Обет
Шрифт:
Я закрыл глаза, чувствуя, как усталость наваливается на меня. Я был рад, что Ян и Тинг рядом, что я в безопасности. Но я знал, что это только временная передышка. Впереди нас ждала долгая и опасная борьба с Танзином. И мы должны были быть готовы ко всему.
Тишину комнаты нарушил тихий стук в дверь. Ян встала и открыла ее. На пороге стояла Алисия, ее темные глаза блестели в полумраке коридора. Она выглядела встревоженной.
— Можно войти? — спросила она, ее голос был тих и напряжен.
— Конечно, — ответила
Алисия вошла и закрыла за собой дверь. Ее взгляд скользнул по мне, остановившись на моем лице.
— Как ты себя чувствуешь, Макс? — спросила она, ее голос был полон заботы.
— Лучше, — ответил я, хотя боль в спине все еще давала о себе знать. — Спасибо тебе за то, что спасла нас.
В этот раз в моем голосе не было иронии.
— Не стоит благодарности, — ответила она, ее губы изогнулись в легкой улыбке. — Я рада, что ты идешь на поправку.
Она сделала паузу, словно собираясь с мыслями, и ее лицо снова стало серьезным.
— У меня есть плохие новости, — сказала она, ее голос стал тихим и напряженным. — Флот Танзина приближается к Каршуру.
Ее слова вызвали вдох разочарования. В комнате повисла тяжелая тишина. Ян и Тинг обменялись испуганными взглядами. Мэи сжала кулачки и прикусила губу.
Я замер. Цилинь не ошибся. Он говорил правду. Танзин действительно нападет на Каршур.
— Откуда ты знаешь? — спросила Ян, ее голос дрожал от волнения.
— У меня есть свои источники информации, — ответила Алисия, уклоняясь от прямого ответа. — Но это не важно. Важно то, что у нас очень мало времени.
— Что мы будем делать? — спросила Тинг, ее голос был полон беспокойства.
— Мы должны предупредить князя, — сказала Ян. — Он должен знать об опасности.
— Это бесполезно, — возразила Алисия, ее голос, обычно мягкий и мелодичный, теперь звучал резко и холодно, словно сталь, ударившаяся о камень. — Он не поверит вам. Он уже считает вас врагами.
Ее слова повисли в воздухе, тяжелые и неотвратимые, словно приговор. Ян, до этого бодрившаяся, поникла, ее плечи опустились, а в глазах появилось отчаяние.
— Тогда что нам остается? — спросила она, ее голос был едва слышен, словно шепот ветра. Она смотрела на Алисию с мольбой, словно ища в ней последнюю надежду.
— Мы должны защитить себя, — ответила Алисия, ее глаза, обычно загадочные и непроницаемые, теперь горели холодным огнем решимости. — Мы должны быть готовы к бою. Князь Каршура ослеплен страхом и жаждой власти. Он не видит настоящей угрозы, которая нависла над Арантеей. Он слишком занят тем, чтобы удержаться на своем троне, чтобы заметить настоящего врага.
— Но Макс спас его! Он сражался с предателями! — воскликнула Ян, ее голос задрожал от негодования. — Как он может считать нас врагами после этого?
— Это не имеет значения, — ответила Алисия, ее голос был холоден и резок, словно лезвие ножа. —
Я почувствовал, как во мне поднимается волна гнева. Танзин уже слишком много натворил. Он убил мою семью, захватил власть в Арантее, и теперь он нападал на невинных людей. А князь Каршура, этот трусливый и эгоистичный правитель, был готов пожертвовать нами, чтобы спасти себя. Я не мог позволить этому продолжаться.
— Я буду драться, — сказал я твердо.
Алисия улыбнулась, и в ее глазах вспыхнул огонек уважения. Она видела во мне не только Воина-Дракона, но и человека, готового сражаться за то, во что он верит.
— Я знала, что ты так скажешь, Макс, — сказала Ян. — Ты — Воин-Дракон. И ты — наша последняя надежда.
Ее слова прозвучали как призыв к действию, как наставление перед великой битвой. И я был готов принять этот вызов. Я был готов сражаться за будущее этого мира.
Глава 16
Ветер, пропитанный соленым запахом моря, трепал мои волосы. На горизонте, словно стая хищных птиц, маячили корабли Танзина. Небо, окрашенное багровым закатом, предвещало кровопролитие.
Алисия, вернувшись, не тратила времени на объяснения. Ее взгляд, обычно спокойный и загадочный, горел холодным огнем. Она коротко кивнула Ян и Тинг, словно отдавая безмолвный приказ.
Затем, ее рука скользнула за спину, и она извлекла изящный меч, сверкающий в последних лучах солнца. Клинок был выкован из какой-то странной, переливающейся стали, а рукоять украшала резьба в виде дракона.
— Это тебе, Макс, — сказала она, протягивая мне меч. — Прими его как дар и символ надежды. — Голос Алисии звучал мягко, но в нем чувствовалась непоколебимая решимость.
Я принял меч из рук Алисии, ощутив его приятную, успокаивающую тяжесть в руке. Холодная сталь, словно живая, отозвалась на мое прикосновение легкой вибрацией, и я понял — это не просто оружие, это — часть меня, продолжение моей воли. Клинок идеально лежал в моей ладони, словно был создан специально для меня искусным мастером, вложившим в него частичку своей души. Я выпрямился, чувствуя, как по телу разливается волна невероятной силы, будто сам дракон, искусно выгравированный на рукояти, влил в меня свою мощь, сделав меня частью своей огненной сущности.