Обитель Варн

Витич Райдо

клонит в сон не от тепла — от холода. Значит, заснуть равно умереть.

— Вы тоже? — раздался вкрадчивый голос.

— Что — тоже? — нахмурилась Алиса, стряхивая оцепенение. Воззрилась на

Бэфросиаста.

— Иллюзия.

— А-а. Нет. Я одно из ее осколков, — подкинула мох в огонь.

— Как вы оказались одна, в горах, Лесс? Помнится, вы неплохо отдыхали в

комфортабельном номере гостиницы.

— Как

и вы. Все относительно.

— И жизнь?

— И жизнь.

— Ваша?

— Любая.

— Тогда что для вас незыблемо? Ради чего вы рискуете собой?

— В чем вы усмотрели риск? В этом? — обвела рукой убогость пристанища. —

Экстрим. Каждый получает адреналин тем способом, каким ему больше нравится.

— Хотите сказать, что вы по собственному почину двинули в горы на поиски

приключений? Поэтому вас будут ждать в условленном месте? — с насмешкой в

голосе спросил мужчина.

— Что вы хотите, граф? — вздохнула Лиса. — Чтоб я открыла вам великую

государственную тайну? Увы, без санкции свыше не могу. О моей профессии вы

осведомлены, голову вам при обвале не повредило, так что додумайте сами.

— В том-то и дело, что додумал. Мне кажется это дикостью. Особенно неприятно,

что вы тащите меня на себе, кормите, когда сами ничего не едите, поите чаем с

сахаром, а сами пьете пустую воду.

— Не люблю сладкое.

— Да? Я понял еще в гостинице, когда вы заказали пирожное.

— Для вас.

— Конечно.

— Вы раздражены.

— А казалось бы, повода нет, — бросил с сарказмом.

— Нет. Все правильно, нормально. Я знаю, что делаю. Меня учили выживать в любых

условиях, в пустыне, джунглях. А вас — нет.

— Вам нравится так жить?

— По другому пока не умею. Вот доведу вас, сдам врачам и буду учиться, — голос

Лесс звучал глухо от усталости. Но не это раздражало Бэф — спокойствие девушки,

окутанное печалью. Он явственно ощущал ее терпкий запах, с горчинкой

обреченности, и злился, не понимая, как можно соединять обреченность и

спокойствие?

— Вас ждут без меня, — заявил резким тоном.

— Ничего страшного. Места хватит.

— У стенки?

— О чем вы? — равнодушно посмотрела на него Алиса.

— О приказе, что вы не выполнили. Вас же за мной послали. И не с миссией

спасения.

— У вас горячка.

— Если

бы. Не лгите, Лесс. Скажите мне лучше, вы сами выбрали профессию солдата

или кто-то помог?

— Что-то, — поджала губы Лиса.

— Да. Как всегда. Обстоятельства, выхода нет. Единственный — прыгнуть с моста.

— Отчего? Ни с какого моста я не прыгала.

— Еще предстоит.

— Вы оракул?

— Да, если хотите.

— Не хочу, перестаньте разговаривать со мной в таком тоне. Вам бы допросы вести.

— Значит, вы знаете, каким тоном ведут допросы, — тихо протянул мужчина.

— Перестаньте, Бэфросиаст, — поморщилась девушка. — У вас болит рука и грудь?

Поэтому раздражены? Хотите, поставлю укол. Ампулы еще есть.

— Благодарю, надобности нет.

— Тогда давайте устраиваться на ночлег. Если буран стихнет, придется идти без

остановок и очень быстро, чтоб успеть…

— Не получится. Вы очень устали, Лесс. Голодны. Я не настолько окреп, чтоб

помочь вам.

— Хотя бы не мешайте.

— Вы упрямы настолько, что мне трудно подобрать сравнение, — качнул головой

Бэф и принялся вновь развязывать путы. Лесс хмыкнула — и кто бы говорил про

упрямство. Да, пусть его. Все равно нужно снять повязку, посмотреть раны,

растереть графа спиртом. Иначе к утру опять напугает ее окостеневшей конечностью.

Девушка встала и пошла к Бэфросиасту, помогать. Сняв все тряпье, Лиса

внимательно оглядела повреждения и удовлетворенно улыбнулась. Отек спал, и

покореженная грудь не устрашала. Деформация стала не так заметна, как на руке. И

мышцы, вернувшиеся в нормальное состояние, привлекали взгляд.

— У вас явно сломана ключица, предплечье и запястье. Про ребра молчу, —

качнула головой, стряхивая наваждение. Достала фляжку со спиртом и, открутив

крышку, налила немного на грудь. Принялась растирать, очень ласково, осторожно,

любуясь красивым телом, нежной кожей. — А вы в прекрасной форме, граф.

Тренажерные залы, класс фехтования?

— А вы дрожите.

— Что? — очнулась девушка, уставилась на мужчину. Зрачки Бэфросиаста

завораживали. В груди Лесс дрогнуло: почему она собственно должна мерзнуть,

когда рядом такой мужчина? Дрожать от холода, а не от страсти? Ну, уж увольте.

Хватит минуэтов, пора, наконец, согреться и нормально поспать.

Лиса принялась раздеваться, мысленно умоляя графа молчать.

Тот действительно не произнес и слова. Молча следил за ней взглядом и спросил