Обещание
Шрифт:
— После смерти Маргулая я поняла, что вела себя очень плохо, — манерно вздохнула богиня. — Я хочу исправить былые ошибки. Приезжайте в Монтере — и я напишу вам дарственную.
Вот так и раздаются земли! Не по королевскому соизволению, а по прихоти вышестоящей бессмертной инстанции.
Маркус вопросительно посмотрел на подругу; по его глазам она поняла, что он верит Марис. Да, пожалуй, теперь и Стелла сама была готова уверовать в искренность её слов — нельзя же отрицать возможность перерождения человека
Богиня вплотную подошла к принцу, коснулась кончиками ногтей его подбородка. Дурманящий запах белладонны усилился; не в силах бороться с дурманом, они, не сговариваясь, опустилась на колени, прижав руки к вискам.
Марис улыбнулась и закружилась в бешеном танце вокруг своих жертв.
У принцессы рябило в глазах, так что она предпочла их закрыть. И тут её осенило: Марис — богиня обмана, и, следовательно, все её слова тоже обман!
— Маркус, не верь ей! — закричала девушка, всеми силами борясь с приступами дурноты. — Всё это ложь!
Но принц её не слышал: аромат белладонны окончательно опьянил его. Он не сводил затуманенного взгляда с Марис, и, когда она знаком велела ему встать, встал и пошёл вслед за своей повелительницей.
Поняв, что взывать к его разуму бесполезно, Стелла пересилила слабость и побежала за ним. Несколько раз упав, она все же догнала его, схватила за руку и потащила назад.
— Куда ты меня тянешь? Что случилось?
— Она лжёт, не верь ей! Нам нужно вернуться в Лиэрну. Понимаешь, в Лиэрну, а не в Монтере!
— Так ты мне не веришь? — Марис остановилась и обернулась к ней. — Почему?
— Вы богиня обмана, хозяйка покойного Маргулая — и после этого я должна Вам верить? — истерически засмеялась девушка. — Да Вы же мечтаете нас погубить!
— Нет, я хочу наградить вас.
— Если не хочешь ехать, я поеду один, — решительно заявил принц. — Хватит, я больше не хочу с тобой нянчиться!
— Нянчиться? Да это ты ведёшь себя, как ребёнок, а не я! Пойми ты, наконец, дурья башка, она вскружила тебе голову, чтобы убить. Это западня. Тебе, что, по слогам повторить? Э-то за-пад-ня! Как ты мог так быстро забыть о маргинах?!
Маркус будто очнулся ото сна и заметил испуг в глазах подруги. В мозгу у него кое-что прояснилось.
— Так вы поедите со мной? — нетерпеливо спросила богиня.
— Нет, — медленно, еще не окончательно освободившись от ее власти, ответил принц.
Марис в гневе тряхнула волосами; часть цветов белладонны осыпалась на землю. Зазвенела цепочка с черепом на её шее; Стелле показалось, что он щёлкнул зубами.
— Вы мне за всё заплатите, букашки! — презрительно процедила сквозь зубы богиня. — Я никому ничего не прощаю. Не хитростью, так силой я добьюсь того, чтобы вы попали ко мне в руки. А тебе, — она указала пальцем на Стеллу, — я отомщу за смерть моего лучшего слуги. Ты умрёшь в страшных муках.
Принцесса
— Спасибо тебе! — Маркус крепко сжал руку подруги. — Она околдовала меня.
— Признаюсь, меня тоже, — улыбнувшись, прошептала девушка.
Они переехали вброд Фурле и без особых приключений добрались до Сизена. Будучи любопытными, они не смогли отказаться от небольшой прогулки по его развалинам.
Стелла задумчиво смотрела на серо-голубые волны залива Сирфес, шурша набегавшие на покрытый галькой берег. Где-то там, вдалеке, прорезав гладь безбрежного пространства воды, чернел полузатопленный остов корабля.
— Посмотри, что я нашёл! — крикнул Маркус.
Она обернулась. Принц, улыбаясь, протягивал ей что-то блестящее.
— Что это? — прищурившись, спросила девушка.
— Подойди и посмотри.
— Какая-нибудь мелочь…
Осторожно ступая по камням, Стелла подошла к Маркусу. На её ладонь легло тяжёлое, сплетённое из нескольких цепочек ожерелье с коралловой подвеской.
— Где ты это нашёл? — Ей ужасно хотелось оставить ожерелье себе, но, с другой стороны, еще памятен был эпизод с Городом мёртвых.
— Там, в развалинах. Представляешь, на одной из площадей ещё сохранился фонтан. Я попробовал — вода хорошая.
— А если бы ты отравился? — укоризненно покачала головой девушка и примерила ожерелье. — Ну, мне идёт?
— Интересно, есть ли что-нибудь, что тебе бы не шло? — улыбнулся принц.
— Маркус, я серьёзно!
— И я серьёзно. Бери его и забудь об этом.
Они отправились гулять по развалинам, стараясь мысленно достроить силуэты домов. От них остались лишь стены, от сырости частично покрытые мхом; на остатках крыш рос кустарник. Ходить по городу было трудно: многие улицы были перегорожены рухнувшими фасадами. Здесь было скучно, гораздо скучнее, чем представляла принцесса, сворачивая сюда.
Напоив лошадей из найденного принцем фонтана (он, конечно, давно не работал, но вода в чаше была чистой), они покинули Сизен.
— Мир праху твоему! — патетически воскликнула Стелла, в последний раз бросив взгляд на руины некогда могущественного города.
Всё приходит из праха и обращается в прах.
Их дальнейший путь лежал через ставшие привычными леса с привычными же бивуаками и походными удобствами в духе смевалов. Во время одного из таких привалов Стелла привязала Лайнес к толстой ветке одиноко стоящего дерева и, подтянувшись на руках, ловко запрыгнула на широкий сук.
— Садись рядом, — заботливо предложила она Маркусу. — Если долго стоять на земле, то обязательно простудишься. Там такой холодный ветер!