало отказаться. Мне семнадцать, я далеко от места событий, я смогу найти метро или автобус и добраться домой.
Вместо этого я дошла до угла и стала читать таблички с названиями улиц, чтобы папа мог забрать меня.
13. Сэм
Я долго ворочалась, пытаясь уснуть, и наконец сдалась. Папа наверняка сможет узнать, все ли с Авой в порядке. Полиции станет известно, если с ней что-то случилось, и они не откажут папе в просьбе. Он уже давно не работает в Скотленд-Ярде, но прежних связей хватит, чтобы быстро все разузнать. Я прошла к окну, выходящему во двор перед домом, и стала ждать.
Приехал папа только после полуночи. Я ждала его на верхней ступеньке лестницы.
– Привет.
– Сэм? Почему ты не спишь?
– Хотела у тебя кое-что спросить.
Но тут в руке завибрировал телефон. Я взглянула на экран.
«Это Ава. Мне дали твой номер, когда предложили стать репетитором. Не волнуйся, я уже дома. Спокойной ночи».
– В чем дело?
Я покачала головой.
– Беспокоилась за одного человека, но не важно, уже узнала, что все в порядке.
Неужели она столько времени добиралась домой? Или просто только сейчас надумала написать? Да уж.
Отец приобнял меня за плечи.