Обитель теней

Страуб Питер

– Было бы ужасно, если б ты мне отказал в доверии, – улыбнулась она. – Том, я ведь в первую очередь хочу помочь тебе, вернее, нам обоим.

Обоим… Слово это, казалось, пронзило его сердце, как и ее быстрые, прямодушно-лукавые взгляды.

– А знаешь, Дэл… Как бы это сказать? Ну, он о тебе очень высокого мнения.

– Я о нем – тоже, – ответила она, и эта фраза как бы установила некоторую дистанцию между ней и Дэлом.

– Я хочу сказать, ты ему небезразлична.

– Дэл – всего лишь ребенок. – Роза смотрела на него так прямо, что

Том почувствовал, как все переворачивается у него внутри. – Ребенок в смысле физическом. Умственно он весьма и весьма изощрен – таким он вырос, в действительности же ты гораздо его взрослее. Это мне сразу бросилось в глаза, как только я с тобой познакомилась. Ты был тогда таким сердитым…

– Сердитым? Да я нервничал как молокосос!

Она рассмеялась и вдруг, чуть покраснев, придвинулась к нему и взяла его ладонь в свои.

– Том, если бы ты знал, как я жила все это время… Наверное, это глупо – просить спасти меня, точно я царевна из сказки. Мы ведь друг друга почти не знаем, и все-таки у меня такое чувство, что нас уже многое связывает… Если ты попытаешься уговорить Дэла бежать от его дядюшки, это, конечно, разобьет ему сердце…

Она придвинулась к Тому вплотную, лицо ее – такое большое, таинственное и прекрасное, как у фотомодели с обложки журнала, – вдруг заполнило все пространство. Когда их губы слились, Том почувствовал себя так, словно все в нем сконцентрировалось на этой маленькой точке соприкосновения их тел. Повинуясь инстинкту, он неловко обнял ее за плечи.

Она чуть отодвинулась.

– Ты не поверишь, но мне захотелось поцеловать тебя, еще когда мы с тобой увиделись впервые.

– А я думал, что ты и Дэл…

– Дэл – ребенок, – повторила она, и губы их соприкоснулись еще раз. – Мы сможем иногда встречаться. Не здесь, конечно, я хочу сказать, не в доме. После я объясню, когда и где. И я уже обдумала план нашего побега. Вскоре мистер Коллинз собирается устроить большое шоу, нечто совершенно грандиозное, тогда-то мы и сможем скрыться. Если, конечно, вы с Дэлом поможете.

– Куда же мы отправимся?

– В деревню, а уж оттуда – куда угодно. В Холмистом Доле мы будем в безопасности.

– Мне нужно отправить письмо.

– Передай его Елене – она одна бывает в деревне регулярно. Думаю, она тебе не откажет. – Роза поднялась, поправляя юбку. Теперь она, похоже, немного нервничала. – Но будь осторожен. И не обращай внимания на меня, что бы я ни делала, что бы он ни заставлял меня делать. Просто жди моего сигнала. Обещаешь?

– Обещаю.

– Ты мне веришь? Только честно.

– Да. Верю.

– Отныне нам необходимо полностью доверять друг Другу.

Том кивнул. Сверкнув манящей улыбкой, она выскользнула в дверь.

Минутой позже он стоял на балконе, вдыхая теплый, благоухающий ночным лесом воздух и наблюдая, как она спустилась к озеру, на мгновение исчезла за деревьями, потом вынырнула в свете фонарика, обернулась и помахала ему рукой. Он помахал в ответ.

Глава 10

Теперь

ни о каком сне не могло быть и речи. Перед глазами все еще стояло ее лицо, сначала расплывчатое, а по мере того, как губы их сближались, все более четкое и прекрасное. Поцелуй этот был ни на что не похож, и, уж конечно, менее всего на поцелуи Дженни Оливер или Дианы Дарлинг.

Роза Армстронг начисто опровергала весь его предыдущий опыт в этой области. Ее всю – хрупкую фигурку, миловидное личико, слова, жесты – окружал некий таинственный ореол; она была неотъемлемой частью Обители Теней, такой же нереальной и непредсказуемой в своей загадочности, как и все, что его здесь окружало. Даже ее просьба верить ей звучала, скорее, требованием. И целоваться она умела гораздо лучше всех его подружек. Лишь эта ее несколько неожиданная чувственность была в ней вполне реальной, отнюдь не мистической.

Он лежал на своей узкой постели, мысли его блуждали.

Верить ли в ее искренность? Дэл – всего лишь ребенок… Он сомкнул веки, и в тот же миг перед ним предстала отвратительная своею извращенностью картинка: Роза Армстронг в компании подонков мистера Пита, в обнимку с толстобрюхими, бородатыми Сидом и Торном. Том потряс головой, стараясь прогнать видение, потом опять зажмурился и снова увидел ее, на этот раз с Дэлом.

Промучившись таким образом с полчаса, он сбросил одеяло и поднялся. Комната словно давила на него, лишала покоя. Не зная, чем еще заняться, он в конце концов решил написать матери. В тумбочке он как-то заметил бумагу и конверты. Все так же, в нижнем белье, он сел и принялся писать:

"Дорогая мамочка!

Я очень по тебе скучаю и по папе тоже, как будто он жив и скоро я, вернувшись домой, опять его увижу. Думаю, такое чувство меня будет преследовать еще довольно долго.

Мы с Дэлом доехали нормально, а вот перед нами поезд попал в жуткую аварию. Место, где мы с ним сейчас находимся, вероятно, самое удивительное из всех, что существуют на земле. Дядя Дэла – настоящий волшебник, такой, что с ума можно сойти. Он все время повторяет, что и я могу стать великолепным магом, но как, раз этого – быть таким, как он, – мне не хочется совершенно.

Я очень хочу домой. Поверь, это не просто тоска по дому, все гораздо серьезнее. Если мне удастся выбраться отсюда, сможешь ли ты вернуться раньше, чем планировала? Наверное, ответ твой я получу не раньше чем недели через две, но очень тебя прошу…"

Нет, так не пойдет. Он скомкал листок, швырнул его в мусорную корзину и принялся писать все сначала:

"Дорогая мамочка! Потом я все тебе объясню, пока же ограничусь тем, что нам с Дэлом необходимо выбраться отсюда. Можешь ли ты срочно прервать свою поездку и вернуться домой?