Обесточенный
Шрифт:
— Твой сарказм замечен и отклонен, — сказала я, поворачивая ноутбук лицом к нему, а затем откусила эклер, который он положил рядом с моим кофе. — Отвечая на твои непосредственные вопросы, скажу, не думаю, что полиция и служба безопасности упустили доказательства. Скорее всего, они это скрывают.
— Мать твою, сейчас слишком рано для этого.
— Просто заткнись и слушай. Наш лучший выбор в том, что касается доказательств, — это видеодоказательства, но это также представляет нашу самую большую проблему. У нас есть много записей с сотовых телефонов из толпы,
Стив уставился на ноутбук, его палец скользил по коврику для мыши. Через несколько секунд он сказал:
— Люди стоят все слишком далеко.
Затем посмотрел на меня с любопытством, медленно жуя.
Я подняла бровь и кивнула ему.
— Именно. Они все слишком далеко. Так или иначе, ни один человек, который был в первых десяти рядах возле сцены, не использовал свой телефон, когда произошло нападение. Тебе это не кажется странным?
— Звучит как полная хрень. Половина зрителей на каждом шоу зависает с телефонами, а у тех, кто рядом, больше причин, чем у кого бы то ни было, — сказал Стив.
— Я тоже так подумала, — произнесла я. — Я не могу найти ни одного видео с близкого расстояния. Поэтому вчера вечером, вернувшись в отель, я начала разнюхивать некоторые доски объявлений для фанатов, Tumbler и тому подобное, надеясь, что кто-то из толпы выложил то, что они видели, — я указала пальцем на ноутбук. — Открой сохраненные вкладки и увидишь, что я нашла пару разных людей, утверждающих, что их телефоны были конфискованы службой безопасности после нападения.
Глаза Стива расширились, когда он просматривал сообщения в блоге.
— Святое дерьмо. Как ты думаешь, они могут это выдумать?
— Конечно, я нашла несколько дерьмовых постов среди сайтов, но эти люди делятся последовательными деталями и доказательствами того, что они действительно были на фестивале в тот день. Достаточно того, что я не считаю это ерундой. Думаю, что группа безопасности, работающая на фестивале в тот день, взяла телефоны всех, кого они могли – всех, кто был достаточно близко к баррикадам сцены.
— Это гребанное прикрытие, — сказал Стив с волнением и недоверием в голосе.
— Это гребанное прикрытие, — повторила я с улыбкой. — Эта охранная компания знает, что все испортила, позволив фанату проникнуть за баррикады и выйти на сцену. Вполне логично, что они попытаются ограничить любые доказательства своих промахов.
— Срань Господня, Лорел, — произнес Стив. — Но копы... ты действительно думаешь, что они могли не заметить, как охранная компания собирает телефоны?
— Ты чертовски хорошо знаешь, что охранные фирмы загружены подрабатывающими нынешними и бывшими полицейскими. Или это чуваки, которые мечтают стать полицейскими и сделают все, чтобы произвести впечатление на кого-то в форме. Я не думаю, что это безумие – представить себе местную полицию, играющую роль, чтобы защитить некоторых из своих офицеров, даже если они не были на службе в то время. Все, что нужно сделать охранной компании, это сказать, что они ничего не нашли, а копы просто должны кивнуть и посмотреть
— Кроме настоящих ковбоев, вроде нас, верно? Черт возьми, а мы хороши.
Я кивнула, чрезвычайно счастливая видеть Стива на борту моей миссии.
— Если нам удастся найти хотя бы одно видео с первых рядов, мы сможем найти доказательства того, что Ноа видел, когда он был на сцене, и показать, что он действительно считал Куинна в смертельной опасности. Мы могли бы полностью оправдать его.
— Это будет журналистская бомба гребанного десятилетия! — сказал Стив, хлопнув ладонью по столу.
Я рассмеялась.
— По крайней мере, в музыкальном мире точно.
— Но каков план? И как мы найдем видео, которых, кажется, не существует?
Я допила свой кофе, прежде чем ответить.
— Охранная компания называется «Сентинел». Их штаб-квартира находится в Лос-Анджелесе, всего в нескольких милях от площади, где проходил фестиваль. Судя по звонкам, которые я сделала администраторам фестиваля, «Сентинел» был всего лишь независимым контрактным наймом, работающим с медиа-конгломератом, который владеет фестивалем и несколькими лейблами. Женщина, с которой я разговаривала, сказала, что они в значительной степени доверяют словам охранной фирмы об инциденте. В этом они похожи на копов, всегда извлекающих выгоду из сомнений.
— А какова позиция фирмы по поводу нарушения правил на сцене?
Я закатила глаза.
— Они виноваты в этом не больше Ноа. Он привел несколько девушек на сцену за пару песен до нападения, поэтому они утверждают, что охранники резонно игнорировали другого поклонника, пытающегося сделать то же самое во время съемок. Это просто шаблонное корпоративное умывание рук.
— Это чушь собачья. На таком большом мероприятии подобные спланированные сценические вещи должны быть улажены заранее.
— Вот именно, — сказала я.
— Все это дурно попахивает, и концы ведут в Службу безопасности «Сентинел». Завтра вечером я полечу в Лос-Анджелес и посмотрю, что можно раскопать в штаб-квартире «Сентинел». На больших мероприятиях местные полицейские обычно количественно превосходят частную охрану, и настоящим полицейским будет гораздо труднее конфисковать мобильные телефоны без боя. Если кто-то и взял телефоны, то, скорее всего это была охрана. Я хочу попробовать найти их.
— Ты уверена? Не хочешь, чтобы это сделал я?
Я отрицательно покачала головой. Ни в коем случае не доверю будущее Ноа чужим рукам.
— Хочу сделать это сама. Тебе лучше остаться здесь и приглядеть за Ноа.
Стив сделал вид, что пишет записку на руке.
— Держать остальных кисок подальше от Ноа, есть.
— Я ненавижу тебя.
— Что? Я сказал, чтобы все остальные киски держались подальше от Ноа. Я ведь помогаю.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Ноа
Я даже не успел выпить свою первую чашку кофе, когда мой телефон, лежащий на стойке начал жужжать. На другом конце провода был Гэвин.