Обмануть судьбу
Шрифт:
– В общем, я сказал этой ненормальной, чтобы во время перерыва подъехала ко мне на работу. Она затянула песню о том, что как раз должна быть на каких-то идиотских съемках. Насколько я понял, какие-то шарлатаны устраивают пробу, а моя пустоголовая сестрица задумала с их помощью стать супермоделью. Я сказал: если не приедешь в полдень, не получишь от меня ни цента. Ей не оставалось ничего другого, вот она и нарисовалась.
Синтия содрогалась от рвавшегося наружу смеха, но еще худо-бедно умудрялась владеть собой. Элоиза смотрела на него круглыми, как у совы глазами,
– Если бы вы только знали, в каком виде это чудо явилось! – продолжал Джереми, гневно размахивая руками. – Сначала я не узнал ее, честное слово! Увидел и подумал, что кто-то из боссов охамел настолько, что велел привезти прямо в офис девочку по вызову.
Синтия не выдержала и прыснула. Элоиза обхватила голову руками, хватанула ртом воздуха, будто задыхаясь, и тоже покатилась со смеху.
– Над чем вы хохочете, дурочки? – громко, чтобы его услышали, спросил изумленный Джереми. – Я еще не рассказал самого главного! На ней – только вообразите! – был охренительный парик, какие-то немыслимые туфли, боевая раскраска и соответствующий наряд.
Синтия схватилась одной рукой за живот, второй принялась вытирать катившиеся из глаз слезы. Элоиза упала на кровать и начала перекатываться с одного бока на другой. Обеих душил смех.
– Девчонка совсем сдурела, а вам смешно! – прогремел Джереми. – Готов поспорить, на нее смотрели, как на уличную девку, все, кому она ни попадалась на глаза! Слава богу, я убедил ее отказаться от безумной затеи, не то она влипла бы бог знает в какую историю! Да прекратите вы гоготать, смеяться тут не над чем!
Синтия первая взяла себя в руки. От смеха уже болел живот, на глазах размазалась тушь. Поднявшись с кровати, она пошлепала по ноге катавшуюся туда-сюда Элоизу и еще чуть дрожащим от смеха голосом произнесла:
– Как я рада, что тебе не придется начинать новую жизнь. Теперь вы, уверена, разберетесь без меня. Ну, я пошла.
– Спасибо… что побыла со мной, Синти, – выдавила из себя Элоиза.
– Не стоит. – Синтия, широко улыбаясь, махнула рукой. – Скорее покажи Джереми, что у тебя в шкафу. Пока.
4
Энтони не сказал, когда позвонить – утром или после полудня. Вернувшись в понедельник из университета, Синтия достала его визитку, в который раз прочла «Агент по операциям с недвижимостью, координатор преобразований Энтони Бридж» и призадумалась. График работы у него очень плотный, вспомнила она. Наверное, с утра до вечера встречается с клиентами, показывает им дома. Не хотелось бы отрывать его от дел… С другой же стороны, если позвонить вечером, он будет отдыхать, возможно с женой. Вклиниваться в их домашний уют тоже неудобно…
Домашний уют, эхом отдалось в висках. Перед глазами возник образ Энтони. Уставший после напряженного дня, он опускается на диван в гостиной и целу
Звонок едва знакомой дамы, которая без ума от Гомеровых творений, в такую минуту его как пить дать разозлит, подумала Синтия, почему-то не желая всматриваться в нарисованный воображением образ женщины, которая, как ласковая кошка к хозяину,
Нажимая на клавиши телефона, она почему-то страшно волновалась. А последние две цифры вовсе не стала набирать. Нет, надо успокоиться, не то голос будет дрожать, нужные слова вылетят из головы и я выставлю себя круглой дурой. Она решительно отложила сотовый.
Унять тревогу, как обычно, помогла спасительная йога. Та самая поза, расслабиться в которой столь категорично отказалась вчера Элоиза. И чашка любимого малинового чая. Когда Синтия принялась вновь набирать номер, ее больше не мучила ни волнительная дрожь, ни картинки идиллической семейной жизни, ни сомнения. Терзаться не было ни малейшего повода.
– Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети, – любезно сообщил механический женский голос.
Синтия в отчаянии тяжело опустилась на стул и долго не убирала от уха трубку. В груди омерзительным студнем расползлось неприятное чувство. Вспомнился давний день рождения, накануне которого дядя прозрачно намекнул, что подарит ей щенка, а сам не явился вовсе. Медленно опустив руку, она положила трубку на столик и устремила рассеянный взгляд в пустоту.
Следовало немедленно сесть за работу. Театр, для которого она писала нынешний сценарий, был непрофессиональным, но режиссер, Роджер Чейз, дважды снимался в голливудских фильмах и возомнил о себе бог знает что, поэтому хотел, чтобы все, кто с ним работает, неукоснительно выполняли его пожелания. Впрочем, Синтия тотчас нашла с «великим» актером общий язык, к тому же ни разу за три года его не подводила. Словом, надеялась, что, если сценарий отправит не в среду, а несколько позже, большой беды не произойдет.
Почему она так расстроилась из-за того, что не смогла дозвониться до Энтони? Если бы Лайза о ней не вспомнила, она и понятия бы не имела, что бывший однокурсник сестры может помочь ей с дипломной работой. Которая, кстати, была почти готова.
Чего она ждала от этой встречи? Жаждала услышать рассказ о волшебном мире, куда столь часто переносилась в воображении? Или же, познакомившись с Энтони, тайно мечтала узнать ближе его самого? Для чего? В надежде обзавестись новым интересным другом? Или чтобы не выдумывать героя для очередного сценария?
Когда заиграла мелодия сотового, погруженная в мысли Синтия до того испугалась, что чуть не подпрыгнула на стуле. На экране высветился номер Энтони. Она взяла телефон похолодевшей рукой, секунду-другую смотрела на набор цифр, потом с усилием, какого не требовалось, нажала на кнопку, поднесла трубку к уху и выдохнула:
– Алло?
– Синтия? – послышался негромкий ровный и вместе с тем уверенный голос Энтони.
Этот голос действовал как успокоительное. Синтии показалось, что она с незапамятных времен, сама того не сознавая, искала человека с таким вот выговором, с такой манерой общаться. Облизнув сухие от волнения губы, она на мгновение закрыла глаза и ответила столь же умиротворенно, чему сама изумилась: