Обаятельный плут
Шрифт:
Робин поднял на нее глаза и замер на полуслове. Подойдя к ней, он прошептал:
— Ты выглядишь обольстительно. Макси покраснела, но его восхищенный взгляд успокоил ее.
— Спасибо на добром слове, но это платье даже в Бостоне не сочли бы модным, не говоря уж о Лондоне.
— Поверь, мужчин интересует не столько мода, сколько общее впечатление, а ты обворожительна. — Он подал ей руку и подвел к креслу, стоявшему между ним и герцогиней. — Но, может быть, я пристрастен — в конце концов я впервые вижу тебя в женском платье.
Восхищение
Потом она нетерпеливо взглянула на часы, стоявшие на каминной полке, и в эту самую минуту открылась дверь и вошел человек, который, несомненно, был герцогом Кандовером. Если Робин был хамелеоном и мог играть тысячи ролей, герцог был аристократом высшей пробы и не смог бы притвориться никем иным.
К тому же он, под стать своей великолепной жене, был потрясающе красив.
— Извини, что опоздал, дорогая, — сказал он. — Но меня поймал в дверях Кэри. — Увидев гостей, он на секунду умолк, затем по его лицу расплылась улыбка.
— Робин, негодник, какими судьбами ты оказался в Лондоне?
Мужчины дружески пожали руки, потом Робин представил герцогу Макси. Кандовер склонился, целуя ей руку, и она увидела, что у него такие же темные волосы и кожа, как у нее самой, хотя светло-серые глаза явно выдавали в нем северянина. В их глубине светился юмор и мелькнула дружеская догадка.
— Коллинс? — спросил герцог, выпрямляясь. — Вы не родственница Коллинсов из Ченли-корта?
— Нынешний лорд Коллингвуд — мой дядя, ваша светлость.
— Тогда мы даже состоим в дальнем родстве. — Кандовер озарил Макси улыбкой, которая оказывала почти такое же магическое действие, как и улыбка Робина. — Всегда приятно познакомиться с новой кузиной, тем более такой очаровательной. — И, предлагая Макси руку, герцог добавил:
— Поскольку я голоден до неприличия, может быть, сразу пойдем в столовую? Поев, я становлюсь гораздо учтивее.
Макси улыбнулась, подумав про себя, что учтивее быть просто невозможно. Может, Робин поступил не так уж глупо, приведя ее в этот дом?
Как и обещала герцогиня, это был, по светским меркам, простой домашний обед, хотя еды было много и она была превосходно приготовлена. Макси была рада, что на этот раз на стол не подавали бесконечные смены блюд, как считали необходимым делать в Ченли-корте. Ее опасения, что в Лондоне существуют какие-нибудь дурацкие, неизвестные ей правила поведения за столом и что она опростоволосится со своими провинциальными манерами, оказались напрасными. В Бостоне около приборов часто клали больше вилок и ножей.
Ей было совсем не трудно поддерживать разговор с тремя англичанами, которые незаметно старались облегчить американской девушке ее первый обед
Мужчины не стали уединяться после обеда за традиционным портвейном, а предпочли пить кофе вместе с, дамами в гостиной. Макси была этому рада: несмотря на любезность герцогини, она еще не была готова к тому, чтобы остаться с глазу на глаз с любовницей Робина». Бывшей, любовницей.
Супруги Кандовер увлеклись обсуждением предстоящей поездки в свое поместье, а гости тихонько отошли с чашками кофе в руках к стеклянным дверям, ведущим в сад. Макси никак не предполагала увидеть такой роскошный сад в центре одного из величайших городов мира. Макси исподтишка разглядывала хозяев дома. Не приходилось сомневаться в прочной взаимной привязанности супругов.
— Даже если она вышла за него замуж по расчету, — тихо сказала она Робину, — сейчас их связывает нечто большее.
Робин посмотрел на нее с недоумением.
— Откуда ты взяла, что Мэгги вышла замуж за Рафа по расчету?
— Ты же сам мне сказал — помнишь то кошмарное утро в «Приюте гуртовщика»? Ты сказал, что Мэгги ушла от тебя к человеку, который мог дать ей больше, чем ты. Все это, — Макси кивнула на обстановку гостиной, — ив придачу еще титул герцогини — не так уж мало. Но что-то мне не очень в это верится. Непохоже, чтобы герцогиня была так корыстна. И потом, ты же говорил, что у тебя самого неплохое состояние.
— Я опять непреднамеренно создал у тебя ложное представление. Ты права, больше доверяя собственным чувствам. Сердце Мэгги нельзя купить, его можно только завоевать. — Робин повернулся и посмотрел сквозь стекло в сад. — Я хотел сказать, что она ушла к человеку, который мог ей дать больше в эмоциональном, а не материальном плане. Деньги и титул тут совершенно ни при чем.
— Я вижу, что тебе все еще больно об этом говорить, Робин, — тихо сказала Макси. — Теперь я понимаю, что такую женщину нелегко забыть.
— Нет, вся боль осталась в прошлом. — Робин искоса посмотрел на Макси. — Сейчас я думаю о будущем.
Настал черед Макси устремить взгляд за окно. Они с Робином как будто танцевали какой-то сложный менуэт. Один из них разгадает какой-то секрет и поделится своей догадкой с другим — и они расходятся в стороны, чтобы подумать о сказанном, потом сходятся снова.
Затем делают новое открытие и опять расходятся в стороны. Но каждый раз, сходясь вновь, они оказываются немного ближе друг к другу, чем раньше.
Может быть, так и нужно, чтобы они постепенно познавали друг друга и самих себя. Во всяком случае, пока Макси не была готова хоть как-то отреагировать на последнее замечание Робина. Слишком много всего произошло за последние часы.
Макси перевела взгляд так, что теперь видела в стекле свое собственное отражение, а не скрывавшийся в сумерках сад. В этом простом, но изящном платье и с аккуратной прической она казалась самой себе элегантной бостонской дамой и с усмешкой спросила Робина: