Обитель теней
Шрифт:
– Разумеется, – хохотнул Дэл, – я это наблюдал не раз.
Он, конечно, мне показывал не все, но довольно много.
– А эта твоя Роза Армстронг? Она, случайно, не приносит тебе кофе в чашке, перевернутой вверх дном, но при этом не пролив ни капли?
Дэл, продолжая смеяться, пожал плечами.
– Мне совсем не нравится это "чтоб знали, что вас ожидает".
– Я же тебе говорил, что иногда он может напугать.
– Но это звучит как угроза…
Перед глазами Тома вдруг всплыла
– Да нет, никакая это не угроза, – возразил Дэл. – В основном там жизнь вполне обыкновенная, течет себе своим чередом, но иногда… – Он помахал листком. – Иногда случается такое, чему и нам не грех бы поучиться. О, вот наконец и ужин.
Том неуклюже ткнул вилкой в один из двух желтков, который тут же вытек, смешиваясь с таким же желтоватым соусом, затем поднес капающий кусок яичницы ко рту.
– И правда, вкусно, – сказал он, проглотив. – И как давно все это продолжается?
– С тех пор как джин был выпущен из бутылки, – усмехнулся Дэл. – Однако для тебя на первый раз достаточно: общее впечатление ты уже имеешь.
Глава 2
Поезд затормозил у очередной станции. В окно Тому было видно лишь водонапорную башню да обшарпанный навес перрона. На платформе толпились обычные для этих мест пассажиры в ковбойских шляпах.
– Я и сам, – говорил Дэл, – еще не очень разобрался в этих уровнях. Нередко у меня получается что-то из более высокого, тогда как другое, из низшего, ну никак не могу освоить. Так, например, мне удается подъем и даже полет – ну, ты видел. Впрочем, как утверждает дядя Коул, это как раз доступно практически каждому, нужно лишь уметь правильно сосредоточиться. По-настоящему я еще как следует не овладел и первым уровнем, даже чревовещание никак не получается. Транс – это как гипноз, и дураку понятно. Что касается лицедейства…
Том выглянул в окно: ковбои сновали по перрону с таким видом, будто их невыносимо мучила жажда. Он обратил внимание на то, что почему-то никто и никогда их не встречал и не провожал.
– ..Это обыкновенное сценическое искусство. Фокусник – тот же актер, ему достаточно овладеть технической стороной своей профессии, знать, как исполняются те или иные трюки…
Ковбои, словно перекати-поле, мотались, судя по всему, из одного городка в другой, где их никто не ждал. Как, например, на этой станции со странным названием Одинокая Береза.
Внезапно все у него внутри похолодело: в толчее на перроне, как ему показалось, мелькнуло до боли знакомое лицо.
– Само слово – лицедейство – красноречиво
– Черт его знает, – пробормотал Том, тщетно высматривая лицо с синяками под глазами среди ожидающих начала посадки.
– Знакомого увидел? Здесь, в Одинокой Березе?
– Да, кажется, нашего общего знакомого. Видишь ли, по-моему на поезд собирается сесть Скелет собственной персоной.
Дэл аккуратно положил нож с вилкой на стол.
– Знаешь ли, аппетит пропал и у меня. – Как ни странно, он выглядел абсолютно спокойным. – Ну, и что делать будем?
– Не хочу я ничего делать.
– Нужно хотя бы удостовериться для начала. Ты уверен, что это он?
– Определенно он. Правда, он промелькнул лишь на какое-то мгновение, но мне и этого хватило.
Поезд дернулся и начал отъезжать от станции.
– Ну, такую рожу…
– Да, спутать с кем-то его трудно.
– Идем, – Дэл поднялся из-за стола. – Я заплачу официанту. Давай так: я пойду к голове поезда, а ты – к хвосту.
Мы сейчас как раз где-то посередине. – Дэл глубоко вдохнул и чуть качнулся, наверное, от тряски. – Если это в самом деле он… Не собираюсь давать тебе ценных указаний, но он может сидеть лицом к проходу…
– А может, я все-таки ошибся? – Том почему-то обрадовался, что Дэл наконец сбросил маску невозмутимости, занервничал и даже слегка сдрейфил. Самого же его вдруг охватила злость:
– А может, у меня и получится выкинуть его к чертовой матери из поезда. Ладно, будь что будет. Идем.
Дэл молча протянул десятидолларовую банкноту официанту.
Том прошел в следующий вагон и стал осматриваться.
Многие пассажиры спали: малыши под боком у своих мамаш, солдаты, надвинув на глаза фуражки, храпели, как боровы.
Те немногие, что еще бодрствовали, поглядывали на Тома поверх книжек и журналов. Скелета Ридпэта нигде не было видно.
Быстрым шагом преодолев коридор, он отодвинул тяжелую дверь и на мгновение замер в грохочущем тамбуре, всматриваясь в темноту за покрытым грязью стеклом. Следующим был их вагон. Том со злостью подумал, что, если Скелет и в самом деле в поезде, он непременно должен оказаться где-то рядом с ними. От этой мысли ему стало не по себе. Он выглянул из тамбура в коридор, но ни одного нового пассажира не заметил. Тогда он резко отодвинул дверь и вошел в вагон.
Одна из полусонных молодых мамаш – с ней он уже успел познакомиться – улыбнулась ему. Вообще, вагон казался теплым и уютным. Если бы Скелет был где-то здесь, подумал Том, он бы нутром его почуял.